20 KiB
АНГЛИЙСКАЯ ПАРА — слепое чтение
Ниже 5 переводов одного и того же отрывка, сделанных разными способами. Какой чем сделан — не сказано намеренно, метки перемешаны, расшифровка лежит отдельно и до твоего ответа не открывается.
Исходник приложен. Оцени варианты по ТРЁМ вещам, в этом порядке важности:
- СМЫСЛ — не переврано ли то, что сказано в исходнике: участник действия, отрицание, число, ранг, родство, кто кому что говорит; не пропало ли и не добавилось ли событие.
- БРАК — явные дефекты русского текста: незаконченная фраза, сбитая атрибуция реплики, рассогласование, оставшийся кусок исходного языка, глосса в скобках посреди прозы, имя, меняющее форму или род.
- ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ — читается ли это как русская проза или как перевод: живой ритм и голос против кальки, канцелярита и подстрочника.
Как читать — это важнее скорости
Времени у тебя нет ограничения, и торопиться не надо. Прочти ВСЕ варианты целиком, прежде чем выстраивать порядок: решение по первым двум, к которому потом подгоняются остальные, — самая частая порча такого чтения.
Не выдумывай различий там, где их нет: если два варианта действительно неразличимы, соединяй их
знаком =, это законный ответ. И наоборот — не сваливай в кучу то, что различимо: если разница
мелкая, так и скажи, что мелкая, но порядок назови.
Думай столько, сколько нужно. Ответ на один абзац, выданный быстро, стоит меньше, чем разбор, в котором видно, ЧЕМ один текст лучше другого.
Что записать — в файл /home/ubuntu/books/chtenie-rol/ОТВЕТ-en-p4-5a8f48d2.md
- ПОРЯДОК — строкой:
Т3 > Т1 > Т2 > Т4, от лучшего к худшему. Неразличимые соединяй=. Это ответ на вопрос «какой ты взял бы в книгу»: смысл и брак — пороги, художественность решает между теми, кто пороги прошёл. - По каждому варианту — по фразе на каждую из трёх осей, если есть что сказать.
- Если вариант читается откровенно машинным — скажи прямо.
ОТРЫВОК 1
Исходник (английский)
“‘ Our m-marks were taking a pair of doves off to tumble, Master. They spotted me and Aleks as we shadowed them from the ball. But the house gens d’armes were roused at the clamor, and they arrived with t-torches. Aleks was already wounded by the Dyvok … “‘Percival shook his head, glowering at me. “‘ Where were you, Celene? “‘ Where was I? My eyes narrowed, sorrow pricked to rage. Where I was supposed to be, Percival! I was watching the Whisper! “‘ I told you to tell Master that Aleks and I were headed after our marks! “‘ And my mark was on the move! I’d no time to run errands for you! “‘ Enough! Wulfric snapped. This be no time for squabbling! We have come close to calamity, and should thank God Almighty for his mercy. If Aleks had died by the flame this night, her soul would be lost to flame eternal . “‘He signed the wheel, Aleks moaning in agony as he pressed her blackened knuckles once more to his lips. And I saw the fire of fury sparked in those black eyes. “‘ We shall avenge these hurts in time. We shall find these kith and deliver them t — “‘His voice stilled, eyes drifting to the ceiling. And though my senses were not as sharp, still I caught the edge of it; the sound of a multitude. Raised voices. Snatches of scripture. A pounding, faint but heavy, as of fists upon the priory doors. “‘… Were ye followed? “‘I realized Wulfric was speaking to me, shaking my head as I replied, No. No, Master. None marked my path here, I made sure of it. “‘He turned to Percival then. And thee? “‘ I … He glanced to Aleks, licking at his lips. No, Master. None saw us. “‘ A child. Carrying a full-grown woman through midnight streets?
Отрывок 1, вариант Т1
— Наши цели ушли вдвоем, чтобы развлечься, господин. Они заметили меня и Алекса, когда мы выслеживали их от самого бала. Но на шум сбежались хозяйские жандармы, и они пришли с факелами. Алекса уже была ранена Дивоком…
Персиваль покачал головой, сверля меня тяжелым взглядом.
— Где ты была, Селена?
Где я была? Я прищурилась, и горечь в душе сменилась яростью. Там, где и должна была быть, Персиваль! Я следила за Шепчущим!
— Я велел тебе передать господину, что мы с Алексой идем по следу!
— А моя цель тоже не стояла на месте! У меня не было времени бегать с твоими поручениями!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранок! Мы были на волосок от беды и должны благодарить Всевышнего за его милосердие. Если бы Алекса погибла в огне этой ночью, ее душа была бы обречена на вечное пламя.
Он осенил себя знаком колеса, а Алекса простонала от боли, когда он снова прижал ее обугленные костяшки к губам. И я увидела, как в его черных глазах вспыхнуло пламя ярости.
— Мы отомстим за эти раны, придет время. Мы найдем этих нечестивцев и предадим их…
Его голос затих, взгляд устремился к потолку. И хотя мои чувства были не столь остры, я все же уловила это: гул множества голосов. Крики. Обрывки молитв. И глухой, тяжелый стук — словно кто-то колотил кулаками в двери приюта.
— …Вас выследили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой:
— Нет, господин. Никто не видел, как я шла сюда, я убедилась в этом.
Тогда он повернулся к Персивалю.
— А ты?
— Я… — Он взглянул на Алексу и облизнул губы. — Нет, господин. Никто нас не видел.
— Ребенок, — процедил Вульфрик. — Несет взрослую женщину через ночные улицы?
Отрывок 1, вариант Т2
— Наши м-метки уводили пару голубей — повалить их, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы шли за ними от бала. Но домовые жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком...
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Глаза мои сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где я должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать за тебя по поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не накликали беду и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс этой ночью от пламени — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — звук толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— …За вами не следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок. Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т3
— На-наши метки уводили пару голубей — повалить их, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы шли за ними от бала. Но домовые жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком...
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селен?
— Где я была? — Глаза мои сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать за тебя по поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не накликали беду и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс от пламени этой ночью — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — звук толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— ...За вами не следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок? Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т4
— На-наши метки уводили пару голубок поразвлечься, мэтр. Они заприметили нас с Алекс, когда мы следили за ними от бала. Но дворцовые жандармы поднялись на шум и явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дывоком...
Персиваль покачал головой, сверля меня взглядом.
— Где ты была, Селена?
— Где я была? — Мои глаза сузились, печаль вскипела злостью. — Там, где должна была быть, Персиваль! Я следила за Шёпотом!
— Я велел тебе сказать мэтру, что мы с Алекс пошли за нашими метками!
— А моя метка двинулась с места! У меня не было времени бегать по твоим поручениям!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Не время для перебранки! Мы едва не накликали беду и должны благодарить Господа Всемогущего за его милость. Умри Алекс от пламени этой ночью — душа её сгинула бы в вечном огне.
Он осенил себя знаком колеса; Алекс застонала в муке, когда он вновь прижался губами к её почерневшим костяшкам. И я увидела, как в этих чёрных глазах вспыхнул огонь ярости.
— Мы отомстим за эти раны, когда придёт срок. Мы сыщем этих отродьев и предадим их...
Голос его стих, взгляд ушёл к потолку. И хотя чувства мои не столь остры, я всё же уловила краем уха — звук толпы. Взбудораженные голоса. Обрывки псалмов. Стук, глухой, но тяжёлый, — будто кулаки били в двери приората.
— ...За вами не следили?
Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и, покачав головой, ответила:
— Нет. Нет, мэтр. Никто не видел, как я сюда шла, — я удостоверилась.
Он обернулся к Персивалю:
— А ты?
— Я... — Тот покосился на Алекс, облизнув губы. — Нет, мэтр. Нас никто не видел.
— Ребёнок? Нёс взрослую женщину по ночным улицам?
Отрывок 1, вариант Т5
— Наши ц-цели собирались уединиться с парой голубок, Мастер. Они заметили меня и Алекса, когда мы выслеживали их после бала. Но стража дома поднялась по тревоге из-за шума, и они явились с ф-факелами. Алекс уже была ранена Дивоком… — Персиваль покачал головой, свирепо глядя на меня. — Где ты была, Селена?
— Где я была? Мои глаза сузились, скорбь сменилась яростью. — Там, где и должна была быть, Персиваль! Я следила за Шепчущим!
— Я велел тебе сказать Мастеру, что мы с Алекс отправились за нашими целями!
— А моя цель была в движении! У меня не было времени бегать с твоими поручениями!
— Довольно! — рявкнул Вульфрик. — Сейчас не время для перебранок! Мы были близки к катастрофе и должны благодарить Господа Всемогущего за его милосердие. Если бы Алекс погибла в огне этой ночью, её душа была бы обречена на вечное пламя. — Он осенил себя колесом, пока Алекс стонала от боли, когда он вновь прижал её почерневшие костяшки пальцев к своим губам. И я увидела, как в этих черных глазах вспыхнуло пламя ярости. — Мы отомстим за эти раны, когда придет время. Мы найдем этих сородичей и предадим их т… — Его голос затих, глаза устремились к потолку. И хотя мои чувства были не столь остры, я всё же уловила это: шум множества людей. Громкие голоса. Обрывки священных писаний. Стук, слабый, но тяжелый, словно кулаки бьют в двери приората.
— …Вас выследили?
— Я поняла, что Вульфрик обращается ко мне, и покачала головой, отвечая: «Нет. Нет, Мастер. Никто не проследил мой путь сюда, я убедилась в этом».
— Тогда он повернулся к Персивалю. — А ты?
— Я… — Он взглянул на Алекс, облизывая губы. — Нет, Мастер. Никто нас не видел.
— Ребенок. Несет взрослую женщину через ночные улицы?