books/chtenie-rol/ЧТЕНИЕ-en-arch-3bd64811.md

# АНГЛИЙСКАЯ ПАРА — слепое чтение


Ниже 8 переводов одного и того же отрывка, сделанных разными способами. Какой чем сделан — не
сказано намеренно, метки перемешаны, расшифровка лежит отдельно и до твоего ответа не открывается.

Исходник приложен. Оцени варианты по ТРЁМ вещам, в этом порядке важности:

1. **СМЫСЛ** — не переврано ли то, что сказано в исходнике: участник действия, отрицание, число,
   ранг, родство, кто кому что говорит; не пропало ли и не добавилось ли событие.
2. **БРАК** — явные дефекты русского текста: незаконченная фраза, сбитая атрибуция реплики,
   рассогласование, оставшийся кусок исходного языка, глосса в скобках посреди прозы, имя,
   меняющее форму или род.
3. **ХУДОЖЕСТВЕННОСТЬ** — читается ли это как русская проза или как перевод: живой ритм и голос
   против кальки, канцелярита и подстрочника.

## Что записать — в файл `/home/ubuntu/books/chtenie-rol/ОТВЕТ-en-arch-3bd64811.md`

1. **ПОРЯДОК** — строкой: `Т3 > Т1 > Т2 > Т4`, от лучшего к худшему. Неразличимые соединяй `=`.
   Это ответ на вопрос «какой ты взял бы в книгу»: смысл и брак — пороги, художественность решает
   между теми, кто пороги прошёл.
2. **По каждому варианту** — по фразе на каждую из трёх осей, если есть что сказать.
3. Если вариант читается откровенно машинным — скажи прямо.

---


# ОТРЫВОК 1

## Исходник (английский)

“‘What are you d-doing?’ he whispered. “‘Packing your things. You’re gone from here today.’ “‘Bull shit…’ “‘He speaks truth, Joaquin,’ Aaron said. ‘You can’t stay here. Not anymore.’ “‘He caught me by surprise, Capitaine. N-next time, I’ll be ready.’ “‘Next time, it might not be him, son.’ “That thought sobered Joaquin and me both. Aaron was just as hungry as I, remember. But still, the boy tried to rise, sagging against the cave wall. “‘I’ll n-not abandon Dior.’ “‘This isn’t about Dior anymore,’ I growled. ‘You ride out with us now, you’ll never live to save her. I’ve tried, boy. God help me, I’ve tried to keep this thing in me chained. But next time it breaks loose, I’ll not be able to stop it. Someone will have to stop me .’ “I walked to Joaquin’s side, squeezing his shoulder. “‘You’ve done enough, son. I vow by whatever God is listening, if nothing else, I’ll save Dior from that bastard’s clutches. I swear it.’ “He hung his head, lip trembling, and I turned back to his horse to spare him the shame of his tears. I couldn’t blame him a drop, in truth. He’d come so far. Given all he had. “‘That’s t-too much.’ “I turned at Joaquin’s whisper, saw his eyes on the bags I was loading. “‘That’s almost all the food w-we have,’ he said. ‘If you give that to m-me, you’ll have nothing left to get you back.’ “I smiled weakly, dried blood cracking on my skin. “‘No happy ever afters, remember?’ “We wrapped the lad in furs, turned him east, and watched him trudge away on his horse. As he slipped from sight through the tumbling snows, the endless dark, he turned and raised his hand in farewell, Aaron and I answering with the same.


---

## Отрывок 1, вариант Т1

— Ч-что ты делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уедешь.
— Брехня…
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь здесь остаться. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. В-в следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё равно попытался подняться, оседая у стены пещеры.

— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Поедешь с нами сейчас — не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пробовал, парень. Видит Бог, я пытался удержать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит меня: по крайней мере, я спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. Честно говоря, я не мог винить его ни капли. Он прошёл так далеко. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я грузил.

— Это почти вся еда, что у н-нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это м-мне, вам самим не хватит добраться обратно.

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, повернули его лошадь на восток и смотрели, как он устало тащится прочь. Когда он скрылся из виду среди падающего снега, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку, прощаясь; мы с Аароном ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т2

— Ч-что ты делаешь? — прошептал он.

— Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уедешь.

— Дерьмо…

— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь здесь остаться. Больше не можешь.

— Он застал меня врасплох, капитан. В-в следующий раз я буду готов.

— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё равно попытался подняться, приваливаясь к стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Поедешь с нами сейчас — не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пробовал, парень. Боже, помоги мне, я пытался удержать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит меня: уж Диор-то я вырву из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. Честно говоря, я не мог винить его ни капли. Он прошёл так далеко. Отдал всё, что имел.

— Э-это слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я грузил.

— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это мне, вам самим не хватит добраться обратно.

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он плетётся прочь на своей лошади. Когда он уже таял в падающем снегу, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку в прощании; мы с Аароном ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т3

— Ч-что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты уедешь отсюда.
— Дерьмо...
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь остаться. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. В следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё же попытался подняться, прислонившись к стене пещеры.

— Я не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты поедешь с нами сейчас, тебе не дожить до того, чтобы спасти её. Я пытался, парень. Боже, помоги мне, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но когда она снова вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину, сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит меня, если больше ничего, я спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа его дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы не видеть его слёз. Я не мог его винить ни капли, честно. Он зашёл так далеко. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, увидел его взгляд на мешках, которые я грузил.

— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её мне, у вас ничего не останется, чтобы добраться обратно.

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он, спотыкаясь, уходит на своей лошади. Когда он исчезал из виду среди валящего снега, бесконечной тьмы, он обернулся и поднял руку в прощании, и мы с Аароном ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т4

— Ч-что ты делаешь? — прошептал он.  
— Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уедешь.  
— Чушь…  
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь здесь остаться. Больше не можешь.  
— Он застал меня врасплох, капитан. В-в следующий раз я буду готов.  
— В следующий раз это может быть не он, сынок.  

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё равно попытался подняться, оседая у стены пещеры.  

— Я н-не брошу Диор.  
— Дело больше не в Диор, — прорычал я. — Поедешь с нами сейчас — не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пробовал, парень. Видит Бог, я пытался удержать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.  

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.  

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит меня: по крайней мере, я вырву Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.  

Он опустил голову, губа дрожала, и я повернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. Честно говоря, я не мог винить его ни капли. Он прошёл так далеко. Отдал всё, что имел.  

— Э-это слишком много.  

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я грузил.  

— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это мне, тебе самому не хватит добраться обратно.  

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.  

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?  

Мы укутали парня в меха, направили его лошадь на восток и смотрели, как он плетётся прочь. Когда он скрылся из виду в кружащемся снегу, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку в прощании; мы с Аароном ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т5

— Что ты д-делаешь? — прошептал он.

— Собираю твои вещи. Сегодня ты уезжаешь отсюда.

— Чушь собачья...

— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь остаться. Больше нет.

— Он застал меня врасплох, капитан. В с-следующий раз я буду готов.

— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила нас обоих: и Хоакина, и меня. Не забывай, Аарон был так же голоден, как и я. Но мальчик всё же попытался подняться, оседая и приваливаясь к стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Уедешь с нами сейчас — не доживёшь, чтобы спасти её. Я пытался, мальчик. Видит Бог, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся меня остановить.

Я подошёл к Хоакину и сжал ему плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым богом, который слышит: если больше ничего, я спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь в этом.

Он опустил голову, губа дрожала, и я отвернулся к лошади, чтобы не смущать его слезами. По правде, я ничуть не винил его. Он проделал такой путь. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, увидел, что он смотрит на мешки, которые я навьючивал.

— Это почти вся еда, ч-что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это м-мне, у тебя ничего не останется на обратный путь.

Я слабо улыбнулся, и запёкшаяся кровь потрескалась на коже.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы закутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он плетётся прочь на лошади. Когда он уже скрывался из виду среди кружащего снега и бесконечной тьмы, он обернулся и поднял руку на прощание; Аарон и я ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т6

— Ч-что ты д-делаешь? — прошептал он.  
— Собираю твои вещи. Сегодня ты уедешь отсюда.  
— Дерьмо...  
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь остаться. Больше не можешь.  
— Он застал меня врасплох, капитан. В следующий раз я буду готов.  
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё же попытался подняться, тяжело привалившись к стене пещеры.

— Я не брошу Диор.  
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Поедешь с нами сейчас — не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пытался, парень. Боже, помоги мне, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но когда она снова вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит меня: если ничего другого, я вырву Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа его дрожала, и я вернулся к его лошади, чтобы не видеть его слёз. Я не мог его винить ни капли, честно. Он прошёл такой долгий путь. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я нагружал.

— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её мне, у тебя ничего не останется, чтобы вернуться.

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он медленно уезжает на своей лошади. Когда он исчезал из виду среди кружащего снега и бесконечной тьмы, он обернулся и поднял руку в прощальном жесте; мы с Аароном ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т7

— Что ты д-делаешь? — прошептал он.

— Собираю твои вещи. Сегодня ты уезжаешь отсюда.

— Чушь собачья...

— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь остаться. Больше нет.

— Он застал меня врасплох, капитан. В с-следующий раз я буду готов.

— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила нас обоих: и Хоакина, и меня. Не забывай, Аарон был так же голоден, как и я. Но мальчик всё же попытался подняться, оседая и приваливаясь к стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Уедешь с нами сейчас — не доживёшь, чтобы спасти её. Я пытался, мальчик. Видит Бог, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся меня остановить.

Я подошёл к Хоакину и сжал ему плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым богом, который слышит: если больше ничего, я спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь в этом.

Он опустил голову, губа дрожала, и я отвернулся к лошади, чтобы не смущать его слезами. По правде, я ничуть не винил его. Он проделал такой путь. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, увидел, что он смотрит на мешки, которые я навьючивал.

— Это почти вся еда, ч-что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это м-мне, у тебя ничего не останется на обратный путь.

Я слабо улыбнулся, и запёкшаяся кровь потрескалась на коже.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы закутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он плетётся прочь на лошади. Когда он уже скрывался из виду среди кружащего снега и бесконечной тьмы, он обернулся и поднял руку на прощание; Аарон и я ответили тем же.


---

## Отрывок 1, вариант Т8

— Ч-что ты делаешь? — прошептал он.  
— Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уедешь.  
— Дерьмо…  
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь здесь остаться. Больше не можешь.  
— Он застал меня врасплох, капитан. В-в следующий раз я буду готов.  
— В следующий раз это может быть не он, сынок.  

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё равно попытался подняться, оседая у стены пещеры.  

— Я н-не брошу Диор.  
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Поедешь с нами сейчас — не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пробовал, парень. Боже, прости, я пытался удержать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.  

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.  

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит меня: если ничего другого, я вырву Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.  

Он повесил голову, губа дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. Честно говоря, я не мог винить его ни капли. Он прошёл так далеко. Отдал всё, что имел.  

— Э-это слишком много.  

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я грузил.  

— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это мне, вам самим не хватит добраться обратно.  

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.  

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?  

Мы укутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он трусит прочь на своей лошади. Когда он скрылся из виду в падающем снегу, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку в прощании; мы с Аароном ответили тем же.