218 KiB
КИТАЙСКАЯ ПАРА — слепое чтение
Ниже 5 перевода одного и того же отрывка, сделанных разными способами. Какой чем сделан — не
сказано намеренно, метки перемешаны, расшифровка лежит отдельно и до твоего ответа не открывается.
Метки сквозные: Т1 в первом отрывке и Т1 во втором — один и тот же способ.
Твоя задача одна: расставить варианты по тому, какой ты взял бы в книгу — как русскую художественную прозу, при условии что смысл исходника не переврали. Исходник приложен.
Что записать — в файл /home/ubuntu/books/chtenie-rol/ОТВЕТ-zh-abl.md
- ПОРЯДОК — строкой:
Т3 > Т1 > Т2 > Т4, от лучшего к худшему. Неразличимые соединяй=. - По фразе на вариант: почему.
Если какой-то вариант покажется откровенно машинным — скажи прямо.
ОТРЫВОК 1
Исходник (китайский)
万宝楼，号称东荒第一楼，其生意遍布整个东荒！ 天阳城的万宝楼，只是一座小的不能再小的分舵据点罢了。 夜色深沉。 秦风换上一袭黑袍，戴上斗笠，悄无声息地离开了苏府，融入了天阳城的夜色之中。 万宝楼天阳城分部，坐落于城中心最繁华的地段，是一座高达五层的奢华塔楼。 即便已是深夜，这里依旧人声鼎沸，进出的皆是修士。 秦风压低斗笠，步入大堂。 “这位客官，请问是购买丹药、灵器，还是寄售宝物？”一名眼尖的侍女迎了上来，笑容甜美。 “找你们管事。”秦风声音沙哑，随手抛出一块中品灵石。 侍女心中一凛，脸上的笑容愈发恭敬谦卑：“贵客请稍候，我这就去请谷管事。” 她不敢有丝毫怠慢，立刻转身快步走向内堂。 很快，一名身穿灰色锦袍、头发花白但精神矍铄的老者，便在侍女的引领下匆匆走了出来。 “在下谷河，忝为天阳城万宝楼管事。不知贵客深夜到访，有何指教？” 谷河的目光锐利如鹰，不动声色地打量着秦风，却发现对方周身仿佛笼罩着一层迷雾，竟让他这位筑基七重的修士都无法看透分毫。 此人，不简单！ 谷河心中瞬间有了判断。 “我想购买一批药材。” 秦风屈指一弹，一张折叠的宣纸飞出，稳稳落入谷河手中。 “风铃草、凝神花、紫曜铜精、阳炎石……” 谷河接过清单，目光扫过。 “这些，可都是三阶灵药啊……” 身为二品炼丹师，谷河一眼便看出了灵药的品级，“足下，难道是想炼制三品丹药？” “不该问的别问。” 秦风的声音平淡无波，听不出喜怒。 “是老夫冒昧了！” 谷河连忙致歉，但心中却已经有了答案！ 多半没错了！ 青龙国疆域辽阔，修士无数，但三品炼丹师屈指可数。任何一位，都是皇室的座上宾，各大世家争相拉拢的存在。 眼前这黑袍人，若真是三品炼丹师，那可当真是一位贵客！ 小小的天阳城中，何时有了这么一号大人物？ 谷河腰身弯得更低了，语气中透着十二分的恭敬：“大师息怒。老夫并非探听虚实，只是这清单上的药材，实在珍稀。” “万宝楼的生意遍布东荒，连这点东西都凑不齐？” 秦风眉头一皱。 “大师明鉴。风铃草、紫曜铜精等物，天阳城分部虽无库存，但老夫可动用权限，从周边城池紧急调拨。”谷河额头渗出冷汗，“可唯独这阳炎石，极难寻觅，目前整个青龙国的分部都没有存货。” “这样么？” 秦风动作一顿。 其他药材都好说，但阳炎石，是炼制这龙纹金丹的核心主药。 没有它，他便无法在极短时间内突破金丹境。 秦家危在旦夕，他没有时间慢慢修炼。 除非，能再碰到一个像徐婉这样，拥有特殊体质的女子，但这种事，可遇不可求，特殊体质本就罕见，怎么可能能一直遇上？ “不过，倒是听说城南三百里外的蛮兽山脉中，曾有阳炎石的消息传出。” 就在这时，谷河却突然话锋一转，“只不过，那地方颇为凶险，据说有修士冒死传回消息，看到有金丹境的虎妖出没。” “哦？” 秦风眉毛一挑，面露惊喜之色。 有消息，那便好办！ 至于金丹境虎妖，他才刚杀了一个金丹境。 “阳炎石，我自己去取。” 秦风声音沙哑地说道，“其他的药材，你尽快备齐。我都要最好的。” 谷河连忙拱手，“大师放心，七日之内，老朽一定将所有药材准备妥当！” 秦风说完，不再停留，转身便走出了万宝楼的大门，身影很快消失在夜色中。 直到那股若有若无的压迫感彻底消失，谷河才长长地舒了一口气，感觉自己像是从鬼门关走了一遭。 “管事，此人来历神秘，出手又如此阔绰，要不要派人……查探一下他的底细？”先前那名侍女凑上前来，低声询问道。 “蠢货！”谷河反手一巴掌抽在侍女脸上。 清脆的耳光声在房间内回荡。 侍女捂着红肿的脸颊，满眼惊恐，跪倒在地。 “你想害死所有人吗？”谷河厉声呵斥，“查探一位三品炼丹大师的底细？你是想让我们整个天阳城分部，都被从地图上被抹去吗！” “这种人物，根本不是我们能得罪得起的！” “别说查探，从今天起，你给我把关于他的一切都烂在肚子里！若有半个字泄露出去，我第一个活剐了你！” 不是他小题大做，而是一位三品炼丹师的能量，实在太过恐怖。 只要对方一句话，有的是金丹强者愿意为他效劳，要杀他一个小小的筑基修士，恐怕不比踩死一只蚂蚁更费力！ …… 蛮兽山脉。 此地乃是青龙国东部有名的险地，妖兽横行，人迹罕至。 一道金光划破天际，金羽鹰载着秦风，如一道流光般掠过重重山峦。 秦风立于鹰背之上，眉心那枚神秘的金色竖眼——破妄神眼，早已悄然开启。 在他的视野中，整个世界的表象被剥离。山川地脉的灵气走向、密林深处潜藏的妖兽气息、悬崖峭壁上生长的天材地宝……一切都无所遁形，清晰地呈现在他的脑海中。 “找到了。” 不过一炷香的功夫，秦风的目光便锁定在了一座被浓雾笼罩的幽深山谷。 破妄神眼之下，在那山谷中央，一团炽烈如小太阳般的光源，正散发着惊人的纯阳之力。 正是炼制龙纹金丹的核心主药——阳炎石！ “想不到那谷河提供的情报，居然是真的。” “此地，果然有阳炎石！” 得来全不费工夫！ 他拍了拍金羽鹰的脖颈，巨鹰发出一声清脆的唳鸣，双翅一收，如陨石般朝着那座山谷俯冲而去。 山谷内寸草不生，空气中弥漫着一股焦灼的气息。在山谷中央的一块漆黑巨石上，静静地嵌着一块拳头大小、通体赤红的石头，表面隐隐有火焰纹路流转。 没有任何迟疑，秦风迈步上前，正欲伸手将其取下。 “桀桀桀……” 突然间，的一道阴恻恻的冷笑声，突兀地从他背后响起。
Отрывок 1, вариант Т1
Павильон Десяти Тысяч Сокровищ, что звался первой лавкой Восточной Пустоши, раскинул свои дела по всему краю, а его филиал в Тяньянчэне был крохотной точкой, меньше некуда. Ночь стояла глубокая. Цинь Фэн сменил одежды на чёрный плащ, нахлобучил плетёную шляпу и бесшумно покинул усадьбу Су, растворившись во тьме Тяньянчэна.
Филиал Павильона находился в самом бойком месте города — роскошная пятиярусная башня. Даже в столь поздний час здесь не стихал гомон, входили и выходили сплошь заклинатели. Цинь Фэн надвинул шляпу ниже и шагнул в зал. К нему тут же подскочила глазастая служанка со сладкой улыбкой:
— Господин, желаете купить пилюли, духовное оружие или, быть может, доверить нам на продажу сокровища?
— Позови управляющего, — хрипло ответил Цинь Фэн и небрежно швырнул ей духовный камень среднего качества.
Служанка внутренне сжалась, и улыбка её сделалась ещё почтительнее:
— Драгоценный гость, прошу минутку подождать, сейчас позову управляющего Гу.
Она не посмела мешкать и, развернувшись, быстро заспешила во внутренние покои. Вскоре оттуда в сопровождении служанки поспешно вышел старец в сером парчовом халате — седовласый, но с бодрым, проницательным взглядом.
— Я — Гу Хэ, удостоен чести управлять здешним отделением Павильона. Чем обязан столь позднему визиту, почтенный гость?
Взгляд Гу Хэ был острым, как у ястреба; он незаметно окинул Цинь Фэна, однако заметил, что фигуру гостя словно обволакивает туман, и даже ему, заклинателю седьмой ступени закладки фундамента, не удаётся разглядеть ни крупицы. «Этот человек непрост!» — мгновенно понял Гу Хэ.
— Хочу купить партию лекарственных трав, — произнёс Цинь Фэн и, щёлкнув пальцем, отправил в руки Гу Хэ свёрнутый лист бумаги.
Гу Хэ развернул список и пробежал по нему взглядом:
— «Ветряной колокольчик», «Цветы покоя духа», «Пурпурная медная суть», «Лучистый камень»... Да ведь всё это духовные травы третьего ранга... — Будучи алхимиком второго ранга, он с одного взгляда определил их уровень. — Сударь, уж не собираетесь ли вы варить пилюли третьего ранга?
— О чём не следует спрашивать — не спрашивай, — ровно, без единой нотки гнева или одобрения ответил Цинь Фэн.
— Простите мне мою дерзость! — поспешно извинился Гу Хэ, но в душе уже утвердился в догадке. Скорее всего, так и есть! Империя Цинлун обширна, заклинателей в ней не счесть, а алхимиков третьего ранга — по пальцам перечесть. Каждый из них — почётный гость императорского двора, за которого рвутся бороться все великие кланы. Если этот человек в чёрном и впрямь алхимик третьего ранга, то он — поистине драгоценный гость! Откуда в захолустном Тяньянчэне взялась такая особа? Гу Хэ согнулся ещё ниже и с почтением на двенадцать из десяти проговорил:
— Великий мастер, не гневайтесь. Я вовсе не выпытываю ваших тайн, просто травы из этого списка слишком уж редкостны.
— Павильон Десяти Тысяч Сокровищ ведёт дела по всей Восточной Пустоши и не в силах собрать даже такую малость? — брови Цинь Фэна нахмурились.
— Вы мудро судите. «Ветряного колокольчика», «Пурпурной медной сути» и прочего в здешнем отделении нет, но я могу задействовать полномочия и срочно доставить из соседних городов... — На лбу Гу Хэ проступил холодный пот. — Однако «Лучистый камень» — редкость чрезвычайная, сейчас ни в одном филиале империи его нет.
— Вот как... — Цинь Фэн на миг замер.
С остальными травами проблем не было, но лучистый камень оставался главным ингредиентом для «Пилюли Золотого ядра с драконьим узором». Без него не прорваться на ступень Золотого ядра в кратчайший срок. Род Цинь стоял на краю гибели, времени на неспешное возвышение не оставалось. Разве только встретится ещё девушка с особым телосложением, как Сюй Вань... Но такое лишь случай посылает, нарочно не найдёшь. Особые телосложения — редкость, не могут же они попадаться на каждом шагу.
— Впрочем, я слышал, будто в горах Диких Зверей, ли за триста к югу от города, ходили слухи о лучистом камне, — неожиданно сообщил Гу Хэ. — Правда, место опасное: один смельчак ценою жизни передал весть, что видел там тигра-демона уровня Золотого ядра.
— О? — Бровь Цинь Фэна взлетела, на лице мелькнула радость. Раз есть наводка — всё решаемо! Что же до тигра-демона Золотого ядра, такого он только что убил.
— Лучистый камень я добуду сам, — хрипло распорядился Цинь Фэн. — Остальные травы собери как можно скорее, и только лучшие.
— Будьте покойны, великий мастер, к исходу семи дней всё будет подготовлено! — Гу Хэ поспешно сложил руки в поклоне.
С этими словами Цинь Фэн, не мешкая больше, развернулся и вышел за двери Павильона; его фигура быстро канула в ночной тьме. И лишь когда то незримое, давящее присутствие окончательно рассеялось, Гу Хэ облегчённо выдохнул — будто вернулся с порога смерти.
— Управляющий, этот человек окутан тайной и швыряется деньгами. Может, послать людей... разведать о нём? — приблизилась та самая служанка, понизив голос.
— Дура! — Гу Хэ с разворота влепил ей пощёчину.
Звонкий шлепок разнёсся по комнате. Служанка рухнула на колени, прижимая ладонь к вздувшейся щеке, с ужасом в глазах.
— Хочешь всех нас угробить?! — гневно рявкнул Гу Хэ. — Следить за алхимиком третьего ранга?! Хочешь, чтобы всё наше отделение в Тяньянчэне стёрли с лица земли?! Таких людей нам трогать нельзя! Не то что следить — с сегодняшнего дня запри всё, что о нём знаешь, у себя в голове! Если хоть полслова просочится, я сам спущу с тебя шкуру!
Он вовсе не раздувал из мухи слона: сила алхимика третьего ранга поистине чудовищна. Достаточно ему обронить слово — и найдутся мастера Золотого ядра, готовые ради него на всё; убить какого-то жалкого заклинателя закладки фундамента для них проще, чем раздавить муравья.
...
Горы Диких Зверей — известное гиблое место на востоке Империи Цинлун: демонические твари кишат повсюду, людская нога туда ступает редко. Золотой луч рассёк небо: золотопёрый орёл с Цинь Фэном на спине потоком света проносился над чередой хребтов. Цинь Фэн стоял на орлиной спине, а золотое вертикальное око посреди лба — Око, прозревающее иллюзии, — уже давно беззвучно открылось. Его зрение срывало покровы мира: движение духовной энергии в горных жилах, дыхание притаившихся в чащобе демонов, редкостные сокровища, что росли на отвесных скалах, — всё обнажилось и ясно отразилось в сознании.
— Нашёл.
Не истекло и время одной курительной палочки, а взор Цинь Фэна уже упёрся в глухую долину, объятую густым туманом. Сквозь Око, прозревающее иллюзии, в самой сердцевине долины угадывался источник света, пылавший точно маленькое солнце; он источал подавляющую силу чистого Ян. Это и был главный ингредиент «Пилюли Золотого ядра с драконьим узором» — Лучистый камень!
— Кто бы мог подумать, что сведения Гу Хэ окажутся верными... Здесь и вправду есть лучистый камень!
Само в руки плывёт!
Он потрепал орла по шее. Гигантская птица издала пронзительный клёкот, сложила крылья и, словно метеор, ринулась в долину.
В долине не росло ни травинки, воздух был пропитан горько-палёным духом. В центре её, на чёрном валуне, покоился ало-красный камень размером с кулак; по его поверхности едва заметно струились огненные прожилки. Ни мгновения не колеблясь, Цинь Фэн шагнул вперёд и уже протянул руку, чтобы взять его, как вдруг...
— Хе-хе-хе... — за спиной раздался леденящий душу смешок.
Отрывок 1, вариант Т2
Павильон десяти тысяч сокровищ — первая лавка Восточной пустоши: его торговля охватила весь этот дикий край! Отделение в Тяньянчэне было лишь крохотным филиалом, меньше некуда.
Ночь была глубока. Цинь Фэн переоделся в чёрный плащ, накинул соломенную шляпу, бесшумно покинул резиденцию Су и растворился в ночном Тяньянчэне.
Отделение Павильона десяти тысяч сокровищ располагалось в самом оживлённом месте города и представляло собой роскошную пятиярусную башню. Даже глубокой ночью здесь было шумно: входили и выходили одни практики.
Цинь Фэн надвинул шляпу пониже и вошёл в зал.
— Уважаемый гость, вы желаете приобрести пилюли, духовные артефакты или сдать сокровища на продажу? — проворная служанка подошла с милой улыбкой.
— Мне нужен ваш управляющий, — хрипло произнёс Цинь Фэн, небрежно бросив камень духа среднего сорта.
Служанка внутренне вздрогнула, улыбка её стала ещё почтительнее:
— Драгоценный гость, прошу подождать минутку, я тотчас позову управляющего Гу.
Не смея проявить небрежность, она тотчас повернулась и быстро пошла во внутренние покои.
Вскоре под её сопровождением поспешно вышел старик в серой парчовой одежде, седовласый, но бодрый духом.
— Я, Гу Хэ, имею честь служить управляющим Павильона десяти тысяч сокровищ в Тяньянчэне. Что привело вас, уважаемый гость, сюда в столь поздний час?
Взгляд Гу Хэ, острый как у орла, исподтишка оценивал Цинь Фэна, однако обнаружил, что тот словно окутан туманом — даже ему, практику седьмой ступени закладки фундамента, не удавалось разглядеть ни малейшей детали.
«Этот человек не прост!» — мгновенно решил про себя Гу Хэ.
— Я хочу приобрести партию лекарственных трав, — Цинь Фэн щёлкнул пальцами, и сложенный лист бумаги вылетел и точно лёг в руку Гу Хэ.
— Трава ветряного колокольчика, цветок концентрации духа, эссенция фиолетовой меди, камень солнечного пламени... — Гу Хэ взял список и пробежал его глазами. — Это же всё духовные травы третьего уровня...
Будучи алхимиком второго ранга, Гу Хэ сразу определил класс снадобий:
— Господин, уж не собираетесь ли вы изготовить пилюлю третьего ранга?
— Не спрашивайте о том, о чём спрашивать не следует, — ровно произнёс Цинь Фэн, и по голосу нельзя было понять, рад он или разгневан.
— Старик проявил бестактность! — поспешно извинился Гу Хэ, но в душе уже получил ответ. Скорее всего, так и есть!
Царство Лазурного дракона обширно, практиков в нём не счесть, но алхимиков третьего ранга можно пересчитать по пальцам. Любой из них — желанный гость императорской семьи, и все великие роды наперебой заманивают таких людей.
Если этот человек в чёрном и вправду алхимик третьего ранга, то перед ним поистине драгоценный гость! Когда это в маленьком Тяньянчэне завелась такая фигура?
Гу Хэ согнулся ещё ниже, голос его источал предельное почтение:
— Успокойтесь, мастер. Старик не выведывал ваши секреты, просто травы из этого списка действительно редкость.
— Дела Павильона десяти тысяч сокровищ идут по всей Восточной пустоши, и вы не можете собрать даже это? — Цинь Фэн нахмурился.
— Мастер проницателен. Траву ветряного колокольчика, эссенцию фиолетовой меди и прочее, хотя в запасах отделения Тяньянчэна их нет, я могу срочно перебросить из соседних городов. — На лбу Гу Хэ выступил холодный пот. — Но вот камень солнечного пламени найти крайне трудно, сейчас его нет ни в одном отделении во всём Царстве Лазурного дракона.
— Вот как? — Цинь Фэн замер.
С остальными травами было проще, но камень солнечного пламени — главный ингредиент для изготовления этой пилюли Золотого ядра с драконьим узором. Без него он не сможет за кратчайшее время прорваться в сферу Золотого ядра. Род Цинь находится на краю гибели, времени на долгое развитие у него нет.
Разве что снова встретить женщину с особым телосложением, как Сюй Вань, но такое дело — редкость, которую не сыщешь по желанию; особые телосложения и без того редки, как можно встречать их постоянно?
— Кстати, ходили слухи, что в горном хребте Диких зверей, что в трёхстах ли к югу от города, находили камень солнечного пламени, — неожиданно переменил тему Гу Хэ. — Однако тамошние места довольно опасны: говорят, один практик, рискуя жизнью, вернулся с вестью, что видел там тигра-демона сферы Золотого ядра.
— О? — Цинь Фэн приподнял бровь, и на лице его отразилась радость.
Есть наводка — значит, дело наладится! А что до тигра-демона сферы Золотого ядра — он только что убил одного такого.
— Камень солнечного пламени я добуду сам, — хрипло сказал Цинь Фэн. — Остальные травы приготовьте как можно скорее. Мне нужно всё самое лучшее.
Гу Хэ поспешно сложил руки в приветствии:
— Не беспокойтесь, мастер, в течение семи дней старик непременно подготовит все травы в лучшем виде!
Договорив, Цинь Фэн не стал задерживаться, развернулся и вышел из дверей Павильона десяти тысяч сокровищ; его силуэт быстро растворился в ночи.
Лишь когда то едва уловимое давящее ощущение окончательно исчезло, Гу Хэ наконец с облегчением выдохнул, будто вернулся с того света.
— Управляющий, этот человек — загадочный, и платит так щедро. Может, послать кого-нибудь... разведать, кто он такой? — подошла к нему та самая служанка и тихо спросила.
— Дура! — Гу Хэ с разворота влепил ей пощёчину.
Звонкий звук удара разнёсся по комнате.
Служанка прижала ладонь к вспухшей щеке, в глазах её стоял ужас; она рухнула на колени.
— Ты хочешь погубить всех?! — рявкнул Гу Хэ. — Разведать подноготную мастера-алхимика третьего ранга? Ты хочешь, чтобы всё наше отделение в Тяньянчэне стёрли с лица земли?!
— Таких людей нам оскорблять не по чину! Какое там разведывать — с сегодняшнего дня всё, что с ним связано, ты должна держать в себе до самой смерти! Если хоть полслова просочится, я первый сдеру с тебя кожу заживо!
Не то чтобы он преувеличивал: силы и влияния алхимика третьего ранга поистине ужасали. Стоит тому сказать одно слово — и найдутся сколько угодно могучих практиков сферы Золотого ядра, готовых ему услужить; убить такого мелкого практика закладки фундамента, как он, наверное, проще, чем раздавить муравья!
...
Горный хребет Диких зверей. Это известное гиблое место на востоке Царства Лазурного дракона: повсюду рыщут демоны-звери, люди туда не заходят.
Темноту неба прорезал золотой луч — это золотопёрый орёл нёс Цинь Фэна, стрелой проносясь над бесчисленными горными вершинами.
Цинь Фэн стоял на спине орла; таинственное золотое вертикальное око в межбровье — Божественное око прозрения — уже бесшумно открылось.
В его зрении с мира спадала поверхностная оболочка. Направление потоков духовной энергии в горах и жилах земли, аура демонов-зверей, таящихся в глубине чащоб, драгоценные дары неба и земли, растущие на отвесных скалах... Всё открывалось, ничто не могло укрыться, и представало в его сознании с полной ясностью.
— Нашёл.
Не прошло и получаса, как взгляд Цинь Фэна остановился на мрачной долине, укутанной густым туманом.
Под Божественным оком прозрения в самой середине долины сиял источник света, жаркий, как маленькое солнце, источая поразительную силу чистого ян. Это и был камень солнечного пламени — главный ингредиент для изготовления пилюли Золотого ядра с драконьим узором!
— Не думал, что сведения Гу Хэ окажутся правдой. — Здесь и впрямь есть камень солнечного пламени!
Достать его будет проще простого!
Он похлопал золотопёрого орла по шее; огромная птица издала звонкий клёкот, сложила крылья и камнем устремилась к долине.
В долине не росло ни травинки, воздух был пропитан горелым духом. На чёрной скале посреди долины неподвижно покоился камень размером с кулак, весь багрово-красный, а по его поверхности едва заметно струились огненные узоры.
Ни мгновения не колеблясь, Цинь Фэн шагнул вперёд и уже протянул руку, чтобы снять его.
— Хе-хе-хе... — как вдруг за его спиной внезапно раздался леденящий душу смешок.
Отрывок 1, вариант Т3
«Башня десяти тысяч сокровищ» слыла первой во всей Восточной Пустоши, и торговля её охватывала все восточные земли. Отделение в Тяньянчэне было крошечным — так, захудалый филиал, не более.
Ночь стояла глухая.
Цинь Фэн облачился в чёрный плащ, надвинул на лоб бамбуковую шляпу, бесшумно выскользнул из резиденции Су и растворился в ночном Тяньянчэне.
Отделение «Башни десяти тысяч сокровищ» в Тяньянчэне находилось в самом оживлённом месте городского центра — роскошная пятиярусная башня. Даже глубокой ночью здесь не смолкал гул голосов, а входили и выходили сплошь практикующие.
Цинь Фэн надвинул шляпу пониже и шагнул в главный зал.
— Господин, желаете купить пилюли, духовные артефакты или сдать сокровища на продажу? — навстречу поспешила проворная служанка с милой улыбкой.
— Позовите управляющего, — прохрипел Цинь Фэн и небрежно бросил ей духовный камень средней пробы.
Сердце служанки ёкнуло, и улыбка стала ещё почтительнее.
— Уважаемый гость, прошу немного подождать, я сейчас же приглашу управляющего Гу.
Она не посмела медлить, тут же повернулась и быстрым шагом ушла во внутренние покои.
Вскоре оттуда вышел старик в сером парчовом халате, седовласый, но бодрый и проницательный.
— Я — Гу Хэ, скромно исполняю должность управляющего «Башни» в Тяньянчэне. Чем обязан столь позднему визиту уважаемого гостя?
Взгляд Гу Хэ был острым, как у ястреба. Он незаметно осматривал Цинь Фэна, однако весь облик собеседника был окутан какой-то дымкой, не позволявшей даже ему, практикующему седьмой ступени закладки фундамента, разглядеть хоть что-то.
Этот человек не прост!
Гу Хэ мгновенно оценил это.
— Хочу купить партию лекарственных трав.
Цинь Фэн щёлкнул пальцем — сложенный лист бумаги взлетел и точно лёг в руку Гу Хэ.
— Трава фэнлин, цветы ниншэнь, пурпурная медная эссенция, солнечный камень…
Взяв список, Гу Хэ пробежал по нему глазами.
— Это всё духовные травы третьего разряда…
Будучи алхимиком второго разряда, Гу Хэ с первого взгляда определил их класс. — Смею спросить, уважаемый: вы собираетесь изготовить пилюлю третьего разряда?
— О чём не следует, о том не спрашивай.
Голос Цинь Фэна был ровным, без тени чувств — ни гнева, ни радости.
— Старик проявил бестактность!
Гу Хэ поспешно извинился, но в душе уже нашёл ответ. Почти наверняка ошибки нет!
Земли королевства Цинлун обширны, практикующих там бессчётно, но алхимиков третьего разряда — по пальцам перечесть. Любой из них — почётный гость императорского двора, человек, за которого наперебой сражаются все великие роды.
Если человек в чёрном плаще и правда алхимик третьего разряда, то перед ним воистину высокий гость!
Откуда в маленьком Тяньянчэне взялась такая фигура?
Гу Хэ согнулся ещё ниже, и голос его пропитался предельным почтением:
— Успокойтесь, мастер. Старик вовсе не выведывает. Просто травы из вашего списка чрезвычайно редки.
— Дела «Башни десяти тысяч сокровищ» раскинуты по всей Восточной Пустоши, и она не может собрать даже такие мелочи?
Цинь Фэн нахмурился.
— Мастер прозорлив. Траву фэнлин, пурпурную медную эссенцию и прочее — пусть в отделении Тяньянчэна их нет в запасе, старик может, пользуясь полномочиями, в срочном порядке затребовать их из окрестных городов. — На лбу Гу Хэ выступил холодный пот. — Но вот солнечный камень найти крайне трудно. Сейчас ни в одном отделении королевства Цинлун его нет.
— Вот как?
Цинь Фэн замер.
С остальными травами было бы просто, но солнечный камень — главный компонент драконьей золотой пилюли.
Без него невозможно в кратчайший срок прорваться на ступень Золотого ядра.
Род Цинь на краю гибели, времени на медленное совершенствование нет.
Если только не встретится ещё одна женщина с особым телосложением, как Сюй Вань. Но такого по заказу не встретишь — особое телосложение само по себе редкость, разве может оно попадаться постоянно?
— Впрочем, — Гу Хэ неожиданно сменил тему, — ходят слухи, что в горах Маньшоу, в трёхстах ли к югу от города, появлялся солнечный камень. Только место это довольно опасное. Говорят, один практикующий, рискуя жизнью, сумел передать весть, что видел там демонического тигра ступени Золотого ядра.
— Вот как?
Брови Цинь Фэна приподнялись, на лице мелькнула радость.
Если есть весть — уже хорошо!
Что же до демонического тигра ступени Золотого ядра — одного такого он только что убил.
— Солнечный камень я добуду сам, — прохрипел Цинь Фэн. — А остальные травы готовь как можно быстрее. Мне нужны только лучшие.
Гу Хэ поспешно сложил руки в поклоне:
— Мастер, можете не тревожиться. За семь дней старик непременно всё подготовит!
Договорив, Цинь Фэн не стал больше задерживаться, развернулся и вышел из дверей «Башни», и его фигура вскоре растворилась в темноте.
Лишь когда витавшее в воздухе давящее ощущение окончательно исчезло, Гу Хэ длинно выдохнул, чувствуя, будто вернулся с порога царства мёртвых.
— Управляющий, этот человек пришёл неизвестно откуда и так щедро разбрасывается духовными камнями. Может, послать кого-нибудь… разузнать, кто он? — прежняя служанка приблизилась и тихо спросила.
— Дура! — Гу Хэ с разворота отвесил ей пощёчину.
Звонкий шлепок разнёсся по залу.
Служанка схватилась за вспухшую щёку и, полная ужаса, рухнула на колени.
— Ты хочешь нас всех погубить? — рявкнул Гу Хэ. — Разузнавать об алхимике третьего разряда? Хочешь, чтобы всё наше отделение в Тяньянчэне стёрли с лица земли?
— Таких людей мы не можем позволить себе оскорбить!
— Не то что разузнавать — с сегодняшнего дня забудь о нём навсегда! Если хоть полслова просочится — я первый с живого с тебя шкуру спущу!
Он вовсе не преувеличивал. Возможности алхимика третьего разряда были поистине ужасающими.
Стоит такому человеку сказать слово — и практикующих ступени Золотого ядра, готовых ему услужить, найдётся сколько угодно. Убить его, мелкого практикующего закладки фундамента, было бы не труднее, чем раздавить муравья.
…
Горы Маньшоу.
Это место слыло на востоке королевства Цинлун опасным краем: кругом рыскали демонические звери, человеческие следы встречались редко.
Золотой луч пронзил небо — золотой орёл нёс Цинь Фэна, словно поток света, прорезая гряды гор.
Цинь Фэн стоял на спине орла. Загадочное золотое вертикальное око на его лбу — всепроникающий божественный глаз — уже давно тихо открылось.
В его зрении с мира слетела вся внешняя оболочка. Токи духовной энергии в горных жилах, ауры демонических зверей, затаившихся в глубине чащоб, небесные сокровища и земные драгоценности, растущие на отвесных скалах… Всё стало явным и ясно открылось его взору.
— Нашёл.
Не прошло и четверти часа, как взгляд Цинь Фэна зацепился за глубокую долину, затянутую густым туманом.
Под всепроникающим божественным глазом в самом её центре полыхал источник света, жаркий, как маленькое солнце, источавший поразительную силу чистого ян.
Это и был главный компонент драконьей золотой пилюли — солнечный камень!
— А ведь Гу Хэ сообщил верные сведения.
— Здесь и правда есть солнечный камень!
Всё досталось без малейшего труда!
Он похлопал золотого орла по шее. Гигантская птица издала звонкий клёкот, сложила крылья и, как метеор, ринулась вниз, к долине.
В долине не росло ни травинки, воздух был пропитан гарью. На чёрной каменной глыбе в центре долины неподвижно покоился камень размером с кулак, весь багрово-красный, по поверхности которого струились едва заметные огненные узоры.
Без малейших колебаний Цинь Фэн шагнул вперёд и протянул руку, чтобы взять его.
— Хе-хе-хе…
Внезапно за его спиной раздался леденящий душу холодный смех.
Отрывок 1, вариант Т4
Башня Десяти Тысяч Сокровищ слыла первой башней Восточной Пустоши, и её торговые дела охватывали всю Восточную Пустошь.
Тяньянчэнское отделение Башни было, по сути, лишь крошечным опорным пунктом.
Стояла глубокая ночь.
Цинь Фэн облачился в чёрное одеяние, натянул широкополую шляпу и бесшумно покинул резиденцию Су, растворившись в ночном Тяньянчэне.
Отделение Башни Десяти Тысяч Сокровищ в Тяньянчэне располагалось в самом оживлённом месте города и представляло собой роскошную пятиярусную башню. Даже глубокой ночью здесь не смолкал шум: входили и выходили сплошь одни совершенствующиеся.
Цинь Фэн надвинул шляпу пониже и вошёл в зал.
— Господин, желаете купить пилюли, духовные артефакты или сдать на продажу сокровища? — с милой улыбкой подошла к нему проворная служанка.
— Позовите вашего управляющего, — хрипло произнёс Цинь Фэн, небрежно бросив ей духовный камень среднего ранга.
Служанка внутренне вздрогнула, и улыбка на её лице стала ещё более почтительной и подобострастной:
— Уважаемый гость, прошу немного подождать, я сейчас же приглашу управляющего Гу.
Не смея проявить ни малейшей нерадивости, она тотчас развернулась и быстрым шагом ушла во внутренние покои.
Вскоре следом за ней оттуда торопливо вышел старик в сером парчовом одеянии, седовласый, но бодрый духом.
— Я Гу Хэ, скромно занимаю должность управляющего Башней Десяти Тысяч Сокровищ в Тяньянчэне. Чем обязан столь позднему визиту уважаемого гостя?
Гу Хэ незаметно окинул Цинь Фэна острым, как у ястреба, взглядом, но обнаружил, что собеседник словно окутан плотным туманом: даже ему, практику седьмой ступени закладки фундамента, не удавалось разглядеть ни малейшей детали.
«Этот человек не прост», — мгновенно решил Гу Хэ.
— Я хочу купить партию лекарственных ингредиентов.
Цинь Фэн щёлкнул пальцем, и сложенный лист рисовой бумаги вылетел, ровно лёг в ладонь Гу Хэ.
— Колокольчиковая трава, цветок усмирения духа, пурпурно-сияющая медная эссенция, камень солнечного пламени...
Гу Хэ принял список и пробежал по нему взглядом.
— Это же всё духовные ингредиенты третьего ранга... — Будучи алхимиком второго ранга, он с первого взгляда определил их уровень. — Уважаемый, вы, видимо, собираетесь изготовить пилюлю третьего ранга?
— Не спрашивай о том, о чём спрашивать не следует, — голос Цинь Фэна был ровным, не выдавая ни гнева, ни радости.
— Это я, старик, проявил бестактность! — поспешно извинился Гу Хэ, но в душе уже знал ответ.
Скорее всего, так и есть!
Царство Цинлун обладало необъятными землями и бесчисленным множеством совершенствующихся, но алхимиков третьего ранга было наперечёт. Любой из них был желанным гостем императорской семьи, за которого боролись великие кланы. Если этот человек в чёрном и впрямь алхимик третьего ранга, то перед ним поистине драгоценный гость! Откуда в крошечном Тяньянчэне взялась такая важная персона?
Гу Хэ согнулся ещё ниже, и в его голосе звучало предельное почтение:
— Мастер, прошу не гневаться. Я не пытался выведать ваши тайны, просто ингредиенты из этого списка и впрямь чрезвычайно редки.
— Дела Башни Десяти Тысяч Сокровищ охватывают всю Восточную Пустошь, а такой мелочи собрать не можете? — Цинь Фэн нахмурился.
— Мастер верно подметил. Колокольчиковой травы, пурпурно-сияющей медной эссенции и прочего в тяньянчэнском отделении нет на складе, но я могу задействовать полномочия и срочно перебросить их из соседних городов. — На лбу Гу Хэ выступил холодный пот. — Вот только камень солнечного пламени отыскать невероятно трудно, и сейчас его нет ни в одном отделении по всему царству Цинлун.
— Вот как? — Цинь Фэн на мгновение замер.
С прочими ингредиентами было проще, но камень солнечного пламени был главным компонентом для изготовления пилюли Драконьего Золотого ядра. Без него Цинь Фэн не сумел бы в кратчайший срок прорваться в стадию Золотого ядра. Род Цинь находился в смертельной опасности, времени на медленное совершенствование не оставалось. Разве что снова встретить женщину с особым телосложением, как Сюй Вань, но такое — редкая удача, которую невозможно подгадать: особое телосложение само по себе редкость, как можно натыкаться на него снова и снова?
— Впрочем, говорят, в ста пятидесяти километрах к югу от города, в хребте Маньшоу, когда-то появлялись сведения о камне солнечного пламени. — Тут Гу Хэ резко переменил разговор. — Однако то место чрезвычайно опасно: по слухам, один совершенствующийся, рискуя жизнью, принёс весть, что видел там тигра-демона на стадии Золотого ядра.
— Вот как? — Цинь Фэн приподнял бровь, и на лице его мелькнула радость.
Есть сведения — уже хорошо! Что до тигра-демона стадии Золотого ядра, он лишь недавно убил одного противника той же стадии.
— За камнем солнечного пламени я отправлюсь сам, — хрипло произнёс Цинь Фэн. — Остальные ингредиенты подготовь как можно скорее. Мне нужны лучшие.
Гу Хэ поспешно сложил ладони в приветственном жесте:
— Мастер, не беспокойтесь. В течение семи дней старик непременно подготовит все ингредиенты!
Сказав это, Цинь Фэн не стал задерживаться, развернулся и вышел за дверь Башни Десяти Тысяч Сокровищ; его фигура быстро растворилась в ночи.
Лишь когда едва уловимое давящее ощущение окончательно исчезло, Гу Хэ с облегчением выдохнул, чувствуя себя так, будто только что побывал на краю могилы.
— Управляющий, этот человек явился неизвестно откуда и так щедро сорит камнями. Может, послать кого-нибудь... разузнать о нём? — та самая служанка подошла ближе и тихо спросила.
— Дура! — Гу Хэ наотмашь ударил её по лицу.
Звонкая пощёчина разнеслась по залу.
Служанка, зажимая распухшую щёку, с ужасом в глазах рухнула на колени.
— Ты хочешь погубить всех? — рявкнул Гу Хэ. — Разузнавать о мастере-алхимике третьего ранга? Ты хочешь, чтобы всё тяньянчэнское отделение стёрли с карты мира?!
Таких людей мы не можем позволить себе оскорблять!
Не говоря уже о расследовании — с сегодняшнего дня всё, что о нём знаешь, похорони в собственном животе! Если хоть полслова просочится наружу, я сам с живого с тебя шкуру спущу!
Он не преувеличивал: влияние алхимика третьего ранга было поистине чудовищным. Стоило этому мастеру сказать слово, как нашлось бы сколько угодно могущественных практиков стадии Золотого ядра, готовых ему услужить, — и убить такого мелкого практика закладки фундамента, как он сам, было бы, пожалуй, не труднее, чем раздавить муравья.
……
Хребет Маньшоу.
Это было известное на востоке царства Цинлун опасное место: повсюду рыскали демонические звери, а люди там почти не появлялись.
Золотая полоса рассекла небо. Золотопёрый орёл нёс на себе Цинь Фэна, подобно потоку света проносясь над бесчисленными горными грядами.
Цинь Фэн стоял на спине орла; таинственный золотой вертикальный глаз в межбровье — Божественное Око Прозрения — уже был бесшумно открыт.
В его поле зрения с мира слетала внешняя оболочка: токи духовной силы в горных хребтах и земных жилах, ауры демонических зверей, затаившихся в лесной чаще, редкие сокровища неба и земли, растущие на отвесных скалах... Ничто не могло укрыться; всё с предельной ясностью вставало перед его внутренним взором.
— Нашёл.
Не прошло и четверти часа, как взгляд Цинь Фэна остановился на глубокой долине, окутанной густым туманом.
Под Божественным Оком Прозрения в самом её центре пылал, точно маленькое солнце, сгусток света, источавший поразительную силу чистого ян.
Это и был главный компонент для изготовления пилюли Драконьего Золотого ядра — камень солнечного пламени!
— Не думал, что сведения Гу Хэ окажутся правдой.
— Здесь и правда есть камень солнечного пламени!
Досталось без малейших усилий!
Он похлопал золотопёрого орла по шее. Огромная птица издала звонкий клёкот, прижала крылья и, точно метеор, устремилась вниз, к долине.
В долине не росло ни травинки, воздух был насыщен палёным духом. В самом её центре на огромном чёрном валуне, точно вплавленный, неподвижно покоился камень размером с кулак, сплошь багряно-красный, по поверхности которого едва заметно струились огненные узоры.
Без малейшего промедления Цинь Фэн шагнул вперёд и уже протянул руку, чтобы снять камень.
— Цзе-цзе-цзе...
Внезапно за его спиной раздался леденящий душу холодный смех.
Отрывок 1, вариант Т5
Павильон десяти тысяч сокровищ, звавшийся первой лавкой Восточных пустошей, раскинул свои дела по всему краю. Отделение в Тяньянчэне было точкой настолько малой, что меньше некуда.
Ночь выдалась глубокая. Цинь Фэн сменил одежды на чёрный балахон, нахлобучил плетёную шляпу и бесшумно покинул усадьбу Су, растворившись в ночной тьме Тяньянчэна.
Отделение Павильона стояло в самом бойком месте центра, роскошной башней в пять этажей. Даже в столь поздний час здесь не стихал гомон — через двери входили и выходили сплошь культиваторы.
Цинь Фэн надвинул шляпу ниже и шагнул в зал.
— Господин гость, желаете купить пилюли, духовное оружие или, может, доверить нам на продажу сокровища? — тут же подлетела глазастая служанка с приторной улыбкой.
— Позовите вашего управляющего. — Голос Цинь Фэна был хриплым, он небрежно швырнул духовный камень среднего качества.
Служанка внутренне сжалась, и улыбка её стала ещё подобострастнее:
— Драгоценный гость, прошу подождать минутку, я сейчас же позову управляющего Гу.
Она не посмела мешкать, тотчас развернулась и заторопилась во внутренние покои.
Вскоре в сопровождении служанки поспешно вышел старец в сером парчовом халате — волосы седые, но взгляд бодрый, живой.
— Я — Гу Хэ, удостоен чести быть управляющим здешнего отделения Павильона. Чем обязан столь позднему визиту, почтенный гость?
Взгляд Гу Хэ был острым, как у ястреба; он незаметно окинул Цинь Фэна взглядом, однако заметил, что того словно обволакивает туман, и даже ему, культиватору седьмого уровня закладки фундамента, не удаётся разглядеть ни крупицы.
— Хочу приобрести партию лекарственных трав. — Цинь Фэн щёлкнул пальцем, и свёрнутый лист бумаги вылетел, аккуратно приземлившись в руку Гу Хэ.
— Колокольчиковая трава, цветок покоя духа, пурпурная сияющая медь, камень янского пламени... — Гу Хэ принял список, пробежал по нему взглядом.
— Да ведь всё это духовные травы третьего ранга... — Будучи алхимиком второго ранга, Гу Хэ с одного взгляда распознал их уровень.
— Уж не собираетесь ли вы, сударь, варить пилюли третьего ранга?
— О чём не следует спрашивать — не спрашивай. — Голос Цинь Фэна был ровен, без единой нотки гнева или одобрения.
— Простите мою дерзость! — поспешно извинился Гу Хэ, но в душе уже всё понял!
Скорее всего, он не ошибся! Государство Цинлун раскинулось широко, культиваторов в нём не счесть, а вот алхимиков третьего ранга — по пальцам перечесть. Каждый из них — почётный гость императорского двора, за которого рвутся бороться все великие кланы. Если этот человек в чёрном и впрямь алхимик третьего ранга, то он — поистине драгоценный гость! Откуда в крошечном Тяньянчэне взялась такая важная особа?
Гу Хэ согнулся ещё ниже, голос его звучал с почтением, превышающим всякую меру:
— Великий мастер, не гневайтесь. Я вовсе не выпытываю ваши секреты, просто травы из этого списка слишком уж редкостны.
— Павильон десяти тысяч сокровищ ведёт дела по всем Восточным пустошам, и даже такую малость не может собрать? — брови Цинь Фэна нахмурились.
— Да будет вашему превосходительству ведомо. Колокольчиковая трава, пурпурная сияющая медь и прочее — в здешнем отделении запасов нет, но я могу задействовать полномочия и срочно доставить из соседних городов. — На лбу Гу Хэ проступил холодный пот. — Только камень янского пламени — та ещё находка, во всех отделениях государства сейчас его нет.
— Вот как? — Цинь Фэн на миг замер.
С остальными травами всё просто, а вот камень янского пламени — главный ингредиент для «Пилюли Золотого ядра с драконьим узором». Без него он не сможет прорваться на стадию Золотого ядра в кратчайший срок. Род Цинь на краю гибели, у него нет времени на медленное совершенствование. Разве что снова встретится девушка с особым телосложением, как Сюй Вань, — но такие случаи даром не даются, особые телосложения редки сами по себе, разве могут они попадаться на каждом шагу?
— Впрочем, я слышал, будто в Горах Диких зверей, что в ста пятидесяти километрах к югу от города, ходили слухи о камне янского пламени. — Тут Гу Хэ вдруг сменил тему. — Правда, то место опасное: говорят, один культиватор ценою жизни передал весть, что там видели тигра-демона уровня Золотого ядра.
— О? — Бровь Цинь Фэна приподнялась, на лице мелькнула радость.
Раз есть след — значит, всё решаемо! А что до тигра-демона уровня Золотого ядра — он только что убил одного такого же ранга.
— Камень янского пламени я добуду сам. — Голос Цинь Фэна оставался хриплым. — Остальные травы собери как можно скорее, и мне нужны только лучшие.
Гу Хэ поспешно сложил руки:
— Будьте спокойны, великий мастер, в течение семи дней я подготовлю все нужные травы!
С этими словами Цинь Фэн, не мешкая больше, развернулся и вышел за дверь Павильона, и фигура его вскоре канула в ночи.
Лишь когда то давящее, едва уловимое присутствие исчезло окончательно, Гу Хэ облегчённо выдохнул — такое ощущение, будто он побывал на пороге смерти.
— Управляющий, этот человек загадочного происхождения и так щедр, может, послать людей... разузнать о нём? — приблизилась та самая служанка, понизив голос.
— Дура! — Гу Хэ со всей силы залепил ей пощёчину.
Звонкий шлепок разнёсся по комнате. Служанка, прижимая ладонь к вспухшей щеке, с ужасом в глазах рухнула на колени.
— Хочешь, чтобы нас всех убили? — гневно рявкнул Гу Хэ. — Разузнать подноготную алхимика третьего ранга?! Хочешь, чтобы всё наше отделение в Тяньянчэне стёрли с лица земли?!
— Таких людей нам ни за что нельзя задевать! Не то что следить — с сегодняшнего дня пусть всё, что знаешь о нём, сгниёт у тебя в животе! Если хоть полслова просочится — я сам сдеру с тебя шкуру!
Не то чтобы он паниковал из-за пустяка: просто сила, которой обладает алхимик третьего ранга, поистине чудовищна. Стоит тому обронить одно слово — и найдётся полно сильных мира уровня Золотого ядра, что ради него станут работать; убить такого жалкого культиватора закладки фундамента, как он, для них проще, чем раздавить муравья.
Горы Диких зверей.
Место на востоке государства Цинлун, известное своей опасностью: демонические звери бродят повсюду, людская нога ступает редко.
Золотой луч разрезал небо — золотопёрый орёл с Цинь Фэном на спине, словно поток света, пронёсся над чередой хребтов. Цинь Фэн стоял на орлиной спине, а золотое вертикальное око в межбровье, Око, прозревающее иллюзии, уже давно незаметно открылось.
В его зрении внешний облик мира был сорван. Потоки духовной энергии в горах и подземных жилах, дыхание демонических зверей, затаившихся в чаще лесов, редкие сокровища, что росли на отвесных скалах... — всё было на виду, ясно отражаясь в его сознании.
— Нашёл.
Не успела догореть одна палочка благовоний, как взгляд Цинь Фэна упёрся в глухую долину, окутанную густым туманом. Сквозь Око, прозревающее иллюзии, в самом центре долины он увидел источник света, жаркий, как маленькое солнце, — от него исходила поразительная сила чистого ян.
Да это же главный ингредиент «Пилюли Золотого ядра с драконьим узором» — камень янского пламени!
— Кто бы мог подумать, что сведения этого Гу Хэ окажутся верными. Здесь и вправду есть камень янского пламени!
Добыча сама идёт в руки!
Он потрепал орла по шее. Гигантская птица пронзительно вскрикнула, сложила крылья и, словно метеор, ринулась вниз, к той долине.
В долине не росло ни травинки, воздух был пропитан знойным, жгучим духом. На чёрном валуне в центре покоился камень размером с кулак, весь алый, по поверхности его едва заметно струились огненные узоры.
Не колеблясь ни мгновения, Цинь Фэн шагнул вперёд и потянулся было сорвать его.
— Хе-хе-хе...
Внезапно за его спиной раздался зловещий холодный смешок.
ОТРЫВОК 2
Исходник (китайский)
“两位大嫂，一起出手！” 就在这时，小六子一声大吼，它的两对紫色肉翼上，全都闪耀起了古朴的血色符文，这些符文，全部犹如暴雨般向薛万象暴射而出！ 戚红颜和徐婉俏脸一红，可现在不是纠结称呼的时候，两女也各自将自身的特殊体质，给催动到了极致！ 和秦风双修，她们不光是能助秦风修行，自己的修为，也获得了相当大的提升，其中戚红颜更是一举突破到了金丹！ 两女一兽同时发起进攻，剑气和妖力光雨混杂在一起，朝着薛万象笼罩而去！ 可这薛万象，却只是将手中的灵枪“渊虹”甩出一个枪花，便将所有的攻势尽数接下！ “哼！” 冷哼一声，薛万象陡然一枪横扫而出，将所有气劲，竟全部倒卷而回！ 噗嗤噗嗤噗嗤…… 无论是小六子，还是戚红颜和徐婉两女，身上全都被气劲扫中，裙袍应声而裂，露出了雪白的肌肤，浮现出了一道道血痕。 “两位美人，为了一个小子受这种皮肉之苦，值得吗？” 薛万象咧嘴一笑，“何况你们拼命要保护的小子，还是一个胆小如鼠的懦夫。” 他的目光，陡然扫了一眼秦家深处，“我就不信，待会我玩弄你们两个的时候，这小子还能继续当缩头乌龟？” 说罢，薛万象便陡然暴掠而进，手中的渊虹宛如一条灵蟒般，席卷向了戚红颜和徐婉两女，要彻底挑飞她们身上的裙袍！ 戚红颜和徐婉两女俏脸一沉，她们不愿受辱，若真到了那一步，就是自爆，也不能被此贼辱杀！ 可就在两女皆有觉悟之时—— 整座秦府，不，乃至于整座青州城，都猛然一震！ 一股浩瀚无匹的气息，陡然从秦府的深处爆发而出，直冲九霄，天穹之中，仿佛有着万龙齐鸣！ 下一秒，一道暗金色指劲陡然撕裂长空，仿佛无视了空间的距离，宛如流星破晓，后发先至！ 薛万象脸色一变，立即抽身暴退，同时横枪挡在身前，封住了指劲的路径！ 铛——！！！ 一声震耳欲聋的金铁交鸣之声，轰然炸响！ 火星四射！ 原本势若奔雷的薛万象，在指芒炸开的刹那间，整个人连人带枪，被一股无可匹敌的巨力，硬生生地震退了出去！ 他在坚硬的青石板上，双脚犁出两条深达半尺的沟壑，一连滑出了近百米远，才堪堪稳住身形！ 薛万象只觉得整条右臂都已酥麻，虎口崩裂，鲜血直流，心中更是掀起了滔天骇浪！ 他猛地抬头，死死望向那声音传来的方向。 只见庭院深处，一名身穿黑袍的青年，正负手缓缓走出。 他步伐不快，却仿佛每一步都踏在天地的脉络之上。 秦风抬起眼帘，目光平静地落在薛万象身上，淡淡开口。 “敢动我的女人，九幽黄泉，已有汝之名姓。” “老大，你终于来了！” 劫后余生的六翼圣虎，立即吹鼻子瞪眼，挥舞着爪子，“这狗东西太嚣张，把两位大嫂都欺负成什么样了，今儿个必须弄死他！” “你是秦风？！” 薛万象一脸不可置信地望着这黑袍青年，不敢确定，这真的是曹秋道要他杀的那个小子。 不是说好的才刚突破金丹吗？ 可这气息，起码已是金丹四重！ 情报严重有误！ “老贼误我！” 薛万象的脸色难看到了极点，要是早知道点子这么硬，那就不是加钱的问题了，他根本不会接曹秋道这一单活！ 他缓缓收枪，试图缓和气氛，“小子，如果我说今天的事情到此为止，你觉得如何？” “你说呢？” 秦风的嘴角勾起一抹玩味的弧度，那眼神，仿佛在看一个跳梁小丑。 “你觉得，可能吗？” 话音未落，他身形一晃，原地留下一道残影，整个人已然出现在薛万象面前，平淡的声音带着不容置疑的审判意味。 “竖子太狂妄！” “敬酒不吃吃罚酒，真以为你赢定了？” 薛万象被秦风这副吃定他的姿态彻底激怒，他北地枪宗，岂是浪得虚名之辈！今日，定要让这不知天高地厚的小子，血溅当场！ “雷动九天！” 薛万象一声暴喝，长枪舞动，刹那间，枪影重重叠叠，竟化作九道由紫色雷霆组成的狂暴巨浪，朝着秦风层层叠叠地拍击而去！ 面对这毁天灭地的一击，秦风只是抬起了右手，五指并拢，对着那汹涌而来的九重雷浪，轻描淡写地一掌拍出。 九重狂暴的雷浪，在那只看似平平无奇的肉掌面前，脆弱得如同沙雕，被摧枯拉朽般层层抹平！ “噗——！” 枪势被破，气机牵引之下，薛万象如遭雷击，张口喷出一大片血雾，整个人如同断了线的风筝般倒飞而出，狠狠砸塌了远处的一面院墙，碎石飞溅！ “该送你上路了！” 秦风一步踏出，掌力蓄势待发！ “小子，这是你逼我的！” 轰！！！ 一股远超之前的狂暴气息，自薛万象体内轰然爆发！他的双目变得赤红，周身肌肉坟起，青筋如虬龙般盘踞，修为竟迅速逼近金丹七重，达到金丹六重的巅峰！ “死！！！” 薛万象发出一声不似人声的咆哮，身影瞬间消失在原地，下一秒，一道凝练到极致，仿佛能刺穿天穹的血色枪芒，已然出现在秦风胸口之前！ 这一枪，速度、力量，都比之前强了数倍不止！ “燃烧寿元换来的力量，也就只有这点程度吗？” 秦风那双古井无波的眸子里，却透出了一丝淡淡的失望。 冰冷的声音，宛如来自九幽地狱的审判，让薛万象脸上的笑容瞬间凝固。 只见得秦风反手一掌打出，喝声如雷，“九天焚天掌，四掌镇幽冥！” 他的掌心纹路清晰可见，宛如神明之手，带着镇压九幽十地的无上神威，在与之触碰的霎那，薛万象便陡然枪芒尽碎，整具身体都被这一掌所笼罩！ “不——！” 薛万象发出了生命中最后一声绝望的嘶吼。 轰隆！！！ 巨掌落下，大地轰鸣。 整个秦家府邸都为之剧烈一震，坚硬的青石广场上，留下了一个深达数丈，边缘光滑如镜的恐怖掌印。 至于那不可一世的北地枪宗薛万象…… 早已在那一掌之下，只剩下一杆灵枪还留在原地颤鸣，肉身被彻底碾爆，化作了一团血雾，尸骨无存！
Отрывок 2, вариант Т1
— Сёстры, бейте вместе!
В тот же миг Сяо Люцзы оглушительно взревел. На двух парах его пурпурных перепончатых крыльев вспыхнули древние кроваво-красные руны и, словно ливень, обрушились на Сюэ Ваньсяна. Ци Хунъянь и Сюй Вань вспыхнули румянцем, но сейчас было не до смущения — обе до предела активировали свои особые конституции. От совместного совершенствования с Цинь Фэном они не только помогали ему в культивации, но и сами значительно продвинулись; Ци Хунъянь и вовсе прорвалась на стадию Золотого ядра! Девушки и зверь атаковали одновременно: клинковая ци и световой дождь демонической силы смешались в единый поток, накрывая Сюэ Ваньсяна.
Но тот лишь выписал «Юаньхуном» изящный вензель — и все атаки были отражены.
— Хм! — холодно хмыкнул Сюэ Ваньсян и резко выбросил копьё в горизонтальном взмахе; вся накопленная энергия ринулась обратно.
Пф-пф-пф…
И Сяо Люцзы, и обеих девушек задело этой ци. Одежды на них с треском разорвались, обнажив белоснежную кожу, по которой протянулись кровавые отметины.
— Две красавицы, стоит ли ради сопляка терпеть такие муки? — Сюэ Ваньсян осклабился. — Тем более что парень, которого вы отчаянно защищаете, — трусливый, словно мышь, ничтожный слабак.
Его взгляд вдруг метнулся в глубины поместья рода Цинь.
— Не поверю, что, когда я развлекусь с вами, этот парень продолжит прятаться, словно черепаха, втянувшая голову!
С этими словами Сюэ Ваньсян стремительно рванул вперёд; «Юаньхун» в его руке, извиваясь словно духовный питон, обрушился на Ци Хунъянь и Сюй Вань, намереваясь окончательно сорвать с них одежды. Лица девушек помрачнели — они не желали терпеть унижение. Дойди до крайности, они предпочли бы самоподрыв, чем дать этому разбойнику осквернить и убить себя.
Но в тот самый миг, когда обе уже были готовы ко всему…
Вся усадьба рода Цинь — нет, весь город Цинчжоу! — содрогнулись от мощнейшего удара. Из глубин поместья внезапно вырвалась безбрежная, не знающая равных аура, устремилась прямо к девяти небесам, и в небесной выси, казалось, взревели мириады драконов.
В следующую секунду тёмно-золотой луч энергии пальца разорвал небосвод, будто игнорируя само расстояние; вылетев позже, он достиг цели первым, словно метеор, пронзивший рассвет. Лицо Сюэ Ваньсяна изменилось — он мгновенно отпрянул назад и одновременно перекинул копьё перед собой, запечатывая траекторию удара.
Дзынь…!!!
Оглушительный лязг металла взорвал воздух. Снопы искр разлетелись во все стороны!
Сюэ Ваньсян, ещё мгновение назад мчавшийся с силой грома, в тот же миг вместе с копьём был отброшен неодолимой силой. На твёрдых каменных плитах он пропахал ногами две борозды глубиной в полчи и проскользил так почти сотню метров, прежде чем сумел наконец удержать равновесие. Вся правая рука онемела, тигровая пасть прорвана и кровоточит, а в душе поднялась чудовищная буря.
Он резко вскинул голову и впился взглядом в ту сторону, откуда донёсся звук.
В глубине двора, заложив руки за спину, неспешно выходил юноша в чёрном халате. Шаги его были неторопливы, но каждый, казалось, ступал по самым жилам мироздания. Цинь Фэн поднял глаза, и его спокойный взгляд лёг на Сюэ Ваньсяна.
— Кто посмел тронуть моих женщин — имя того уже начертано в Девяти преисподних у Жёлтых источников.
— Босс, ты наконец-то пришёл! — переживший смертельную опасность шестикрылый святой тигр тут же выпучил глаза и замахал лапами. — Эта сволочь слишком наглая, довела обеих невесток до такого! Сегодня непременно надо его прикончить!
— Ты — Цинь Фэн?! — Сюэ Ваньсян, не веря своим глазам, уставился на юношу в чёрном. Он не мог поверить, что это и есть тот самый парень, которого Цао Цюдао велел ему убить. Разве не говорили, что он только-только прорвался к Золотому ядру? Но эта аура — как минимум четвёртый слой Золотого ядра! Разведданные — грубая ошибка!
— Старый пёс меня подставил! — лицо Сюэ Ваньсяна помрачнело до предела. Знай он, что цель так тверда, дело было бы не в деньгах — он бы вовсе не взял этот заказ у Цао Цюдао.
Он медленно убрал копьё, пытаясь разрядить обстановку:
— Хлопец, а если я скажу, что на сегодня всё кончено, — как считаешь?
— А сам как думаешь? — в уголках губ Цинь Фэна заиграла насмешливая улыбка, а взгляд стал как у человека, смотрящего на кривляющегося шута. — Думаешь, такое возможно?
Не успели слова сорваться с уст, как он качнулся — на месте осталась лишь тень, а сам он уже возник перед Сюэ Ваньсяном. Ровный голос звучал с неопровержимой судейской интонацией:
— Щенок слишком дерзок!
— Не пьёшь доброе вино — будешь пить горькое. И вправду решил, что победа у тебя в кармане?
Сюэ Ваньсяна окончательно взбесила эта самоуверенная манера Цинь Фэна. Он, Копейный Мастер Северных земель, разве пустозвон?! Сегодня он непременно пустит кровь этому зарвавшемуся юнцу!
— Гром, сотрясающий девять небес! — яростно взревел Сюэ Ваньсян, вскинув копьё.
В то же мгновение тени копья наслоились друг на друга и превратились в девять исполинских валов из пурпурных громовых молний, которые волна за волной обрушились на Цинь Фэна. Перед лицом этой сокрушающей атаки тот лишь поднял правую ладонь с сомкнутыми пальцами и, будто играючи, нанёс удар по накатывающим девяти громовым валам. Перед этой обычной на вид ладонью яростные валы оказались хрупкими, словно песчаные изваяния, и были снесены до основания, как труха.
— Пф-а! — сила копья была разрушена, и по закону ответной реакции Сюэ Ваньсяна точно ударило молнией. Раззявив рот, он изверг облако кровавого тумана и, словно бумажный змей с оборванной нитью, отлетел назад, тяжко проломив дальнюю дворовую стену, — вокруг брызнули обломки камня.
— Пора отправлять тебя в путь! — Цинь Фэн шагнул вперёд, сила ладони была готова вырваться.
— Хлопец, ты сам напросился!
Грохот!
Буря ауры, несравненно более мощная, чем прежде, взорвалась из тела Сюэ Ваньсяна. Глаза налились алой кровью, мускулы вздулись, жилы взбугрились, словно извивающиеся драконы, а культивация стремительно приблизилась к седьмому слою Золотого ядра, достигнув пика шестого слоя!
— Сдохни!!! — Сюэ Ваньсян испустил нечеловеческий рёв и вмиг исчез с места.
В следующее мгновение кровавый луч копья, сжатый до предела и, казалось, готовый пронзить сами небеса, уже возник перед грудью Цинь Фэна. Этот удар — и по скорости, и по силе — был в разы мощнее прежних!
— Сжигая собственную жизнь ради силы, ты смог достичь лишь этого? — в глазах Цинь Фэна, безмятежных, словно гладь древнего колодца, мелькнула лёгкая тень разочарования.
Ледяной голос, подобный приговору из Девяти преисподних, мгновенно сковал улыбку на лице Сюэ Ваньсяна.
Цинь Фэн ударил обратной ладонью и громоподобно выкрикнул:
— Небесная длань, испепеляющая небо, четвёртый удар — усмири тьму преисподней!
Линии на его ладони проступали отчётливо, словно рука божества, и несли несравненную божественную мощь, подавляющую все девять преисподних и десять земель. В тот миг, когда копьё коснулось её, остриё мгновенно разбилось вдребезги, а всё тело Сюэ Ваньсяна оказалось объято этой дланью.
— Нет-!!! — вырвался из его груди последний, полный отчаяния вопль.
Грохот!!! Ладонь обрушилась. Земля взревела.
Вся усадьба рода Цинь сотряслась от мощной вибрации; на твёрдой каменной площади остался чудовищный отпечаток ладони глубиной в несколько чжанов, с краями, гладкими как зеркало.
Что же до того горделивого Копейного Мастера Северных земель Сюэ Ваньсяна…
Под этой ладонью от него лишь уцелело духовное копьё, оставшееся на месте и издававшее жалобный звон; плоть же была полностью смята и превратилась в облако кровавого тумана. Ни праха, ни костей!
Отрывок 2, вариант Т2
— Сёстры, бьём вместе!
Не успел он договорить, как Сяо Люцзы взревел, взмахнув обеими парами пурпурных крыльев, сверкающих древними кровавыми рунами. Сотни символов сорвались с крыльев и подобно ливню обрушились на Сюэ Ваньсяна.
Ци Хунъянь и Сюй Вань залились краской, но сейчас было не до споров об обращении. Обе женщины довели свои особые телосложения до предела. Благодаря парному совершенствованию с Цинь Фэном они не только помогали ему, но и сами значительно выросли: Ци Хунъянь и вовсе шагнула на ступень Золотого ядра.
Две женщины и зверь обрушились на врага разом. Мечевая ци и ливень демонической энергии переплелись в единый поток, накрывающий Сюэ Ваньсяна.
Тот лишь крутанул копьё «Юаньхун», выписывая в воздухе цветок, и без труда принял на себя все удары.
— Хм!
С холодным хмыканьем Сюэ Ваньсян резко повёл копьём по широкой дуге. Вся собранная энергия, словно сметённая обратно, хлынула на нападавших.
Хлоп-хлоп-хлоп…
И Сяо Люцзы, и Ци Хунъянь с Сюй Вань — все получили сполна. Одежда на них лопнула, обнажая белую кожу, на которой проступили кровавые полосы.
— Две красавицы, стоило ли терпеть такую боль ради сопляка? — осклабился Сюэ Ваньсян. — К тому же тот, кого вы так отчаянно защищаете, — трус, каких мало.
Он бросил быстрый взгляд в глубину поместья рода Цинь.
— Не поверю, что, когда я стану забавляться с вами, этот щенок так и будет сидеть, спрятав голову, словно черепаха.
С этими словами Сюэ Ваньсян рванулся вперёд. Копьё «Юаньхун» в его руках извивалось, как проворная змея, целясь в одежду Ци Хунъянь и Сюй Вань, чтобы полностью сорвать её с женщин.
Лица обеих помрачнели. Они не собирались терпеть бесчестье. Если дойдёт до последнего — лучше самоподрыв, чем позорная смерть от рук этого негодяя.
Но в тот самый миг, когда обе уже были готовы к такому исходу, вся усадьба рода Цинь — нет, весь город Цинчжоу — содрогнулся.
Из глубины поместья вырвалась безбрежная мощь, взметнувшаяся к самым небесам, и в вышине, казалось, разом заревели десять тысяч драконов.
В следующее мгновение тёмно-золотая энергия пальца разорвала небо. Она двигалась, не замечая расстояния, как метеор, рассекающий ночную тьму, пущенный позже, но достигший цели первым.
Лицо Сюэ Ваньсяна дрогнуло. Он мгновенно отпрянул, выставляя копьё перед собой, чтобы преградить путь атаке.
Дин-н-нь!
Оглушительный звон металла взорвал воздух, брызнули искры. Сюэ Ваньсян, прежде неудержимый, как раскат грома, в мгновение удара был отброшен назад вместе с копьём неодолимой силой.
Он проехал по каменным плитам, пропахав ногами две борозды глубиной в пол-чи, и остановился лишь метров через сто, едва удержавшись на ногах.
Вся правая рука онемела, ладонь разорвало в кровь, а в сердце вздыбилась буря. Сюэ Ваньсян резко вскинул голову и уставился туда, откуда прилетел удар.
Из глубины двора неторопливо вышел юноша в чёрном одеянии, заложив руки за спину. Шаг его был небыстрым, но каждый шаг, казалось, ложился на жилы самого мироздания.
Цинь Фэн поднял взгляд, спокойно устремив его на Сюэ Ваньсяна, и негромко произнёс:
— Тронешь мою женщину — и твоё имя уже записано в преисподней.
— Босс, ты наконец-то пришёл! — переживший беду шестикрылый святой тигр тут же надулся, выпучил глаза и замахал лапами. — Эта сволочь совсем распоясалась! Посмотри, до чего он довёл наших сестёр! Сегодня мы его точно прикончим!
— Ты и есть Цинь Фэн?!
Сюэ Ваньсян недоверчиво уставился на юношу в чёрном. Он не мог поверить, что это и есть тот парень, которого Цао Цюдао велел ему убить.
Разве не говорили, что он только-только прорвался к Золотому ядру? Но эта аура — не ниже четвёртой ступени Золотого ядра!
Сведения никуда не годятся!
— Старый ублюдок подставил меня!
Лицо Сюэ Ваньсяна исказилось до крайности. Знай он заранее, что противник настолько силён, дело было бы не в цене — он бы вообще не взялся за заказ Цао Цюдао.
Он медленно опустил копьё, пытаясь разрядить обстановку:
— Парень, что, если я скажу, что на этом всё закончим?
— А ты как думаешь?
Губы Цинь Фэна тронула насмешливая ухмылка, а взгляд был такой, словно он смотрел на паяца.
— Думаешь, это возможно?
Договорить он не успел — его фигура дрогнула и исчезла, оставив на месте лишь призрачный след. Сам он уже стоял перед Сюэ Ваньсяном, и в его ровном голосе звучал приговор, не терпящий возражений.
— Мальчишка, да ты зарвался!
— Сам напросился! Думаешь, уже победил?
Наглость Цинь Фэна окончательно взбесила Сюэ Ваньсяна. Не зря же он носил звание мастера Северного Копейного Клана! Сегодня этот не знающий меры юнец захлебнётся собственной кровью!
— Гром, сотрясающий девять небес!
Сюэ Ваньсян взревел, копьё в его руках заплясало, и в мгновение ока тень его размножилась на девять яростных волн из пурпурных молний, обрушившихся на Цинь Фэна одна за другой.
Но перед этой разрушительной атакой Цинь Фэн лишь поднял правую руку, сомкнул пальцы и с лёгким пренебрежением ударил ладонью навстречу девяти накатывающим громовым валам.
Девять неистовых волн перед этой на вид ничем не примечательной ладонью оказались хрупкими, как песчаные замки, — их стёрло слой за слоем с сокрушительной лёгкостью.
— П-фу!
Едва техника была сломлена, как отражённая энергия ударила по самому Сюэ Ваньсяну, словно молния. Его рот исторг фонтан кровавого тумана, а самого, будто воздушного змея с оборванной нитью, отшвырнуло назад. Он врезался в дальнюю стену двора, обрушив её градом каменных осколков.
— Пора отправлять тебя в путь!
Цинь Фэн шагнул вперёд, в ладони уже собиралась сокрушительная мощь.
— Пацан, ты сам меня вынудил!
Грох-х-х!!!
Из тела Сюэ Ваньсяна вырвалась яростная энергия, многократно превосходящая прежнюю. Глаза его налились кровью, мышцы вздулись, вены проступили, словно извивающиеся драконы. Его сила стремительно приближалась к седьмой ступени Золотого ядра, достигая пика шестой.
— Сдохни!!!
Сюэ Ваньсян издал нечеловеческий рёв. Тело его исчезло, а в следующее мгновение перед грудью Цинь Фэна уже сверкало кровавое копейное пламя, сжатое до предела, способное, казалось, пронзить само небо.
Этот удар по скорости и мощи превосходил прежний в несколько раз!
— И это всё, что можно получить, сжигая свою жизнь?
В глубине безмятежных, как древний колодец, глаз Цинь Фэна мелькнуло лёгкое разочарование. Ледяные слова прозвучали, как приговор из глубин самой преисподней, и усмешка на лице Сюэ Ваньсяна мгновенно застыла.
Цинь Фэн перевернул ладонь и нанёс ответный удар, сопроводив его раскатистым возгласом:
— Ладонь, сжигающая девять небес, четырьмя печатями укрощает преисподнюю!
Линии на его ладони проступили чётко, как на ладони божества. Ладонь несла в себе высшую мощь, способную усмирить все десять земель девяти преисподних. В миг соприкосновения копейное пламя Сюэ Ваньсяна рассыпалось, и всё его тело накрыло этой ладонью.
— Не-е-ет!!!
Из горла Сюэ Ваньсяна вырвался последний отчаянный вопль в его жизни.
Грох-х-х!!!
Гигантская ладонь обрушилась, земля взревела. Вся усадьба рода Цинь содрогнулась, и на каменной площади остался страшный отпечаток ладони глубиной в несколько чжанов, с краями, ровными, как зеркало.
Что до несокрушимого мастера Северного Копейного Клана Сюэ Ваньсяна…
От него после этого удара осталось лишь копьё, дрожащее на прежнем месте. Тело его было полностью раздавлено, обращено в облако кровавого тумана — ни косточки, ни следа.
Отрывок 2, вариант Т3
— Невестки, бейте вместе!
Сяо Люцзы взревел, и на двух парах его пурпурных перепончатых крыльев вспыхнули древние кроваво-красные руны, которые дождём хлынули в Сюэ Ваньсяна.
Ци Хунъянь и Сюй Вань слегка покраснели, но сейчас было не до споров об обращении; обе женщины тоже до предела активировали свои особые телосложения.
Благодаря парной практике с Цинь Фэном они не только помогали ему в совершенствовании, но и сами сильно продвинулись, причём Ци Хунъянь и вовсе разом прорвалась на стадию Золотого ядра.
Женщины и зверь одновременно атаковали; мечная ци и ливень демонической силы смешались и накрыли Сюэ Ваньсяна.
Но тот лишь взмахнул духовным копьём «Юаньхун», выписал сверкающий круг и принял на него все удары.
— Хм!
Сюэ Ваньсян холодно фыркнул и вдруг размашисто полоснул копьём, обратив всю энергию атаки вспять.
Хлёсткие шлепки...
И Сяо Люцзы, и Ци Хунъянь, и Сюй Вань — всех задела отражённая энергия: одежда на них с треском лопнула, обнажив белоснежную кожу, на которой проступили кровавые борозды.
— Красавицы, стоит ли терпеть такую боль ради какого-то сопляка? — осклабился Сюэ Ваньсян. — Тем более тот, кого вы так отчаянно защищаете, — трусливый, как мышь, ничтожество.
Он метнул взгляд в глубину владений рода Цинь:
— Не верю, что, когда я стану забавляться с вами двумя, этот мальчишка и дальше посмеет прятаться, как черепаха в панцире!
С этими словами Сюэ Ваньсян ринулся вперёд, и копьё «Юаньхун» подобно гибкому питону метнулось к Ци Хунъянь и Сюй Вань, намереваясь сорвать с них одежду.
Лица обеих женщин помрачнели. Они не желали бесчестья; если дойдёт до последнего — лучше самоподрыв, чем погибнуть от рук этого негодяя.
Но в тот миг, когда обе уже приготовились ко всему, —
Вся резиденция рода Цинь, нет, весь город Цинчжоу внезапно содрогнулся!
Из глубины резиденции вырвалось безбрежное, несравненное давление, взметнулось к небу, и в вышине будто разом заревели десять тысяч драконов.
В следующую секунду тёмно-золотой палец-луч разорвал небо, словно пренебрегая расстоянием, как метеор, рассекающий рассвет, — выпущенный позже, он достиг первым.
Лицо Сюэ Ваньсяна изменилось; он немедленно отпрянул, одновременно выставив перед собой копьё и перекрыв путь луча.
Дзынь — !!!
Раздался оглушительный звон металла.
Во все стороны брызнули искры.
Сюэ Ваньсян, ещё мгновение назад несущийся с мощью грома, в миг взрыва пальцевого сияния вместе с копьём был отброшен неодолимой силой.
По твёрдым каменным плитам он пропахал ногами две борозды глубиной в полфута, проскользив почти сто метров, прежде чем сумел кое-как удержаться.
Правая рука Сюэ Ваньсяна онемела, основание большого пальца лопнуло, кровь текла ручьём, а в душе бушевал настоящий шторм.
Он резко вскинул голову и уставился туда, откуда донёсся звук.
В глубине двора, заложив руки за спину, неторопливо вышел молодой человек в чёрном одеянии.
Шаг его был небыстрым, но каждый шаг, казалось, ложился на пульс самого мироздания.
Цинь Фэн поднял взгляд, спокойно посмотрел на Сюэ Ваньсяна и произнёс:
— Посмел тронуть мою женщину — в девяти безднах и Жёлтых источниках уже высечено твоё имя.
— Старший, ты наконец-то пришёл!
Уцелевший шестикрылый святой тигр раздул ноздри, вытаращил глаза и замахал лапами:
— Эта тварь совсем обнаглела, до чего довела обеих невесток! Сегодня обязательно надо прикончить его!
— Ты — Цинь Фэн?!
Сюэ Ваньсян недоверчиво смотрел на молодого человека в чёрном одеянии, не решаясь поверить, что это и есть тот парень, которого велел убить Цао Цюдао.
Разве не говорили, что он только-только прорвался на стадию Золотого ядра?
Но эта аура — явно четвёртая ступень Золотого ядра!
Сведения сильно неверны!
— Старый негодяй подставил меня!
Лицо Сюэ Ваньсяна исказилось до предела; знай он, что цель окажется настолько твёрдым орешком, дело было бы не в повышении платы — он бы вообще не взялся за заказ Цао Цюдао.
Он медленно опустил копьё, пытаясь разрядить обстановку:
— Парень, а что если я скажу: на сегодня всё закончим?
— Как думаешь?
В уголках губ Цинь Фэна появилась насмешливая улыбка, а взгляд был такой, будто он смотрел на жалкого клоуна.
— Думаешь, это возможно?
Не успел он договорить, как его фигура дрогнула, оставив на месте остаточный образ, а сам он уже оказался перед Сюэ Ваньсяном, и в спокойном голосе прозвучал приговор, не допускающий возражений.
— Наглец!
— Не пьёшь вина — выпьешь штрафное! Думаешь, уже победил?
Сюэ Ваньсяна окончательно разъярил этот снисходительный вид, будто его уже списали со счетов. Он, славный на севере копейный мастер, не из тех, кто зря носит громкое имя! Сегодня этот не знающий высоты неба и глубины земли мальчишка непременно захлебнётся собственной кровью!
— Гром, сотрясающий девять небес!
Сюэ Ваньсян взревел и завертел копьём; в мгновение ока тени копья наслоились и превратились в девять бушующих волн из пурпурных молний, которые волна за волной обрушились на Цинь Фэна.
Перед этой уничтожающей небо и землю атакой Цинь Фэн лишь поднял правую руку, сомкнул пальцы и нанёс лёгкий, как кисть художника, удар ладонью навстречу нахлынувшим девяти громовым волнам.
Девять неистовых волн молний перед этой с виду ничем не примечательной ладонью оказались хрупкими, как песчаные скульптуры, и были стёрты слой за слоем, будто гнилые прутья.
— Пф-ф!
Техника копья была сломлена, и под воздействием обратного хода энергии Сюэ Ваньсяна будто поразило молнией: изо рта у него фонтаном брызнула кровь, а сам он, как оборванный воздушный змей, отлетел назад и с грохотом врезался в дальнюю стену, разбросав осколки камня.
— Пора отправить тебя в путь!
Цинь Фэн шагнул вперёд, готовый нанести удар ладонью.
— Парень, ты сам вынудил меня!
Грохот!!!
Из тела Сюэ Ваньсяна вырвалась неистовая аура, намного превосходившая прежнюю. Его глаза стали алыми, мышцы вздулись, зелёные вены оплели тело, как драконы, а культивация стремительно приблизилась к седьмой ступени Золотого ядра, достигнув пика шестой ступени!
— Умри!!!
Сюэ Ваньсян издал звериный рёв, его фигура мгновенно исчезла, а в следующее мгновение перед грудью Цинь Фэна возникло спрессованное до предела кроваво-красное копейное сияние, способное, казалось, пронзить небо.
Этот удар по скорости и силе в несколько раз превосходил прежние.
— И это всё, на что способна сила, купленная сжиганием жизненного срока?
В глазах Цинь Фэна, спокойных, как старое бездонное озеро, мелькнуло лёгкое разочарование.
От ледяного голоса, подобного приговору из глубин девяти преисподних, ухмылка на лице Сюэ Ваньсяна вмиг застыла.
Цинь Фэн ударил ладонью наотмашь и прогремел:
— Ладонь девяти небес, сжигающая небо: четвёртая ладонь усмиряет преисподнюю!
Линии на его ладони проступили отчётливо, словно рука божества, несущая беспредельную мощь, усмиряющую девять подземных миров. В миг соприкосновения копейное сияние Сюэ Ваньсяна рассыпалось вдребезги, и всё его тело накрыло этой ладонью.
— Нет!
Из горла Сюэ Ваньсяна вырвался последний отчаянный вопль.
Грохот!!!
Огромная ладонь опустилась, и земля загудела.
Вся резиденция рода Цинь содрогнулась, а на твёрдой площади из синего камня остался ужасающий отпечаток ладони глубиной в несколько метров с ровными, как зеркало, краями.
Что же до непокорного Северного Копейного Мастера Сюэ Ваньсяна...
После этого удара осталось лишь духовное копьё, дрожащее на месте; тело же его было начисто размолото и превратилось в кровавый туман — ни костей, ни праха.
Отрывок 2, вариант Т4
— Невестки, вместе! — взревел Сяо Люцзы, и на его двух парах пурпурных перепончатых крыльев разом загорелись древние кроваво-красные руны, которые ливнем хлынули в сторону Сюэ Ваньсяна.
Ци Хунъянь и Сюй Вань слегка покраснели, но сейчас было не до споров об обращении. Обе женщины до предела активировали свои особые телосложения; благодаря парному совершенствованию с Цинь Фэном они не только помогали ему в культивации, но и сами заметно выросли, а Ци Хунъянь так и вовсе с одного рывка прорвалась к Золотому ядру.
Две женщины и зверь ударили одновременно, и меч-ци смешалась с ливнем демонической силы, накрывая Сюэ Ваньсяна. Но тот лишь крутанул в руке духовное копьё «Юаньхун», поймав все атаки, а затем, хмыкнув, резко взмахнул им по горизонтали — и вся вложенная энергия вернулась обратно.
Ширк! Ширк! Ширк!..
Ни Сяо Люцзы, ни Ци Хунъянь, ни Сюй Вань не успели увернуться: энергия хлестнула по ним, одежда лопнула, обнажив белую кожу, на которой проступили кровавые полосы.
— Красавицы, стоит ли терпеть такую боль ради какого-то мальчишки? — осклабился Сюэ Ваньсян. — Тем более что тот, кого вы так отчаянно защищаете, — трусливый, как мышь, слабак.
Он резко глянул вглубь резиденции рода Цинь.
— Не поверю, что, когда я буду развлекаться с вами, этот парень и дальше станет прятать голову в панцирь.
Договорив, Сюэ Ваньсян резко бросился вперёд; его «Юаньхун» словно живой питон метнулся к женщинам, намереваясь полностью сорвать с них одежду.
Лица Ци Хунъянь и Сюй Вань помрачнели. Они не желали позора; если дойдёт до крайнего — лучше взорвать себя, чем быть обесчещенными этим ублюдком.
Но как только обе приготовились к такому исходу...
Вся резиденция рода Цинь — нет, весь город Цинчжоу — содрогнулся! Из глубины резиденции вырвалась безграничная аура, взметнувшись до девяти небес, и в небесах, казалось, разом взревели десять тысяч драконов.
В следующий миг тёмно-золотая сила удара пальцем разорвала небо, словно не замечая расстояния, подобно метеору на рассвете, и, пущенная позже, прибыла первой.
Лицо Сюэ Ваньсяна изменилось; он тотчас отпрянул, выставив копьё перед собой, перекрывая путь удару.
Дзынь—!!!
Раздался оглушительный звон металла, брызнули искры. Сюэ Ваньсяна, только что стремительного, как гром, в момент взрыва силы вместе с копьём отбросило неодолимой мощью. Его ноги пропахали в каменных плитах две борозды глубиной в полчи, и он проскользил почти сто метров, прежде чем с трудом остановился. Вся правая рука Сюэ Ваньсяна онемела, ладонь была разорвана, кровь текла, а в сердце поднялись огромные волны.
Он резко поднял голову, вглядываясь туда, откуда пришёл звук. Из глубины двора медленно выходил юноша в чёрном одеянии, заложив руки за спину. Он шёл неторопливо, но каждый его шаг словно ступал по меридианам мироздания.
Цинь Фэн поднял взгляд, спокойно посмотрел на Сюэ Ваньсяна и ровно произнёс:
— Посмевший тронуть мою женщину — имя его уже записано в девяти подземных мирах.
— Босс! Наконец-то ты пришёл! — переживший смертельную опасность шестикрылый святой тигр тут же раздул ноздри, вытаращил глаза и замахал лапами. — Эта собака совсем обнаглела! Глянь, до чего он довёл наших невесток! Сегодня мы его точно прикончим!
— Ты — Цинь Фэн?! — недоверчиво воскликнул Сюэ Ваньсян, уставившись на юношу в чёрном. Он не мог поверить, что это тот самый парень, которого велел убить Цао Цюдао.
Разве не сказано было, что он только что прорвался к Золотому ядру? Но эта аура — как минимум четвёртая ступень Золотого ядра! Сведения были совершенно неверны!
— Старый подлец подставил меня! — лицо Сюэ Ваньсяна стало мрачнее тучи. Знай он, что цель настолько сильна, дело было бы уже не в деньгах — он бы вообще не взял этот заказ!
Он медленно опустил копьё, пытаясь сгладить обстановку.
— Парень, что, если мы на этом остановимся? Как тебе?
— А сам как думаешь? — угол рта Цинь Фэна изогнулся в насмешливой улыбке; взгляд был такой, словно он смотрел на жалкого шута. — Думаешь, это возможно?
Не успели отзвучать эти слова, как его фигура дрогнула, оставив на месте лишь призрак, а сам он уже появился перед Сюэ Ваньсяном. Ровный голос звучал как приговор.
— Да как ты смел! Не хочешь по-хорошему — получишь по-плохому! Думаешь, уже победил?
Сюэ Ваньсяна окончательно взбесило, что Цинь Фэн ведёт себя так, будто он уже покойник. Он, боец Северного клана копья, не заслужил свою славу напрасно! Сегодня этот зарвавшийся сопляк захлебнётся собственной кровью!
— Гром, сотрясающий девять небес! — взревел Сюэ Ваньсян, взмахнув копьём. В один миг тени копья наслоились друг на друга, превратившись в девять яростных волн из фиолетовых молний, и волна за волной обрушились на Цинь Фэна.
Перед лицом этого разрушительного удара Цинь Фэн лишь поднял правую руку, сомкнул пальцы и небрежно ударил ладонью по накатывающим волнам. Девять яростных волн грома перед этой ничем не примечательной ладонью оказались хрупкими, как песчаные скульптуры, и были сметены, словно сухая трава.
— Пфф—!
Техника копья была разрушена, и из-за отдачи Сюэ Ваньсян, словно поражённый молнией, выплюнул облако кровавого тумана и отлетел, как воздушный змей с оборванной нитью, врезавшись в дальнюю стену и обрушив её; осколки брызнули во все стороны.
— Пора отправлять тебя в путь! — Цинь Фэн шагнул вперёд, сила ладони готова к удару.
— Парень, ты сам напросился!
Из тела Сюэ Ваньсяна вырвалась яростная аура, намного превосходящая прежнюю. Его глаза налились кровью, мышцы вздулись, вены, как извивающиеся драконы, оплели тело. Его уровень стремительно приблизился к седьмой ступени Золотого ядра, достигнув пика шестой!
— Сдохни!!! — взревел Сюэ Ваньсян нечеловеческим голосом, и его фигура мгновенно исчезла.
В следующий миг кроваво-красное остриё копья, сконцентрированное до предела, словно способное пронзить небо, уже оказалось перед грудью Цинь Фэна. Этот удар был в несколько раз сильнее и быстрее прежних.
— И это всё, на что способна сила, купленная сжиганием жизненных лет? — в безмятежных, как старый колодец, глазах Цинь Фэна мелькнуло лёгкое разочарование. Ледяной голос, словно приговор из самой преисподней, заставил улыбку на лице Сюэ Ваньсяна мгновенно застыть.
Цинь Фэн наотмашь ударил ладонью, и его голос прогремел как гром:
— Ладонь, сжигающая девять небес, четвёртая ладонь — усмиряющая преисподнюю!
Линии его ладони были отчётливо видны, она была словно длань божества, несущая высшую мощь, подавляющую девять подземных миров и десять земель. В момент соприкосновения остриё копья Сюэ Ваньсяна мгновенно рассыпалось, а всё его тело накрыла эта ладонь.
— Нет—! — издал Сюэ Ваньсян последний отчаянный крик в своей жизни.
Грохот!!!
Огромная ладонь опустилась, земля содрогнулась. Вся резиденция рода Цинь сильно вздрогнула; на каменной площади остался ужасающий отпечаток ладони глубиной в несколько чжанов, с гладкими, как зеркало, краями.
Что же до непобедимого бойца Северного клана копья Сюэ Ваньсяна... Под этой ладонью он исчез, осталось лишь его духовное копьё, дрожащее и звенящее на месте. Тело было полностью раздавлено, превратилось в кровавый туман — не осталось ни костей.
Отрывок 2, вариант Т5
— Дамы, атакуем вместе!
В этот самый миг Сяо Люцзы оглушительно взревел. На двух парах его пурпурных крыльев вспыхнули древние кроваво-красные руны, и все они, словно ливень, обрушились на Сюэ Ваньсяна. Ци Хунъянь и Сюй Вань вспыхнули румянцем, но сейчас было не время смущаться из-за обращения — обе девушки до предела активировали свои особые конституции. От парного совершенствования с Цинь Фэном они не только помогали ему в культивации, но и сами значительно продвинулись; Ци Хунъянь и вовсе прорвалась на стадию Золотого ядра.
Девушки и зверь атаковали одновременно: мечевая ци и световой дождь демонической силы смешались воедино и обрушились на Сюэ Ваньсяна. Однако тот лишь крутанул своё духовное копьё «Юаньхун», исполняя фигуру «цветок копья», и принял все атаки без остатка.
— Хм!
Холодно фыркнув, Сюэ Ваньсян резко выбросил копьё в горизонтальном взмахе, и вся накопленная энергия ринулась обратно.
Пф-пф-пф-пф…
И Сяо Люцзы, и обе девушки — всех задело этой ци. Платья на них с треском разорвались, обнажив белую кожу и прочертив на ней кровавые полосы.
— Две красавицы, стоит ли ради сопляка терпеть такую боль? — Сюэ Ваньсян осклабился. — Тем более что парень, которого вы так отчаянно защищаете, — трусливый ничтожный слабак.
Его взгляд вдруг метнулся в глубины поместья рода Цинь.
— Неужели вы думаете, что когда я развлекусь с вами, он так и будет прятаться как черепаха в панцире?
С этими словами Сюэ Ваньсян стремительно рванул вперёд. Копьё «Юаньхун» в его руках, извиваясь словно духовный питон, обрушилось на Ци Хунъянь и Сюй Вань, норовя полностью сорвать с них одежды.
Лица девушек помрачнели. Они не желали терпеть унижение — дойди дело до этого, они предпочли бы самоподрыв, чем дать этому разбойнику осквернить себя.
Но в тот миг, когда обе девушки уже были готовы на всё…
Всё поместье рода Цинь — нет, весь город Цинчжоу! — содрогнулось от мощнейшего удара.
Из глубин поместья внезапно вырвалась необъятная, всесокрушающая аура, взмывшая прямо к девяти небесам; в небесных чертогах словно взревели мириады драконов. В следующий миг тёмно-золотой пальцевый удар разорвал небеса, будто игнорируя само расстояние, — словно метеор, прорвавший рассвет, он вырвался вперёд, опередив все прежние движения.
Лицо Сюэ Ваньсяна изменилось. Он мгновенно отпрянул назад и одновременно перекинул копьё перед собой, запечатав траекторию удара.
Дзынь —!!!
Оглушительный лязг металла взорвался в воздухе! Снопы искр разлетелись во все стороны!
Сюэ Ваньсян, ещё мгновение назад мчавшийся с силой грома, в тот же миг, когда взорвался луч, был отшвырнут назад вместе с копьём неодолимой силой. Он вдавил обе ступни в твёрдую каменную плиту, пропахав две глубокие борозды глубиной в пятнадцать сантиметров и проскользив так почти сотню метров, прежде чем сумел наконец удержать равновесие.
Лишь сейчас Сюэ Ваньсян почувствовал, что вся правая рука онемела, тигровая пасть прорвана и кровоточит, а в душе поднялась настоящая буря. Он резко вскинул голову и впился взглядом в ту сторону, откуда донёсся звук.
В глубине двора, заложив руки за спину, неспешно выходил юноша в чёрном халате. Шаги его были неторопливы — но каждый словно ступал по самым жилам мироздания.
Цинь Фэн поднял глаза. Взгляд его спокойно лёг на Сюэ Ваньсяна, и он заговорил ровным тоном:
— Посмел тронуть моих женщин — имя твоё уже записано в глубинах Девяти преисподних.
— Босс, ты наконец-то пришёл!
Шестикрылый святой тигр, переживший смертельную опасность, тут же фыркнул носом, выпучил глаза и замахал лапами:
— Эта тварь слишком наглая, довёл обеих госпож до такого! Сегодня же его надо прикончить!
— Ты — Цинь Фэн?!
Сюэ Ваньсян, не веря своим глазам, уставился на юношу в чёрном. Он не мог поверить, что этот парень — тот самый, кого Цао Цюдао велел ему убить.
Разве говорили, что он только-только прорвался на Золотое ядро? А по этой ауре — как минимум четвёртый слой ядра!
Разведданные — грубая ошибка!
— Старый пёс меня подставил!
Лицо Сюэ Ваньсяна потемнело до предела. Знал бы он, что цель такая крепкая — дело было бы не в деньгах, он бы вовсе не взял этот заказ у Цао Цюдао.
Он медленно убрал копьё, пытаясь разрядить обстановку:
— Хлопец, а если я скажу, что на сегодня всё кончено, — как считаешь?
— А сам как думаешь?
В уголках губ Цинь Фэна заиграла насмешливая улыбка. Взгляд его был как у человека, смотрящего на кривляющегося шута.
— Думаешь, такое возможно?
Не успели слова сорваться с уст, как он качнулся — на месте осталась лишь смазанная тень, а сам он уже оказался перед Сюэ Ваньсяном. Ровный голос звучал с неопровержимой судейской интонацией:
— Щенок слишком дерзок!
— Не пьёшь доброе вино — будешь пить горькое. И правда думаешь, что победа у тебя в кармане?
Сюэ Ваньсяна взбесила эта самоуверенная манера Цинь Фэна. Он — Копейный Мастер Северных Земель, разве репутация его пуста?! Сегодня он непременно пустит кровь этому не знающему предела юнцу!
— Гром, сотрясающий девять небес!
Сюэ Ваньсян взревел, вскидывая копьё. В одно мгновение тени копья наслоились друг на друга — и превратились в девять исполинских валов из пурпурных громовых молний, которые волна за волной обрушились на Цинь Фэна.
Против этого сокрушающего удара Цинь Фэн лишь поднял правую ладонь — пальцы сомкнуты — и, будто играючи, хлопнул по этим накатывающим девяти громовым валам.
Девять яростных громовых валов перед этой ладонью, на вид самой обычной, оказались хрупкими, словно песчаные изваяния, — их снесло до основания, будто мусор!
— Пф-а!
Прорыв копейной силы и срыв ци-потоков отозвался в нём самом: Сюэ Ваньсяна точно молнией ударило. Раззявив рот, он изверг огромный сгусток кровавого тумана, и всё его тело, как воздушный змей с оборванной нитью, отлетело назад, тяжко проломив дальнюю дворовую стену, — обломки камней брызнули в стороны!
— Пора отправлять тебя в путь!
Цинь Фэн шагнул вперёд, готовя удар ладонью!
— Хлопец, ты сам напросился!
Грохот!!!
Буря ауры, несравненно более мощная, чем прежде, взорвалась из тела Сюэ Ваньсяна! Глаза его налились алой кровью, мускулы вздулись, жилы взбугрились, словно извивающиеся драконы, — культивация стремительно взлетела к пику шестого слоя Золотого ядра, почти до седьмого!
— Сдохни!!!
Сюэ Ваньсян испустил рёв, в котором уже не было ничего человеческого, и в миг исчез с места. В следующее мгновение кровавый луч копья, сжатый до предела, словно готовый пронзить сами небеса, уже возник перед грудью Цинь Фэна.
Этот удар — и по скорости, и по силе — был в разы мощнее прежних!
— Ради силы ты сжигаешь собственную жизнь — и это всё, чего ты достиг?
В глазах Цинь Фэна, гладких и бесстрастных, как у стоячей воды, мелькнула лёгкая тень разочарования. Ледяной голос, словно приговор из глубин Девяти преисподних, мгновенно сковал улыбку на лице Сюэ Ваньсяна.
Цинь Фэн ударил обратной ладонью, и голос его прогремел, как гром:
— Небесная длань, испепеляющая небо, четвёртый удар — запечатать тьму преисподней!
Узоры на его ладони проступали отчётливо, словно рука божества, — с несравненной божественной мощью, подавляющей все девять земель и десять бездн. В тот миг, когда она коснулась копья, луч мгновенно рассыпался в дребезг, и всё тело Сюэ Ваньсяна оказалось накрыто этой дланью!
— Нет-!!!
Сюэ Ваньсян испустил последний, полный отчаяния вопль своей жизни.
Грохот!!!
Ладонь обрушилась. Земля взревела.
Всё поместье рода Цинь сотряслось от мощной вибрации; на твёрдой каменной площади остался чудовищный отпечаток ладони глубиной в несколько саженей с краями гладкими, как зеркало.
Что до того горделивого Копейного Мастера Северных Земель Сюэ Ваньсяна…
Его уже не было. Под этим ударом осталось лишь одно духовное копьё, дрожащее и звенящее на месте, — плоть же была полностью смята, превращена в облако кровавого тумана. Ни праха, ни костей!
ОТРЫВОК 3
Исходник (китайский)
霍尊脸上的狂喜笑容，彻底僵住，眼珠子都快瞪了出来。 这什么情况，秦风这小子什么时候攀上了万宝楼，居然让柳玄不惜冒着得罪瀛国使团的风险，出手救他？ “柳楼主，你这是何意？” 源千绝声音冰冷，杀机毕露，“我杀此子，为我徒儿报仇，天经地义！你万宝楼，是想插手我瀛国与青龙国之间的恩怨吗？” 万宝楼生意遍布东荒，向来中立，从不参与各国纷争。 源千绝不信，柳玄会为了一个毛头小子，打破万宝楼百年来的规矩。 “呵呵，源先生言重了。” 柳玄抚须一笑，神色淡然，但那双浑浊的老眼中，却闪烁着不容置疑的锋芒。 他侧过身，微微对着秦风躬了躬身，姿态放得极低，随即才直起身子，面向源千绝，声音传遍全场。 “老夫出手，与万宝楼无关，纯粹是私人交情。” “秦公子于老夫有大恩，乃是老夫最尊贵的客人。你想杀他，便是与我柳玄为敌！” “今日，有老夫在此，谁也休想动秦公子一根汗毛！” 话音铿锵，掷地有声！ 演武场周围，所有人皆面面相觑。 听这口气，这是打算要死保秦风啊！ 秦风究竟对柳玄做了什么，能让这位心高气傲的丹道大师，说出如此分量的话，不惜当众与一位金丹巅峰强者撕破脸皮！ 皇甫玉香掩着红唇，美眸中的震撼已是无以复加。 她发现，自己对秦风的了解，似乎连冰山一角都不到。 在此之前，秦风好像都没有来过帝都吧，他到底是什么时候，和柳玄大师，结下这般生死之交的？ 万宝楼乃商业势力，最是重利，她实在很难想象，秦风到底是给了万宝楼何等惊天大利，才会让柳玄这般拼命？ “好，很好！” 源千绝气得浑身发抖，胸膛剧烈起伏。 一个柳玄，与他修为在伯仲之间，他确实没有把握在对方的保护下杀死秦风。 更何况，这里是青龙国帝都，众目睽睽之下，他若真引起众怒，恐怕会被人围攻。 “柳玄是吧，老夫记住你这笔账了！” 源千绝怨毒地盯了柳玄一眼，又将那双淬毒的眸子转向秦风，“小畜生，你的命，老夫迟早会来取！” 撂下这句狠话，他身形一闪，卷起地上北冥朔的尸体，化作一道流光，带着残余的瀛国使团成员，狼狈地离开了演武场。 一场惊心动魄的风波，就此平息。 秦风看着柳玄的背影，平静地拱了拱手：“多谢楼主。” “公子言重了。” 柳玄连忙转身，对着秦风回了一礼，“能为公子分忧，是老朽的荣幸。” 两人心照不宣，却让周围众人一阵迷糊。 毕竟谁能想得到，这位在外人眼中高高在上的帝都万宝楼楼主，私底下，不过是秦风座下一个看炉烧火的丹童呢？ …… 左相府。 书房内，气氛森冷如冰。 源千绝一脚踹碎了房门，将北冥朔的尸体轻轻放下，那张老脸上布满了狰狞的杀意。 “曹秋道！” “今日你必须给我一个交代！” “否则消息传回我国，瀛皇陛下必定震怒，我瀛国大军将即刻入关，血洗青龙帝都，为我国大皇子报此血仇！” 望着地上北冥朔冷冰冰的尸体，曹秋道脸色难看到了极点。 本以为以北冥朔的实力，斩杀秦风是易如反掌，却没想到，死的人居然会是这位瀛国大皇子！ 秦风的成长速度，已经完全超出了他的掌控。 更可怕的是，此子竟然搭上了柳玄这条线！ 万宝楼，那可是富可敌国的庞然大物，其背后牵扯的势力错综复杂。若秦风真的得到了万宝楼的全力支持，那后果……不堪设想！ 曹秋道眼中闪过一丝深深的忌惮。 此子，就像一头挣脱了枷锁的幼龙，再不将他扼杀在摇篮里，恐怕用不了多久，就能成长为真正的心腹大患！ 到那时，别说他所图谋的九五之位，恐怕整个左相府，都要被此子掀个底朝天！ 一念及此，他缓缓站起身，一股属于权臣的枭雄气魄，轰然散开。 “源先生，稍安勿躁。” “大皇子之死，纯属意外。何况你也该知道，卢龙关一战，青龙国虽然元气大伤，但各地仍有数十万大军尚在集结，瀛国大军一旦入关，必遭激烈抵抗。” “这对你我，都没有任何好处。” 源千绝眉头微皱，他当然知道，瀛国还没有能力吞并整个青龙国，否则早就入关了，还用得着谈判？ 之前能够灭掉三十万青龙军，全靠曹秋道这个内鬼，真要真枪实刀地干，瀛国大军未必能击败得了青龙军！ “那你说，该怎么办？” “源先生所要的，无非是替你们大皇子殿下报仇而已。” 曹秋道的眼中，陡然闪过了一抹森然，“只要能拿到秦风这个罪魁的首级，自然可平息瀛皇的怒火。” “说得轻巧。” 源千绝眼睛微微一亮，但下一秒，他却又忍不住皱起了眉头，“那秦风，现在可是有柳玄和万宝楼的庇护……” 曹秋道却冷冷一笑，“区区一个柳玄，能挡得住你我二人吗？” “哦？” 源千绝眉头一挑，眼中精光暴射：“你终于要行动了？” 曹秋道，这个青龙国最大的野心家，布局多年，甚至不惜勾结和他们瀛国暗中勾结，排除异己！ 如今，这头老奸巨猾的豺虎，终于是要彻底露出獠牙了么？ “差不多了。” 曹秋道点了点头，“不说有十成把握，也起码有七八分了。” 原本他想等到十分把握再出手，稳稳地夺取这青龙国的帝位，可如今却出现了秦风这么个异数，那便不能再等下去了！ “今晚，就动手！” “源先生，带上你瀛国使团的所有高手，与本相一道。” 他走到窗边，望着万宝楼的方向，眼中闪烁着疯狂的野心与杀意。 “今夜，不止要让秦家余孽彻底绝后。” “还要，送那位不识抬举的柳玄大师，一起下去陪他！”
Отрывок 3, вариант Т1
На лице Хо Цзуня застыла безумная радость, а глаза едва не вылезли из орбит. Что вообще происходит? Когда этот парень Цинь Фэн успел прибиться к Баошоулу, да ещё и так, что Лю Сюань решился рискнуть оскорбить посольство страны Ин, лишь бы спасти его?
— Глава Лю, что это значит? — голос Юань Цяньцзюэ звенел льдом, сочась неприкрытой жаждой убийства. — Я убиваю этого щенка, чтобы отомстить за ученика, и это справедливо! Неужели Баошоулу желает вмешаться в распри между страной Ин и государством Цинлун?
Дела Баошоулу охватывали всю Восточную Пустошь, дом всегда блюл нейтралитет и никогда не участвовал в дрязгах между державами. Юань Цяньцзюэ не верил, что Лю Сюань нарушит их вековые устои ради какого-то молокососа.
— Хе-хе, господин Юань, вы преувеличиваете, — Лю Сюань огладил бороду с безмятежной улыбкой, но в мутных старческих глазах мелькнул не терпящий возражений стальной блеск.
Он повернулся и отвесил Цинь Фэну низкий, почтительный поклон, а затем выпрямился и, обращаясь к Юань Цяньцзюэ, произнёс так, что голос его разнёсся по всей площади:
— Я вступился не от имени Баошоулу — это сугубо личное. Молодой господин Цинь оказал мне великую милость, и он — мой самый дорогой гость. Тот, кто хочет убить его, станет врагом мне, Лю Сюаню! Сегодня, пока я стою здесь, никто не посмеет тронуть и волоска на голове молодого господина!
Слова упали весомо, будто стальные слитки.
Все вокруг арены растерянно переглядывались. Судя по такому тону, он намерен стоять за Цинь Фэна насмерть. Что же такого сделал Цинь Фэн для Лю Сюаня, чтобы этот гордый мастер алхимии обрёк себя на столь тяжкие слова и не побоялся прилюдно пойти на открытый конфликт с практиком пика Золотого ядра? Хуанфу Юйсян прикрыла алые губы, и в прекрасных глазах её застыло безмерное потрясение. Она вдруг осознала, что знает о Цинь Фэне даже не верхушку айсберга — лишь припорошенный снегом краешек. Кажется, раньше он вообще не бывал в императорской столице. Когда же он успел завязать с мастером Лю Сюанем такую дружбу, что они готовы умереть друг за друга? Баошоулу — сила коммерческая, более всего ценящая выгоду, и ей было совершенно невозможно представить, какую же неслыханную прибыль мог предложить им Цинь Фэн, чтобы Лю Сюань ринулся в бой с таким пылом.
— Хорошо! Очень хорошо! — Юань Цяньцзюэ трясло от злости, грудь его бурно вздымалась.
Лю Сюань и сам был ему примерно ровней, и теперь у Юань Цяньцзюэ действительно не осталось уверенности, что он сумеет убить Цинь Фэна под такой охраной. К тому же дело было в столице Цинлун, на глазах у всех. Вызови он всеобщий гнев — и его попросту могли задавить числом.
— Лю Сюань, значит? Я это припомню! — Юань Цяньцзюэ вонзил в Лю Сюаня полный лютой злобы взгляд, а затем перевёл отравленный ядом взор на Цинь Фэна. — Мелкий ублюдок, за твоей жизнью я ещё вернусь!
Бросив эту угрозу, он взмахнул рукавом, подхватил с земли труп Бэймо Шо и, обратившись в полосу света, вместе с остатками посольства страны Ин в крайнем унижении покинул арену. Гроза улеглась.
Цинь Фэн, глядя на спину Лю Сюаня, сдержанно сложил ладони в приветственном жесте:
— Благодарю вас, глава Лю.
— Молодой господин слишком любезен, — Лю Сюань поспешно обернулся и ответил поклоном. — Помочь молодому господину — для меня честь.
Они понимали друг друга без слов, но окружающие лишь сильнее терялись в догадках. Да и кто бы мог вообразить, что этот возвышающийся в глазах толпы над всеми глава столичного Баошоулу на самом деле — всего лишь мальчик-алхимик, приставленный следить за печью в услужении у Цинь Фэна?
…
В кабинете левого канцлера царила ледяная стужа.
Юань Цяньцзюэ пинком вышиб дверь, бережно опустил на пол труп Бэймо Шо, и его старое лицо исказилось от дикой, кровожадной ярости.
— Цао Цюдао! Сегодня ты обязан дать мне объяснение! Иначе, когда весть дойдёт до нашей страны, гнев императора Ин будет страшен. Наша армия немедля перейдёт границу и утопит столицу Цинлун в крови, чтобы отомстить за нашего великого принца!
Глядя на холодное тело Бэймо Шо, Цао Цюдао помрачнел до предела. Он-то думал, что с силой Бэймо Шо убить Цинь Фэна — легче лёгкого, но никак не ожидал, что погибнет сам великий принц. Скорость роста Цинь Фэна полностью вышла из-под контроля. Хуже того — этот мальчишка заручился поддержкой Лю Сюаня. Баошоулу — это чудовище, чьи богатства сравнимы с целым государством, а сплетение стоящих за ним сил невероятно запутано. Если Цинь Фэн действительно получит всемерную помощь Баошоулу, то последствия… о них и подумать страшно!
В глазах Цао Цюдао промелькнула глубокая опаска. Этот мальчишка — словно юный дракон, сбросивший оковы. Если не задушить его в колыбели прямо сейчас, пройдёт совсем немного времени — и он превратится в настоящее бедствие. К тому моменту не то что его заветный трон — весь род левого канцлера этот щенок перевернёт вверх дном! При этой мысли он медленно поднялся, и от него волной разлилась тяжёлая аура безжалостного властолюбца.
— Господин Юань, успокойтесь. Смерть великого принца — трагическая случайность. К тому же вы должны понимать: хотя битва при Лулунгуань истощила силы Цинлун, по всем землям всё ещё собираются сотни тысяч войск. Как только армия Ин вторгнется, она встретит ожесточённое сопротивление. Это невыгодно ни вам, ни мне.
Юань Цяньцзюэ нахмурился. Он, конечно, знал, что страна Ин ещё не в силах поглотить всё государство Цинлун — иначе они бы уже вторглись без всяких переговоров. Триста тысяч цинлунских солдат удалось уничтожить лишь благодаря предательству Цао Цюдао. Сойдись они в честном бою, ещё неизвестно, чья взяла бы.
— Тогда что ты предлагаешь?
— Вам, господин Юань, нужно лишь отомстить за вашего великого принца, — в глазах Цао Цюдао внезапно полыхнул холод. — Стоит лишь добыть голову главного виновника, Цинь Фэна, и гнев императора Ин утихнет сам собой.
— Легко сказать, — глаза Юань Цяньцзюэ слегка вспыхнули, но уже в следующее мгновение он досадливо нахмурился. — Но ведь теперь Цинь Фэн находится под защитой Лю Сюаня и Баошоулу…
Цао Цюдао лишь холодно усмехнулся:
— Разве какой-то Лю Сюань сможет остановить нас двоих?
— О? — Юань Цяньцзюэ вздёрнул бровь, и в его глазах сверкнул острый луч. — Ты наконец-то решился действовать?
Цао Цюдао — величайший честолюбец государства Цинлун, годами плетущий интриги и не гнушающийся тайных сговоров со страной Ин, чтобы устранять несогласных! Неужели этот старый хитрый лис готов наконец обнажить клыки?
— Почти готов, — кивнул Цао Цюдао. — Если начистоту, не скажу, что на все сто, но процентов на семьдесят-восемьдесят — точно.
Изначально он хотел дождаться стопроцентной уверенности и лишь затем нанести удар, чтобы наверняка захватить трон Цинлун. Но теперь, когда появилась такая переменная, как Цинь Фэн, ждать больше нельзя!
— Этой же ночью — действуем! Господин Юань, соберите всех мастеров вашего посольства, выступаем вместе.
Он подошёл к окну, устремив взор в сторону Баошоулу, и в его глазах заполыхали безумные амбиции и жажда убийства.
— Этой ночью мы не только полностью истребим уцелевших выродков рода Цинь, но и отправим этого не знающего своего места мастера Лю Сюаня прямиком в могилу — составить им компанию!
Отрывок 3, вариант Т2
Восторженная улыбка на лице Хо Цзуня застыла, глаза едва не выкатились из орбит. Что за дела? Когда этот мальчишка Цинь Фэн успел подобраться к Павильону десяти тысяч сокровищ — да так, что Лю Сюань, не побоявшись оскорбить посольство Ин, бросился его спасать?
— Глава Лю, что это значит? — ледяным голосом, не скрывая убийственного намерения, произнёс Юань Цяньцзюэ. — Я убью этого мальчишку, чтобы отомстить за ученика, и это совершенно справедливо! Или ваш Павильон десяти тысяч сокровищ решил влезть в счёты между моим Ином и Цинлуном?
Дела Павильона десяти тысяч сокровищ раскинулись по всей Восточной пустоши; он всегда держал нейтралитет и никогда не вмешивался в распри между государствами. Юань Цяньцзюэ не верил, что Лю Сюань ради желторотого юнца нарушит столетние правила Павильона.
— Хе-хе, вы преувеличиваете, господин Юань.
Лю Сюань погладил бороду и улыбнулся; вид у него был спокойный, но в тусклых старческих глазах сверкал не допускающий возражений острый блеск.
Он повернулся вполоборота, отвесил Цинь Фэну предельно низкий поклон, затем выпрямился и, обратившись к Юань Цяньцзюэ, заговорил так, что голос разнёсся по всей арене.
— Моё вмешательство не имеет отношения к Павильону десяти тысяч сокровищ. Это сугубо личное.
— Молодой господин Цинь оказал мне, старику, великую милость, он мой самый почитаемый гость. Если вы хотите его убить — значит, вы враг мне, Лю Сюаню!
— Сегодня, пока я здесь, никто не посмеет тронуть и волоска на голове молодого господина Циня!
Слова прозвучали твёрдо, как сталь.
Все вокруг арены растерянно переглядывались. Судя по такому тону, он собрался защищать Цинь Фэна до последнего! Что же Цинь Фэн сделал для Лю Сюаня, раз этот надменный мастер алхимии произнёс столь весомые слова, не побоявшись при всех пойти на открытую вражду с экспертом на пике Золотого ядра?
Хуанфу Юйсян прикрыла алые губы, в её прекрасных глазах не осталось ничего, кроме потрясения. Она поняла, что её знание о Цинь Фэне — даже не верхушка айсберга. Раньше он, кажется, вообще не бывал в имперской столице — так когда же он успел завязать с мастером Лю Сюанем такую дружбу, что тот готов за него умереть? Павильон десяти тысяч сокровищ — торговая сила, которая превыше всего ценит выгоду. Ей было крайне трудно представить, какую неслыханную выгоду Цинь Фэн дал Павильону, если Лю Сюань так рискует ради него!
— Хорошо! Очень хорошо! — Юань Цяньцзюэ весь дрожал от ярости, грудь тяжело вздымалась.
Лю Сюань был с ним примерно одного уровня, и под защитой этого человека убить Цинь Фэна он действительно не мог.
К тому же здесь столица Цинлуна; на виду у всех, если он вызовет всеобщий гнев, его могут окружить и наброситься со всех сторон.
— Лю Сюань, да? Я запомню этот должок! — Юань Цяньцзюэ с ненавистью взглянул на Лю Сюаня, затем перевёл полный яда взгляд на Цинь Фэна. — Мелкая тварь, за твоей жизнью я ещё приду!
Бросив эту угрозу, он рванулся с места, подхватил лежащее на земле тело Бэймин Шо, превратился в поток света и вместе с остатками посольства Ин позорно покинул арену.
Так улеглась эта захватывающая дух буря.
Цинь Фэн, глядя на спину Лю Сюаня, спокойно сложил руки в приветствии:
— Благодарю, глава.
— Молодой господин преувеличивает. — Лю Сюань поспешно обернулся и ответил поклоном. — Для меня, старика, честь разделить заботы молодого господина.
Они поняли друг друга без слов, однако окружающих это лишь озадачило.
Ведь кто бы мог вообразить, что возвышающийся над всеми в чужих глазах глава столичного Павильона десяти тысяч сокровищ на самом деле — всего лишь мальчик-алхимик при Цинь Фэне, следящий за печью и раздувающий огонь?
…
Резиденция левого канцлера.
В кабинете воздух был ледяным.
Юань Цяньцзюэ ударом ноги вышиб дверь, бережно уложил тело Бэймин Шо, и его старое лицо исказилось свирепой жаждой убийства.
— Цао Цюдао!
— Сегодня ты обязан дать мне объяснение!
— Иначе, когда эта весть достигнет моей страны, император Ина придёт в ярость, и армия Ина немедленно перейдёт границу, утопит в крови столицу Цинлуна и отомстит за нашего старшего принца!
Глядя на ледяной труп Бэймин Шо, Цао Цюдао мрачнел всё сильнее. Он думал, что с силой Бэймин Шо убить Цинь Фэна будет проще простого, а погиб в итоге сам старший принц Ина! Скорость роста Цинь Фэна окончательно вышла из-под его контроля. Но ещё страшнее было то, что этот мальчишка сумел зацепиться за Лю Сюаня! Павильон десяти тысяч сокровищ — колосс, чьё богатство способно тягаться с целой страной, а стоящие за ним силы переплетены до крайности. Если Цинь Фэн действительно получит полную поддержку Павильона, последствия… о них и подумать страшно!
В глазах Цао Цюдао промелькнула глубокая опаска. Этот мальчишка — словно молодой дракон, сорвавшийся с цепи; если не задушить его в колыбели, он, того и гляди, вскоре вырастет в настоящую смертельную занозу в сердце! И тогда, не говоря уже о вожделенном императорском троне, — весь дом левого канцлера будет перевёрнут этим мальчишкой вверх дном!
При этой мысли он медленно поднялся, и от него разлилась давящая аура честолюбивого властного сановника.
— Господин Юань, не горячитесь.
— Смерть старшего принца — чистая случайность. К тому же вы должны понимать: после боя у заставы Лулун Цинлун пусть и подорвал силы, но в разных краях всё ещё собираются несколько сотен тысяч солдат. Как только армия Ина перейдёт границу, её встретит ожесточённое сопротивление.
— Это невыгодно ни вам, ни мне.
Юань Цяньцзюэ слегка нахмурился: он, конечно, понимал, что Ину не под силу поглотить весь Цинлун, иначе инская армия давно перешла бы границу — зачем тогда переговоры? Уничтожить прежде триста тысяч цинлунских солдат удалось лишь благодаря предателю Цао Цюдао. В честном бою армия Ина может и не одолеть армию Цинлуна!
— Так что же, по-твоему, делать?
— Вам, господин Юань, нужно лишь одно — отомстить за вашего старшего принца. — В глазах Цао Цюдао внезапно сверкнул холод. — Достаточно добыть голову главного виновника, Цинь Фэна, и гнев императора Ина уляжется.
— Легко сказать. — Глаза Юань Цяньцзюэ чуть блеснули, но уже в следующую секунду он вновь нахмурился. — Цинь Фэн сейчас под защитой Лю Сюаня и Павильона десяти тысяч сокровищ…
— Один-единственный Лю Сюань разве сможет остановить нас двоих? — холодно усмехнулся Цао Цюдао.
— Вот как? — Юань Цяньцзюэ вскинул бровь, из глаз его хлынуло острое сияние. — Ты наконец-то решился действовать?
Цао Цюдао, величайший честолюбец Цинлуна, годами плёл интриги, не останавливаясь даже перед тайным сговором с Ином и устранением несогласных. Неужели этот старый прожжённый хищник наконец готов был до конца обнажить клыки?
— Почти. — Цао Цюдао кивнул. — Не скажу, что уверен на все сто, но процентов на семьдесят-восемьдесят — точно.
Изначально он хотел дождаться стопроцентной уверенности, чтобы наверняка захватить трон Цинлуна, но теперь появился такой сбой, как Цинь Фэн, и ждать дальше было нельзя.
— Сегодня ночью и начнём.
— Господин Юань, берите всех мастеров из вашего посольства Ина и действуйте заодно со мной.
Он подошёл к окну и посмотрел в сторону Павильона десяти тысяч сокровищ; в его глазах полыхали безумная жажда власти и убийственная злоба.
— Этой ночью я не только окончательно изведу под корень последышей рода Цинь, но и отправлю этого не знающего своего места мастера Лю Сюаня следом за ними!
Отрывок 3, вариант Т3
Восторженная улыбка на лице Хо Цзуня застыла, глаза едва не вылезли из орбит. Что за чертовщина? Когда этот мальчишка Цинь Фэн успел заручиться поддержкой Башни Ваньбао, что Лю Сюань ради него не побоялся рискнуть и оскорбить посольство страны Ин?
— Глава Лю, что всё это значит? — ледяным тоном, полным смертоносного намерения, спросил Юань Цяньцзюэ. — Я убью этого щенка, чтобы отомстить за своего ученика. Это справедливо! Твоя Башня Ваньбао хочет влезть в счёты между страной Ин и страной Цинлун?
Дела Башни Ваньбао охватывали всю Восточную Пустошь, она всегда держалась нейтралитета и никогда не участвовала в чужих распрях. Юань Цяньцзюэ не верил, что Лю Сюань из-за какого-то молокососа нарушит правила, которых Башня придерживалась сто лет.
— Ха-ха, господин Юань, вы преувеличиваете.
Лю Сюань погладил бороду и улыбнулся с бесстрастным видом, но в его мутных старческих глазах вспыхнул несомненный острый блеск. Он повернулся вполоборота и с предельным почтением склонился перед Цинь Фэном, затем выпрямился и, обращаясь к Юань Цяньцзюэ, произнёс так, что его голос разнёсся над всей ареной:
— Я действую не от Башни Ваньбао, а исключительно по личной дружбе.
— Молодой господин Цинь оказал мне, старику, великую милость и является моим самым дорогим гостем. Если ты хочешь его убить, значит, ты враг мне, Лю Сюаню!
— Пока я, старик, здесь, никто не посмеет тронуть и волоска на теле молодого господина Циня!
Его слова прозвучали твёрдо и веско.
Все вокруг арены ошеломлённо переглядывались. По такому тону было ясно: он готов стоять за Цинь Фэна насмерть! Что же такого Цинь Фэн сделал Лю Сюаню, если этот гордый мастер алхимии произнёс столь весомые слова и не побоялся прилюдно пойти на разрыв с мастером пика Золотого ядра?
Хуанфу Юйсян прикрыла алые губы ладонью, в её прекрасных глазах не осталось ничего, кроме потрясения. Она поняла, что её понимание Цинь Фэна не охватывает и верхушки айсберга. Раньше он, кажется, вообще не бывал в столице. Когда же он успел сойтись с мастером Лю Сюанем настолько близко, что они стали друзьями на жизнь и смерть? Башня Ваньбао — это торговая сила, которая превыше всего ставит выгоду. Ей было по-настоящему трудно вообразить, какую же чудовищно огромную выгоду Цинь Фэн принёс Башне Ваньбао, если Лю Сюань ради него готов так рваться в бой.
— Хорошо, очень хорошо! — Юань Цяньцзюэ трясся от ярости, грудь его тяжело вздымалась.
Лю Сюань не уступал ему по силе, и он действительно не был уверен, что сумеет убить Цинь Фэна под его защитой. Тем более здесь, в столице страны Цинлун, на глазах у толпы: если он вызовет всеобщий гнев, его, пожалуй, окружат и нападут.
— Лю Сюань, значит. Я этот долг запомнил!
Юань Цяньцзюэ с ненавистью зыркнул на Лю Сюаня, затем перевёл полный яда взгляд на Цинь Фэна:
— Мелкая тварь, за твоей жизнью я ещё приду!
Бросив эту угрозу, он мелькнул, подхватил с земли тело Бэймина Шо, превратился в луч света и вместе с оставшимися членами посольства страны Ин позорно покинул арену.
Так улеглась эта леденящая душу буря.
Цинь Фэн, глядя на спину Лю Сюаня, спокойно сложил руки в приветствии:
— Благодарю, глава Лю.
— Что вы, молодой господин.
Лю Сюань поспешно обернулся и ответил на приветствие:
— Для меня, старика, честь разделить ваши заботы.
Они понимали друг друга без слов, но у окружающих это вызвало лишь ещё большее недоумение. В конце концов, кому могло прийти в голову, что этот с виду недосягаемый глава столичной Башни Ваньбао на самом деле был всего лишь мальчишкой-подручным, который у Цинь Фэна следил за печью и раздувал огонь?
…
Особняк левого канцлера.
В кабинете царил ледяной холод. Юань Цяньцзюэ ногой вышиб дверь, бережно опустил тело Бэймина Шо на пол; его старое лицо было искажено лютой убийственной злобой.
— Цао Цюдао!
— Сегодня ты обязан дать мне объяснение!
— Иначе, когда весть дойдёт до моей страны, император Ин придёт в ярость, войска страны Ин немедленно пересекут границу и утопят столицу Цинлун в крови, мстя за нашего старшего принца!
Глядя на холодное тело Бэймина Шо на полу, Цао Цюдао помрачнел до предела. Он думал, что с силой Бэймина Шо убить Цинь Фэна проще простого, но не ожидал, что погибшим окажется именно старший принц страны Ин! Скорость роста Цинь Фэна уже полностью вышла из-под его контроля. Страшнее было то, что этот парень успел зацепиться за Лю Сюаня! Башня Ваньбао — колосс, чьи богатства могут соперничать с целой страной, а стоящие за ней силы переплетены и запутаны. Если Цинь Фэн действительно получит полную поддержку Башни Ваньбао, то последствия... даже представить страшно!
В глазах Цао Цюдао мелькнула глубокая опаска. Этот парень был точно молодой дракон, сорвавшийся с цепи. Если не придушить его в колыбели, то уже скоро он превратится в настоящую смертельную угрозу! Тогда уж не только императорский трон, на который он замахивался, но и весь дом левого канцлера, пожалуй, будет перевёрнут этим парнем вверх дном!
При этой мысли он медленно поднялся, и от него разлилась властная аура, присущая матёрому царедворцу.
— Господин Юань, не стоит горячиться.
— Смерть старшего принца — чистая случайность. К тому же вы должны понимать: после битвы у заставы Лулун страна Цинлун хоть и понесла тяжёлый урон, но в разных её землях всё ещё собираются сотни тысяч войск. Как только войска страны Ин пересекут границу, их ждёт ожесточённое сопротивление.
— Это не принесёт пользы ни вам, ни мне.
Юань Цяньцзюэ нахмурился. Он, разумеется, знал, что страна Ин ещё не способна проглотить весь Цинлун, иначе давно бы вторглась — к чему тогда переговоры? То, что прежде удалось уничтожить триста тысяч воинов Цинлуна, держалось целиком на предателе Цао Цюдао. А в настоящей войне войска страны Ин ещё не обязательно одолели бы армию Цинлуна!
— Тогда что ты предлагаешь?
— Всё, что нужно господину Юаню, — это отомстить за вашего старшего принца.
В глазах Цао Цюдао внезапно сверкнула холодная жестокость:
— Нужно лишь добыть голову главного виновника, Цинь Фэна, и гнев императора Ин утихнет сам собой.
— Легко сказать.
Глаза Юань Цяньцзюэ чуть блеснули, но уже в следующий миг он снова нахмурился:
— Цинь Фэн сейчас под защитой Лю Сюаня и Башни Ваньбао...
Цао Цюдао холодно усмехнулся:
— Неужто какой-то Лю Сюань сможет остановить нас с тобой?
— Вот как? — Юань Цяньцзюэ вскинул брови, и в его глазах вспыхнул хищный блеск. — Ты наконец-то решился действовать?
Цао Цюдао, этот величайший честолюбец страны Цинлун, долгие годы плёл интриги, не гнушаясь даже тайным сговором с их страной Ин и устранением неугодных! Неужели этот старый хитрый зверь наконец-то готов по-настоящему показать клыки?
— Почти.
Цао Цюдао кивнул:
— Не скажу, что уверен на сто процентов, но процентов на семьдесят-восемьдесят уже есть.
Изначально он хотел дождаться полной уверенности и не спеша захватить престол страны Цинлун, но теперь, когда появилась такая непредвиденная фигура, как Цинь Фэн, ждать больше было нельзя!
— Сегодня ночью и начнём!
— Господин Юань, возьмите всех мастеров вашего посольства Ин и выступайте вместе со мной.
Он подошёл к окну и посмотрел в сторону Башни Ваньбао; в его глазах полыхали безумные амбиции и убийственная ненависть.
— Этой ночью нужно не только полностью извести остатки рода Цинь.
— Но и отправить туда же неблагодарного мастера Лю Сюаня — пусть составит им компанию!
Отрывок 3, вариант Т4
Восторженная улыбка на лице Хо Цзуня застыла, глаза едва не выскочили из орбит. Что происходит? Когда этот сопляк Цинь Фэн успел примазаться к Башне Ваньбао, раз Лю Сюань, не побоявшись навлечь гнев посольства Ин, ринулся его спасать?
— Господин Лю, что это значит? — голос Юань Цяньцзюэ был ледяным, в нём сквозила неприкрытая жажда убийства. — Я убиваю этого парня, чтобы отомстить за своего ученика, — это моё святое право! Ваша Башня Ваньбао хочет вмешаться в давний конфликт между моим царством Ин и царством Цинлун?
Башня Ваньбао вела дела по всей Восточной Пустоши, всегда держалась нейтралитета и никогда не вмешивалась в распри между государствами. Юань Цяньцзюэ не верил, что Лю Сюань ради какого-то молокососа нарушит вековые правила Башни.
— Хе-хе, господин Юань преувеличивает. — Лю Сюань погладил бороду и улыбнулся с невозмутимым видом, но в его мутных старческих глазах сверкал непререкаемый стальной блеск.
Он повернулся и слегка поклонился Цинь Фэну, держась предельно почтительно. Затем выпрямился, повернулся лицом к Юань Цяньцзюэ, и его голос разнёсся по всей арене:
— Мои действия не имеют к Башне Ваньбао никакого отношения. Это сугубо личное дело. Молодой господин Цинь оказал мне великую услугу — он мой самый почётный гость. Если вы хотите убить его, считайте, что стали врагом мне, Лю Сюаню! Сегодня, пока я здесь, никто не посмеет тронуть и волоска на голове молодого господина Циня!
Его слова прозвучали звонко и весомо, как сталь о камень!
Все вокруг арены переглянулись. Судя по тону, он собрался защищать Цинь Фэна до последнего! Что же такого Цинь Фэн сделал для Лю Сюаня, что этот гордый и надменный мастер алхимического дао произнёс такие весомые слова, не побоявшись при всех порвать отношения с мастером на пике стадии Золотого ядра?
Хуанфу Юйсян прикрыла алые губы, в её прекрасных глазах застыло величайшее потрясение. Она осознала, что её знание Цинь Фэна не достигает даже верхушки айсберга. До этого Цинь Фэн, кажется, даже не бывал в столице — так когда же он успел завязать с мастером Лю Сюанем дружбу навеки, до самой смерти?
Башня Ваньбао — это торговая сила, превыше всего ставящая выгоду. Ей было трудно представить, какую же неслыханную, огромную выгоду Цинь Фэн предложил Башне, чтобы Лю Сюань так за него бился?
— Хорошо! Очень хорошо! — Юань Цяньцзюэ весь дрожал от ярости, грудь тяжело вздымалась.
Лю Сюань по силе был ему примерно равен, и он действительно не был уверен, что сможет убить Цинь Фэна под его защитой. Тем более что здесь, в столице Цинлуна, на глазах у всех, если он вызовет всеобщий гнев, его могут окружить и атаковать.
— Лю Сюань, значит? Я запомню этот должок! — Юань Цяньцзюэ с ненавистью зыркнул на Лю Сюаня, затем перевёл свой ядовитый взгляд на Цинь Фэна:
— Мелкая тварь! За твоей жизнью я приду — рано или поздно!
Бросив эту угрозу, он метнулся, подхватил с земли тело Бэймина Шо, превратился в поток света и вместе с остатками посольства Ин позорно покинул арену.
На этом утихла буря, потрясшая сердца и души.
Цинь Фэн взглянул на спину Лю Сюаня и спокойно сложил руки в приветственном жесте:
— Благодарю, глава Башни.
— Молодой господин преувеличивает. — Лю Сюань поспешно повернулся и ответил поклоном. — Для этого старика большая честь — помочь молодому господину.
Они понимали друг друга без слов, но окружающих это лишь окончательно запутало. Ведь кто мог догадаться, что глава столичной Башни Ваньбао — тот, кого видят недосягаемым, — на самом деле всего лишь слуга у алхимической печи при Цинь Фэне?
…
Резиденция левого канцлера. В кабинете царила ледяная, мрачная атмосфера.
Юань Цяньцзюэ одним ударом ноги вышиб дверь, бережно опустил на пол тело Бэймина Шо. Его старое лицо исказилось злобной яростью.
— Цао Цюдао! Сегодня ты обязан дать мне ответ! Иначе, когда весть дойдёт до моей страны, его величество император Ин непременно разгневается, и наша армия немедленно вторгнется, зальёт кровью столицу Цинлуна и отомстит за нашего первого принца!
Глядя на ледяной труп Бэймина Шо, Цао Цюдао помрачнел до предела. Он полагал, что с силой Бэймина Шо убить Цинь Фэна — легче лёгкого, но никак не ожидал, что погибнет именно первый принц царства Ин!
Скорость роста Цинь Фэна уже полностью вышла из-под его контроля. Ещё страшнее было то, что этот мальчишка сумел наладить связь с Лю Сюанем!
Башня Ваньбао — это колосс, чьи богатства сопоставимы с целой страной, а стоящие за ней силы переплетены в сложнейший клубок. Если Цинь Фэн действительно получит полную поддержку Башни, то последствия… страшно представить!
В глазах Цао Цюдао мелькнул глубокий страх.
Этот мальчишка — как молодой дракон, сбросивший оковы. Если не задушить его в колыбели, очень скоро он станет смертельной угрозой!
И тогда, не говоря уже об императорском престоле, на который он зарился, весь дом левого канцлера будет перевёрнут вверх дном!
При этой мысли он медленно поднялся, и от него хлынула властная аура хищного сановника.
— Господин Юань, умерьте гнев. Смерть первого принца — чистая случайность. К тому же вы должны понимать: после битвы у заставы Лулун царство Цинлун хотя и понесло тяжёлый урон, но по разным краям всё ещё собираются несколько сотен тысяч солдат. Стоит армии Ин вторгнуться, и она столкнётся с ожесточённым сопротивлением. Это не принесёт пользы ни вам, ни мне.
Юань Цяньцзюэ нахмурился. Он, конечно, знал, что Ин пока не в силах проглотить всё царство Цинлун — иначе давно бы вторглась, и зачем тогда переговоры? Уничтожить триста тысяч солдат Цинлуна ранее удалось лишь благодаря предательству Цао Цюдао. В открытом сражении армия Ин вряд ли одолела бы войска Цинлуна!
— Так что же, по-твоему, делать?
— Всё, чего вы хотите, — это лишь отомстить за вашего первого принца. — В глазах Цао Цюдао внезапно мелькнул мрачный блеск. — Достаточно лишь получить голову главного виновника — Цинь Фэна, и гнев императора Ин утихнет сам собой.
— Легко сказать. — Глаза Юань Цяньцзюэ чуть блеснули, но в следующее мгновение он снова нахмурился. — Но сейчас Цинь Фэн находится под защитой Лю Сюаня и Башни Ваньбао…
Однако Цао Цюдао холодно улыбнулся:
— Неужели какой-то Лю Сюань сможет остановить нас двоих?
— О? — Юань Цяньцзюэ вскинул бровь, в его глазах вспыхнул острый блеск. — Ты наконец-то решил действовать?
Цао Цюдао, величайший честолюбец царства Цинлун, годами плёл интриги, не гнушаясь даже тайного сговора с их страной Ин, чтобы устранять неугодных. Неужели этот старый, матёрый хищник наконец-то полностью покажет свои клыки?
— Почти. — Цао Цюдао кивнул. — Не скажу, что уверен на все сто, но процентов на семьдесят-восемьдесят — точно.
Изначально он хотел дождаться стопроцентной уверенности, чтобы без риска захватить трон Цинлуна, но теперь, когда появился такой непредсказуемый фактор, как Цинь Фэн, ждать дальше нельзя!
— Сегодня ночью — действуем! Господин Юань, берите всех мастеров вашего посольства и идёмте со мной.
Он подошёл к окну, взглянул в сторону Башни Ваньбао, и в его глазах засверкали безумное честолюбие и жажда убийства.
— Сегодня ночью мы не только окончательно изведём последнего выродка рода Цинь. Но и отправим этого неблагодарного мастера Лю Сюаня вниз — составить ему компанию!
Отрывок 3, вариант Т5
На лице Хо Цзуна застыла дикая радостная улыбка, глаза чуть не вылезли из орбит. Что происходит? Когда этот парень Цинь Фэн успел прибиться к Павильону Десяти Тысяч Сокровищ, да ещё так, что Лю Сюань готов рискнуть оскорбить посольство страны Ин, лишь бы спасти его?
— Глава Лю, что это значит? — голос Юань Цяньцзюэ был ледяным, убийственное намерение сочилось из каждого слова. — Я убиваю этого щенка, чтобы отомстить за своего ученика, — это справедливо и естественно! Неужели твой Павильон Десяти Тысяч Сокровищ хочет вмешаться в распри между страной Ин и государством Цинлун?
Дела Павильона Десяти Тысяч Сокровищ раскинулись по всему Восточному захолустью, дом всегда держался нейтралитета и никогда не участвовал в распрях между государствами. Юань Цяньцзюэ не верил, что Лю Сюань из-за какого-то молокососа нарушит столетние устои павильона.
— Хе-хе, господин Юань, вы преувеличиваете. — Лю Сюань погладил бороду и улыбнулся, вид у него был безмятежный, но в этих мутных старческих глазах вспыхнул не терпящий возражений клинок.
Он повернулся, отвесил Цинь Фэну глубокий поклон, опустившись так низко, как только мог, и лишь затем выпрямился, обращаясь к Юань Цяньцзюэ, и голос его разнёсся по всей площади:
— Я вступился не от имени Павильона Десяти Тысяч Сокровищ, это сугубо личные отношения. Молодой господин Цинь оказал мне великую милость, он мой самый дорогой гость. Хочешь убить его — значит, станешь врагом мне, Лю Сюаню! Сегодня, пока я здесь, никто не посмеет тронуть и волоска с головы молодого господина Циня!
Слова прозвучали с железной твёрдостью, как удар в барабан. Все вокруг тренировочной площадки переглядывались. Судя по такому тону, он собирается защищать Цинь Фэна до последнего! Что такого Цинь Фэн сделал для Лю Сюаня, чтобы этот гордый мастер алхимии произнёс такие весомые слова, не побоявшись прилюдно порвать отношения с культиватором пика Золотого ядра?
Хуанфу Юйсян прикрыла алые губы, в прекрасных глазах её застыло безмерное потрясение. Она поняла, что знает о Цинь Фэне лишь ничтожную часть — даже меньше, чем верхушку айсберга. Раньше Цинь Фэн, кажется, вообще не бывал в императорской столице. Когда же он успел заключить с мастером Лю Сюанем такую дружбу, что они готовы умереть друг за друга? Павильон Десяти Тысяч Сокровищ — коммерческая сила, для них важнее всего выгода. Ей было очень трудно представить, какую невероятную выгоду Цинь Фэн мог предложить павильону, чтобы Лю Сюань так рвался в бой?
— Хорошо, очень хорошо! — Юань Цяньцзюэ трясло от ярости, грудь бурно вздымалась.
Лю Сюань был с ним примерно одного уровня. Он действительно не был уверен, что сможет убить Цинь Фэна под его защитой. Тем более это императорская столица Цинлун, на глазах у всех. Если он вызовет всеобщий гнев, его могут атаковать толпой.
— Лю Сюань, значит? Я запомню этот должок! — Юань Цяньцзюэ злобно впился глазами в Лю Сюаня, затем перевёл свой ядовитый взгляд на Цинь Фэна. — Мелкий ублюдок, за твоей жизнью я ещё вернусь!
Бросив эту угрозу, он качнулся всем телом, подхватил с земли труп Бэймо Шо и, превратившись в полосу света, вместе с остатками посольства страны Ин позорно покинул тренировочную площадку. Бурная буря на этом улеглась.
Цинь Фэн, глядя на спину Лю Сюаня, спокойно сложил ладони в поклоне:
— Благодарю, глава.
— Молодой господин, вы слишком любезны. — Лю Сюань поспешно обернулся и ответил поклоном. — Для меня честь избавить молодого господина от забот.
Эти двое понимали друг друга без слов, но окружающие были в полном недоумении. Ведь кто бы мог подумать, что этот возвышающийся над всеми глава столичного Павильона Десяти Тысяч Сокровищ на самом деле — всего лишь ученик-алхимик, присматривающий за печью в услужении у Цинь Фэна?
...
Резиденция левого канцлера. В кабинете атмосфера была холодна как лёд.
Юань Цяньцзюэ пинком выбил дверь, осторожно положил труп Бэймо Шо, и на старом лице его застыла свирепая жажда крови.
— Цао Цюдао! Сегодня ты должен дать мне объяснения! Иначе, когда весть дойдёт до нашей страны, гнев императора Ин будет страшен. Армия страны Ин немедленно выступит, зальёт столицу Цинлун кровью и отомстит за нашего великого принца!
Смотря на холодный труп Бэймо Шо на полу, лицо Цао Цюдао помрачнело до предела. Он думал, что с силой Бэймо Шо убить Цинь Фэна — проще простого, но никак не ожидал, что умрёт этот великий принц страны Ин! Скорость роста Цинь Фэна полностью вышла из-под его контроля. Страшнее было то, что этот малец умудрился зацепиться за линию Лю Сюаня! Павильон Десяти Тысяч Сокровищ — а это чудовище, богатством сравнимое с целым государством, за которым стоят сложнейшие переплетения сил. Если Цинь Фэн действительно получит всестороннюю поддержку павильона, то последствия... страшно подумать!
В глазах Цао Цюдао мелькнул глубокий страх. Этот мальчишка — словно молодой дракон, сорвавшийся с цепи. Если не задушить его в колыбели, пройдёт совсем немного времени — и он вырастет в настоящую угрозу! К тому времени не то что его заветный трон — весь дом левого канцлера этот малец перевернёт вверх дном!
При мысли об этом он медленно поднялся, и от него, как от царедворца с душой хищника, разошлась тяжёлая, давящая аура.
— Господин Юань, не кипятитесь. Смерть великого принца — чистая случайность. К тому же вы должны знать: хотя битва при Лулунгуань истощила силы Цинлун, по всем землям всё ещё собираются сотни тысяч войск. Как только армия Ин вторгнется, она встретит ожесточённое сопротивление. Это невыгодно ни вам, ни мне.
Юань Цяньцзюэ нахмурился. Он, конечно, знал, что страна Ин ещё не в силах проглотить всё государство Цинлун — иначе они бы уже вторглись, зачем им переговоры? Триста тысяч цинлунских войск удалось уничтожить только благодаря предателю Цао Цюдао; если бы дело дошло до настоящего боя, армии Ин совсем не факт, что одолели бы цинлунцев!
— Тогда что ты предлагаешь?
— Господин Юань, вам нужно лишь одно — отомстить за вашего великого принца. — В глазах Цао Цюдао внезапно вспыхнул холод. — Стоит лишь достать голову зачинщика Цинь Фэна, и гнев императора Ин естественным образом утихнет.
— Легко говорить. — Глаза Юань Цяньцзюэ слегка вспыхнули, но в следующую секунду он невольно нахмурился. — Но у Цинь Фэна теперь защита Лю Сюаня и Павильона Десяти Тысяч Сокровищ...
Цао Цюдао лишь холодно усмехнулся:
— Разве какой-то Лю Сюань сможет остановить нас двоих?
— О? — Юань Цяньцзюэ вскинул бровь, в глазах вспыхнул резкий свет. — Ты наконец решил действовать?
Цао Цюдао — величайший честолюбец государства Цинлун, годами плёл интриги, не гнушался тайных сговоров со страной Ин, устраняя несогласных! Неужели этот старый хитрый тигр наконец готов показать свои клыки?
— Почти готов. — Цао Цюдао кивнул. — Скажу честно, не то чтобы на все десять, но процентов на семьдесят-восемьдесят — есть.
Изначально он собирался ждать полной уверенности и лишь потом действовать, чтобы наверняка захватить трон Цинлун, но теперь появилась такая аномалия, как Цинь Фэн, — ждать больше нельзя!
— Сегодня ночью — действуем! Господин Юань, собирайте всех мастеров вашего посольства, выступаем вместе со мной.
Он подошёл к окну, глядя в сторону Павильона Десяти Тысяч Сокровищ, в глазах его горели безумные амбиции и жажда убийства.
— Этой ночью не просто положим конец пережившим резню представителям рода Цинь. А ещё — отправим этого не знающего своего места мастера Лю Сюаня вниз — составить ему компанию!