27 KiB
АНГЛИЙСКАЯ ПАРА — слепое чтение
Ниже 8 переводов одного и того же отрывка, сделанных разными способами. Какой чем сделан — не сказано намеренно, метки перемешаны, расшифровка лежит отдельно и до твоего ответа не открывается.
Исходник приложен. Оцени варианты по ТРЁМ вещам, в этом порядке важности:
- СМЫСЛ — не переврано ли то, что сказано в исходнике: участник действия, отрицание, число, ранг, родство, кто кому что говорит; не пропало ли и не добавилось ли событие.
- БРАК — явные дефекты русского текста: незаконченная фраза, сбитая атрибуция реплики, рассогласование, оставшийся кусок исходного языка, глосса в скобках посреди прозы, имя, меняющее форму или род.
- ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ — читается ли это как русская проза или как перевод: живой ритм и голос против кальки, канцелярита и подстрочника.
Что записать — в файл /home/ubuntu/books/chtenie-rol/ОТВЕТ-en-arch-5a8f48d2.md
- ПОРЯДОК — строкой:
Т3 > Т1 > Т2 > Т4, от лучшего к худшему. Неразличимые соединяй=. Это ответ на вопрос «какой ты взял бы в книгу»: смысл и брак — пороги, художественность решает между теми, кто пороги прошёл. - По каждому варианту — по фразе на каждую из трёх осей, если есть что сказать.
- Если вариант читается откровенно машинным — скажи прямо.
ОТРЫВОК 1
Исходник (английский)
“‘ Our m-marks were taking a pair of doves off to tumble, Master. They spotted me and Aleks as we shadowed them from the ball. But the house gens d’armes were roused at the clamor, and they arrived with t-torches. Aleks was already wounded by the Dyvok … “‘Percival shook his head, glowering at me. “‘ Where were you, Celene? “‘ Where was I? My eyes narrowed, sorrow pricked to rage. Where I was supposed to be, Percival! I was watching the Whisper! “‘ I told you to tell Master that Aleks and I were headed after our marks! “‘ And my mark was on the move! I’d no time to run errands for you! “‘ Enough! Wulfric snapped. This be no time for squabbling! We have come close to calamity, and should thank God Almighty for his mercy. If Aleks had died by the flame this night, her soul would be lost to flame eternal . “‘He signed the wheel, Aleks moaning in agony as he pressed her blackened knuckles once more to his lips. And I saw the fire of fury sparked in those black eyes. “‘ We shall avenge these hurts in time. We shall find these kith and deliver them t — “‘His voice stilled, eyes drifting to the ceiling. And though my senses were not as sharp, still I caught the edge of it; the sound of a multitude. Raised voices. Snatches of scripture. A pounding, faint but heavy, as of fists upon the priory doors. “‘… Were ye followed? “‘I realized Wulfric was speaking to me, shaking my head as I replied, No. No, Master. None marked my path here, I made sure of it. “‘He turned to Percival then. And thee? “‘ I … He glanced to Aleks, licking at his lips. No, Master. None saw us. “‘ A child. Carrying a full-grown woman through midnight streets?
Отрывок 1, вариант Т1
— На-наши метки уводили пару голубок поразвлечься, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы следили за ними от бала. Но дворцовые жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком...
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Мои глаза сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать по твоим поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не накликали беду и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс от пламени этой ночью — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — звук толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— ...За вами не следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и, покачав головой, ответила:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок? Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т2
— Наши м-метки уводили пару голубей, чтобы поразвлечься, мастер. Они заметили меня и Алекс, когда мы следили за ними с бала. Но на шум поднялась домашняя стража, и они явились с факелами. Алекс уже была ранена Дывоком… — Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом. — А ты где была, Селена?
— Где я была? — Я сощурилась, скорбь перешла в ярость. — Там, где мне и положено, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я же велел тебе передать мастеру, что мы с Алекс отправились за нашими метками!
— А моя метка двинулась! У меня не было времени бегать по твоим поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не навлекли беду и должны благодарить Всемогущего Господа за милость. Умри Алекс этим пламенем нынешней ночью — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он сотворил знак колеса, Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнуло пламя ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы найдём этих тварей и доставим их…
Голос его замер, взгляд ушёл к потолку. И хоть чутьё моё не столь остро, я всё же уловила краем: гул множества голосов. Возбуждённые крики. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — словно кулаки били в двери приората.
— …За вами следили? — Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая: — Нет. Нет, мастер. Никто не приметил моего пути сюда, я убедилась.
Он обернулся к Персивалю. — А ты?
— Я… — Тот глянул на Алекс, облизнув губы. — Нет, мастер. Никто нас не видел.
— Ребёнок. Несущий взрослую женщину через полночные улицы?
Отрывок 1, вариант Т3
— Н-наши цели уводили пару голубков, чтобы порезвиться, мастер. Они заметили меня и Алекс, когда мы следили за ними с бала. Но домашние жандармы проснулись от шума и явились с фа-факелами. Алекс уже была ранена Дивоком…
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Мои глаза сузились, печаль переросла в ярость. — Где мне и положено было быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я же велел тебе передать мастеру, что мы с Алекс отправились за нашими целями!
— А моя цель была на ходу! У меня не было времени бегать по твоим поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не навлекли беду и должны возблагодарить Всемогущего за его милость. Если бы Алекс погибла этой ночью в пламени, её душа была бы потеряна для вечного огня.
Он осенил себя знаком колеса, и Алекс застонала от боли, когда он снова прижал её обожжённые пальцы к губам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны со временем. Мы найдём этих китхов и воздадим им…
Его голос замер, взгляд скользнул к потолку. И хотя мои чувства не были столь остры, я всё же уловила его краешек: звук множества голосов. Возбуждённые крики. Обрывки молитв. Глухой, но сильный стук, словно кулаки колотили в монастырские двери.
— … За тобой не было слежки?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне. Я покачала головой и ответила:
— Нет. Нет, мастер. Никто не заметил моего пути сюда, я в этом уверена.
Затем он повернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я… — Он покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мастер. Никто нас не видел.
— Ребёнок. Несущий взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т4
— На-наши метки уводили пару голубей — обчистить их, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы шли за ними от бала. Но домашние жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком... — Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Глаза мои сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать за тебя по поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы были близки к беде и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс от пламени этой ночью — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — шум толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки священного писания. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— ...За вами следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок? Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т5
— Наши м-метки уводили пару голубей — повалить их, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы шли за ними от бала. Но домовые жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком...
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Глаза мои сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где я должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать за тебя по поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не накликали беду и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс этой ночью от пламени — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — звук толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— …За вами не следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок. Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т6
— На-наши метки уводили пару голубей — повалить их, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы шли за ними от бала. Но домовые жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком...
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селен?
— Где я была? — Глаза мои сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать за тебя по поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не накликали беду и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс от пламени этой ночью — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — звук толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— ...За вами не следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок? Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т7
— Н-наши цели уводили пару голубков, чтобы порезвиться, мастер. Они заметили меня и Алекс, когда мы следили за ними с бала. Но домашние жандармы проснулись от шума и явились с фа-факелами. Алекс уже была ранена Дивоком…
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Мои глаза сузились, печаль переросла в ярость. — Где мне и положено было быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я же велел тебе передать мастеру, что мы с Алекс отправились за нашими целями!
— А моя цель была на ходу! У меня не было времени бегать по твоим поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не навлекли беду и должны возблагодарить Всемогущего за его милость. Если бы Алекс погибла этой ночью в пламени, её душа была бы потеряна для вечного огня.
Он осенил себя знаком колеса, и Алекс застонала от боли, когда он снова прижал её обожжённые пальцы к губам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны со временем. Мы найдём этих китхов и воздадим им…
Его голос замер, взгляд скользнул к потолку. И хотя мои чувства не были столь остры, я всё же уловила его краешек: звук множества голосов. Возбуждённые крики. Обрывки молитв. Глухой, но сильный стук, словно кулаки колотили в монастырские двери.
— … За тобой не было слежки?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне. Я покачала головой и ответила:
— Нет. Нет, мастер. Никто не заметил моего пути сюда, я в этом уверена.
Затем он повернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я… — Он покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мастер. Никто нас не видел.
— Ребёнок. Несущий взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т8
— Наши м-метки подстрелили пару голубей, мастер. Они заметили меня и Алекс, когда мы шли за ними от бальной залы. Но на шум поднялась домовая жандармерия, и они явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком… — Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом. — А ты где была, Селен? — Где я была? — Я сощурилась, скорбь вскипела в ярость. — Где мне и положено быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом! — Я же сказал тебе передать мастеру, что мы с Алекс отправились за нашими метками! — А моя метка двинулась! У меня не было времени бегать за тебя по поручениям! — Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не навлекли беду и должны благодарить Всемогущего Господа за милость. Умри Алекс этим пламенем нынешней ночью — душа её сгинула бы в вечном огне. — Он сотворил знак колеса, Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнуло пламя ярости. — Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы найдём этих тварей и доставим их… — Голос его замер, взгляд ушёл к потолку. И хоть чутьё моё не столь остро, я всё же уловила краем: гул множества голосов. Возбуждённые крики. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — словно кулаки били в двери приората. — …За вами следили? — Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая: — Нет. Нет, мастер. Никто не приметил моего пути сюда, я удостоверилась. — Он обернулся к Персивалю. — А ты? — Я… — Тот глянул на Алекс, облизнув губы. — Нет, мастер. Никто нас не видел. — Ребёнок. Несущий взрослую женщину через полночные улицы?