6.2 KiB
ОТВЕТ — слепое чтение, английская пара
ПОРЯДОК
Т2 > Т3 > Т1 > Т4
По вариантам
Т2 — лучший: единственный, кого можно нести в книгу почти без правки. Ровная, чистая проза без смысловых потерь и с сохранённым голосом героини: «Открой ёбаную дверь» передаёт грубость исходника («the cunting door») в лоб, как и задумано — мессия ругается, и это характер. Во втором отрывке Т2 сильнее всех: «Лашанс» затранслитерирована верно, род Марина выдержан последовательно, «Предвечный Король» — настоящая находка с нужным литургическим отзвуком, а перестройка «Острый ум был у этой девушки, острый, как три клинка» — живой русский синтаксис вместо кальки. Что чинить: «Моя леди Грааль» — калька (надо «миледи»), «Ашдринкер» — ленивая транслитерация говорящего имени меча, «даже слепой червь» — калька с blindworm, и общая для Т1/Т2/Т4 странность «она, громыхнув, замерла» (человек не громыхает). Но всё это точечная косметика, а не переписывание.
Т3 — лучший стилист первого отрывка, но во втором спотыкается о смысл. В сцене у плиты Т3 читается как готовая проза: «зашагала» вместо неуклюжих альтернатив, «Миледи Грааль», «процедила сквозь зубы» — тонкое и, скорее всего, верное прочтение «looked to us and spat» (она выплёвывает слова, а не плюёт на пол, как буквально поняли остальные трое), «плита, на которой лежала Рейн» снимает двусмысленность. Но два минуса тянут вниз. Первый — цензура: «Откройте распроклятую дверь» глушит нарочито грубейшее «cunting», и героиня теряет в голосе. Второй — второй отрывок: «У Марина по всему замку были моты» — «моты» по-русски читаются как «транжиры», термин повисает непонятым; «Просто так?» — сдвиг смысла («just like that» = «вот так просто», а не «без причины»); «что-то гнило» и список с разнобоем падежей («Фиби. Ашдринкер. Битву…») — небрежность. В книгу Т3 можно, но только после смысловой правки второго отрывка.
Т1 — самый амбициозный и самый неровный: переводческие находки вперемешку с промахами. Находки настоящие: «веретеница» — словарно точный blindworm (хотя шутка про слепоту для читателя гаснет), «Пеплоядец» — говорящее имя меча переведено, а не затранслитерировано, «частицы-соглядатаи» — лучшее решение для «motes» из всех четырёх. Но промахи грубее, чем у Т2/Т3: «Она шествовала к выходу» и «вниз по ступеням она шествовала» — дважды подряд неверный регистр (шествуют торжественно, а она в бешенстве); «Лейшанс» — неверная передача французского Lachance; и внутри одного абзаца Марин сначала «способен» и «держал», а потом «собиралась» — пол персонажа плывёт. Талантливо, но редактору достанется больше работы, чем с Т2.
Т4 — худший, и он же откровенно машинный. Текст почти дословно повторяет Т2, но с добавленными дефектами, которых живой редактор не оставил бы: «Мерин» вместо Марин — имя персонажа совпало с русским словом «мерин» (кастрированный конь), и это в книге убийственно смешно не там, где надо; «Снаружи у неё стояли на страже два десятка стражников» — «у неё» цепляется к героине, а не к камере; «даже слепой червяк», «Один раз притопнув сапогом» — канцелярская буквальность; «стремительно направилась… спустилась стремительным шагом» — механический повтор. Это черновой прогон без вычитки.
Общее замечание всем четырём
Во втором отрывке все четыре варианта склоняют «убийство Рейна / смерть Рейна» — по-мужски, хотя в первом отрывке Рейн — сестра («Рейн не была твоей сестрой»). Женское имя на согласный не склоняется: должно быть «убийство Рейн». Сквозная ошибка согласования между отрывками, при вычитке ловится сразу.