10 KiB
Читатель: д-111
ПОРЯДОК: Т3 > Т4 > Т2 > Т1
Разрывы неровные: Т3 и Т4 разделяет малое (разный род потерь, а не разный класс), Т4 и Т2 — тоже малое, а Т1 отстоит заметно и стоит последним по обеим порогам сразу.
Т3
СМЫСЛ. Ошибок нет: участники, отрицания, родство, кто на кого смотрит и кто чей взгляд не встретил — всё на месте; сохранены и собственные слова этого мира («Благого рассвета», «чернопалый»), которые в других вариантах местами стёрты. Единственная тень — «крестились знаком колеса»: глагол приносит крест в мир, где знак — колесо.
БРАК. Три пятна. «незванно» — прямая орфографическая ошибка. «Но никогда — не побеждены» — сломанная строка, и сломана она у боевого девиза, то есть у самого заметного места отрывка: тире стоит там, где ничего не пропущено, а «не побеждены» повисает без связки внутри прошедшего времени. «Высоко неся подбородок» — калька, по-русски подбородок вскидывают или задирают, а не несут. Всё это правится корректурой, ничего не требует перевода заново.
ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ. Лучше всех держит авторскую фигуративность: «солёный поцелуй и рыбный смрад» (и поцелуй остаётся мотивом, потому что дальше воздух «ласкают»), «песня наковальни», статуя, которая «стояла на страже», «хранила ожоговые шрамы» вместо канцелярского «несла». Ритм длинного абзаца про кузницу собран, придаточные не рассыпаются. Из четырёх это единственный текст, где слышно, что автор пишет фигурами, а не сообщает факты.
Т4
СМЫСЛ. Чисто: ни подмены участника, ни отрицания наизнанку, ни лишнего события; термины мира на месте. Претензий по смыслу нет вовсе.
БРАК. Брак здесь не в русском, а в потерях авторского приёма, и их две штуки подряд: «сквозь соль и смрад рыбы» — поцелуй соли исчез (а он у автора парный, во втором такте воздух целуют), и «звон наковальни» вместо песни наковальни — метафора заменена звукоподражанием. Плюс «рыночные торговцы» тяжелит перечисление, а «Рядом с Баптистом… примерно его лет» повторяет имя там, где хватило бы местоимения.
ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ. Самый ровный русский из четырёх: синтаксис не спотыкается нигде, и девиз сделан лучше всех — «Всегда в меньшинстве, говаривали мы. Но никогда не слабее. Всегда Львы» — три такта анафоры целы, и он не вынут в диалог, а остался тем, чем был: всплывшей в памяти присказкой. Цена ровности — приглаженность: текст читается как хорошая русская проза, но не как проза именно этого автора.
Т2
СМЫСЛ. Событийно верно. Одна мелкая утрата: «дым очага» вместо древесного дыма (очаг — не то же, что дрова в кузнечном горне), и «никогда не в проигрыше» смещает «never outmatched» в «не проигрываем», то есть про исход, а не про силу противника.
БРАК. Первая реплика подана без тире — «Совсем не похож на н-него.» стоит как авторская речь, хотя это чужие слова, и следующая строка тут же идёт с тире: атрибуция сбита прямо на входе. «Не встретил взгляд моей кузины» — не русская идиома (встречаются взглядом); «несла красноречивые ожоговые шрамы» — калька с bearing. «Снаружи стояла статуя» — караул из статуи снят.
ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ. Ближе всех к подстрочнику: «сквозь поцелуй соли» — тот случай, когда фигура сохранена, но перенесена дословно и потому спотыкает; «Нас всегда было меньше» переводит афоризм в отчёт о прошлом. Честнее Т4 по отношению к автору и хуже него по отношению к читателю; выигрывает у Т4 сохранёнными «поцелуем» и «песней наковальни», проигрывает сбитой репликой и тремя кальками.
Т1
СМЫСЛ. Больше всего утрат, и они содержательные. «Fairdawning» превращён в дежурное «Доброе утро» — придуманное приветствие исчезло. «Чернопалый» заменён «кузнецом» — вместе с термином ушло и то, что незнакомец одного цеха с Баптистом, а не просто человек у горна. «Не смел встретиться взглядом» добавляет страх, которого в исходнике нет (там просто не встретил). «Стояла на страже» стало «нас встречала» — статуя из караула сделана хозяйкой, и появилось «нас», которого не было.
БРАК. Два жёстких. Первый: «в воздухе пахло песней наковальни и древесным дымом» — песней пахнуть не может, две разные фразы автора слиты в бессмыслицу. Второй: рассогласование рода в одном абзаце — «красный змей, выползающий между ними», а через строку «но змея была чем-то новым». Дальше: «— Идёмте, — Шарлотта поклонилась статуе» — запятая перед словами автора, в которых нет речевого глагола (кланяться — не говорить). И девиз обрублен: «Мы — Львы» вместо «Всегда Львы» — тройная анафора Ever/Never/Always сломана на третьем такте. Из плюсов — единственный, кто удержал тройное заикание «н-н-него», и единственный, кто не превратил игру в солдат в игру в солдатиков.
ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ. Парадокс варианта: фраза за фразой он звучит гладко и уверенно, пожалуй свободнее Т2, — но гладкость куплена одомашниванием. Стёрты поцелуй соли, придуманное приветствие, цеховое слово, караул статуи; осталась приятная русская проза, из которой вынули то, чем этот автор отличается от любого другого. Плюс бессмыслица про запах песни и разъехавшийся род змея — это уже не стиль, а невычитанность.
Читается ли что-то откровенно машинным
Откровенно машинным — то есть неотредактированным сырьём — не читается ни один: все четыре прошли через чью-то руку. Ближе всех к подстрочнику Т2, и это видно по трём точкам подряд: «сквозь поцелуй соли», «не встретил взгляд моей кузины», «несла красноречивые ожоговые шрамы» — плюс потерянное тире у первой же реплики, типичный след невыверенного вывода.
Т3 задевает ту же черту дважды («высоко неся подбородок», «незванно»), но там это отдельные пятна на живом тексте, а не манера.
У Т1 машинный след другого рода — не калька, а невнимание: «пахло песней наковальни» и змей, ставший змеёй через строку. Такие дефекты рождаются при сборке текста, который никто не перечитал целиком.
Т4 следов не показывает вовсе — его слабость чисто переводческая (снятые метафоры), а не техническая.