8.6 KiB
8.6 KiB
Читатель: д-191
ОТВЕТ — английская пара, отрывок 1
ПОРЯДОК
Т2 > Т3 > Т4 > Т1
Т2 — единственный, кого я взял бы в книгу без оговорок. Т3 и Т4 близки, и это спорное место порядка: у Т3 больше локального брака, но живее голос и целее авторские приёмы; у Т4 брак чище, но перевод площе и с тихими потерями, которые без сверки с исходником не увидишь. Тихие потери для книги опаснее опечаток — потому Т3 выше. Т4 и Т1 — явно родня по тексту (целые абзацы совпадают дословно), разница между ними невелика, но различима: Т4 чинит у Т1 логику финала и число адресатов, потому выше.
Т2
- Смысл. Точнее всех: «у вас ничего не останется на обратную дорогу» — вместе с Т4 единственный держит множественное число (остаются двое, рассказчик и Аарон); «уже почти растворился в кружащем снегу… обернулся и поднял руку» — единственный корректно решает финальную логику (машет, ещё исчезая из виду, а не после исчезновения). Единственная вольность — «клянусь всеми богами, какие только слушают» вместо «whatever God is listening»: единственное число и оттенок неуверенности («какой-нибудь бог, если слушает») заменены множеством; мелко, но это сдвиг.
- Брак. Почти чисто. Мелочи: «оседая спиной по стене пещеры» — смешаны «сползая по стене» и «оседая у стены»; «в кружащем снегу» — правильнее «кружащемся»; «отрезвели мы оба» — глагол чуть разговорнее нормы. Всё — уровень корректорской правки.
- Художественность. Лучший русский текст из четырёх: «Аарон, напомню, был голоден не меньше моего» — единственное изящное решение висящего «remember»; «Чушь собачья» — точная прагматика «Bull shit»; «до неё живым не доберёшься» — живой синтаксис. Заикание Хоакина сохранено во всех репликах, включая «ч-что» и «м-мне» в сцене с едой.
Т3
- Смысл. «Тебе не на что будет возвращаться» — реальное пятно: русская идиома «не на что» читается как «нет денег», тогда как в исходнике речь о еде на обратный путь; читатель спотыкается. «Тебе» единственного числа — теряется, что возвращаются двое. Финальная логика сбита, как у Т1: «когда он скрылся из виду… то обернулся и поднял руку» — жест виден после того, как всадник уже не виден.
- Брак. Единственный вариант с прямым рассогласованием: «В следующий раз это можешь быть уже не он» — должно быть «может». Ещё: «мы оба с Хоакином протрезвели» — глагол про хмель, здесь нужно «эта мысль нас отрезвила»; «он удаляется верхом, тяжело ступая по снегу» — тяжело ступает конь, а деепричастие повисло на всаднике; «попытался подняться, обмякнув» — вид деепричастия не тот.
- Художественность. После Т2 — самый живой голос: «Да ну, херня…» — грубость исходника не смягчена и прагматика верна; «Сегодня же уезжаешь отсюда», «Бог мне свидетель», «Помнишь? Никаких счастливых концов» — реплики звучат как речь, не как перевод. Заикание сохранено везде. Весь брак здесь точечный и правится карандашом; энергия текста — нет.
Т4
- Смысл. «Дерьмо…» на месте «Bull shit…» — сдвиг сказанного: у героя реплика недоверия («врёшь, чушь»), а «Дерьмо…» по-русски читается возгласом досады. В остальном чисто, и два места лучше Т1: «вам самим не хватит добраться обратно» (верное число) и «уже таял в падающем снегу» (финальная логика решена).
- Брак. Грамматически чисто, но дважды потеряно заикание Хоакина — «Это почти вся еда, что у нас есть… Если ты отдашь это мне» без единой запинки там, где в исходнике «w-we» и «m-me»; авторский приём характеризации стёрт молча.
- Художественность. Ровно, но с налётом подстрочника: «Боже, помоги мне, я пытался» — буквальный «God help me» читается молитвой посреди фразы вместо «видит Бог»; «Он прошёл так далеко», «поднял руку в прощании», висящее «…как и я, помнишь.» — калькированные швы. Удача — «уж Диор-то я вырву из лап этого ублюдка»: лучший из четырёх вариант «if nothing else».
Т1
- Смысл. Финальная логика сбита («скрылся из виду… он обернулся и поднял руку» — жест после исчезновения); «тебе самому не хватит» — единственное число вместо двоих; «Чушь…» — прагматика верна, но грубость исходника заметно смягчена.
- Брак. Грамматических дефектов нет, но, как и в Т4, дважды потеряно заикание в сцене с едой; «по крайней мере, я вырву Диор» — «if nothing else» пришит неуклюже.
- Художественность. Самый близкий к подстрочнику из четырёх: «Аарон был так же голоден, как и я, помнишь.» — «remember» повис хвостом; «Он прошёл так далеко», «поднял руку в прощании» — всё грамотно, но читается как перевод, а не как русская проза.
Про «машинность»
Откровенно машинным не читается ни один: все четыре грамматичны, связны, атрибуция реплик нигде не сбита, кусков исходного языка и глосс нет. Ближе всех к необработанному подстрочнику Т1 — по сумме калек и висящих хвостов, — но и он выше уровня «сырой машины».
Общее для всех четырёх: «Capitaine» везде нормализован в «капитан» — иноязычная окраска обращения потеряна во всех вариантах одинаково, поэтому на порядок не влияет.