books/chtenie-rol/ОТВЕТ-en-p4-d3237e1d.md

Читатель: д-168

Ответ — пара en

ПОРЯДОК: Т4 > Т1 > Т5 > Т2 > Т3

Разница между Т4 и Т1 небольшая: оба проходят пороги смысла и брака, решает художественность. Разрывы Т1 → Т5 и Т5 → Т2 — средние (одна текстовая основа, нарастающие дефекты), разрыв Т2 → Т3 — большой.

Текстовое наблюдение (по чтению): Т1, Т2 и Т5 — практически один и тот же русский текст; различаются они только разметкой прямой речи, формой имени героини (Селена/Селен) и родом «Последней Лиат». Их взаимный порядок определяют именно эти различия, а не проза, которая у них общая.

По вариантам:

Т1

• Смысл. Точен: участники, род героини («Последняя Лиат умолкла»), события; «восставали» сохраняет вампирское «rose», «общество кровных» держит терминность «kith». Единственная потеря — оборванное «M lle Cast—» передано полным именем с многоточием («Кастиа...»), и перебивание читается как затухание.
• Брак. Чисто: речь размечена последовательно, имя формы и рода не меняет. «Вскинув брови» (мн. ч.) вместо одной поднятой брови — мелочь.
• Художественность. Хорошая русская проза с остаточными кальками: «оказался захвачен битвой» двусмысленно (можно прочесть как «попал в плен»), «В ночах до гибели дней» — подстрочная конструкция, «смущение» в ряду «Неудобство, смущение...» — не то же, что «an embarrassment» (позорное пятно). «Звенела тишина» — удачно.

Т2

• Смысл. Проза общая с Т1, но «Последний Лиат умолк» — мужской род при том, что умолкшая — сама Селен («Селен всё ещё молчала»): в отрывке возникает несуществующий мужской персонаж. Это искажение участника, а не только грамматика.
• Брак. Худшая разметка речи после Т3: первый абзац склеивает немаркированную реплику, авторскую ремарку через тире («...становилось. — Последний Лиат умолк...») и новую реплику Жан-Франсуа в один блок — атрибуция сбита. Плюс рассогласование рода (Лиат-он / Селен-она) и несклоняемая форма «Селен», усиливающая путаницу.
• Художественность. Та же, что у Т1, — но дефекты её перечёркивают.

Т3

• Смысл. Грубых перевираний нет, но потерь больше всех: «Блэкхарт» — транслитерация говорящего прозвища (у остальных переведено: Черносерд/Черносердечный), «Дун-Мергенн» теряет слог исходного «Maergenn», «закат дней» подменяет гибель дневного света идиомой о старости, «появлялись» стирает «rose» — восстание из мёртвых.
• Брак. Самый тяжёлый: весь отрывок — одна сплошная простыня без абзацев; речь оформлена кавычками по английской модели, обрыв «Кас—» — английским тире; закрывающая кавычка без открывающей; вложенные кавычки того же рисунка («рождение «убогого» считалось»).
• Художественность. Подстрочник с канцеляритом: «стали свидетелями последствий нападения», «порождение деформированного идиота... могло лишь навлечь», «самым прогрессивным военным умом» (чужой регистр), «вампирической природы», «увидел их полезность». Читается откровенно машинным — говорю прямо: в книгу такое не правится, а переписывается.

Т4

• Смысл. Верен по участникам, роду, отрицаниям и событиям; лучше всех передан обрыв имени («Мадемуазель Каст…»). Вольностей больше, чем у Т1, все мелкие и порог проходят: «увлечённый рассказом» стирает образ «захвачен битвой», «появлялись на свет» вместо «восставали» теряет вампирское «rose», «в нашем обществе» роняет термин «kith», «И, что ещё важнее» добавляет ранжирование, которого в «And more» нет.
• Брак. Один заметный шов: финальный абзац («Но когда их число возросло...») оставлен без тире после размеченной тире речи и читается как слова рассказчика, хотя это продолжение реплики Селены. Остальное чисто; «В ночи, предшествовавшие гибели дней» — тяжёлый причастный оборот в лирическом месте.
• Художественность. Лучшая в пятёрке: живой синтаксис, «кровавая мясорубка» в градации пасти войны, полная фраза «Это было досадным неудобством, постыдным пятном, печальным, но неизбежным побочным эффектом...» — единственный вариант, где перечень звучит по-русски. Читается как проза, а не как перевод.

Т5

• Смысл. Текст Т1, но с той же ошибкой рода, что у Т2: «Последний Лиат умолк» при «Селена всё ещё молчала» — умолкший мужчина, которого в сцене нет.
• Брак. Рассогласование рода титула с героиней; первая реплика вдобавок никак не размечена (абзац речи без тире перед абзацем повествования). Прочая разметка чистая, как у Т1.
• Художественность. Идентична Т1 — потому и стоит сразу за ним: та же проза минус корректность.

Итог

В книгу взял бы Т4: он единственный читается как написанная по-русски проза, его неточности — сглаживания, а не перевирания, и его единственный настоящий шов (потерянное тире финального абзаца) правится одной строкой. Т1 — достойный второй: вернее букве (сохранены «восставали», «кровные», род Лиат), чище размечен, но заметнее пахнет переводом. Т5 и Т2 — тот же текст, что Т1, испорченный мужским родом «Последнего Лиат» (Т2 — ещё и сбитой атрибуцией первого абзаца). Т3 — сплошной машинный подстрочник в чужой типографике, последнее место без колебаний.