books/role-topology/aj-packets/5c4111d00797.txt

Ты — литературный редактор-эксперт, сверяющий два русских перевода одного китайского
фрагмента с оригиналом. Тебе даны ИСХОДНИК и два варианта перевода под слепыми метками.

Посчитай ОШИБКИ в каждом варианте по типам:
  ВЕРНОСТЬ   — сказано не то, что в исходнике: искажение, инверсия, выдумка, пропуск факта.
  ТЕРМИН     — имя или термин передан не так, как в других местах того же текста.
  ЯЗЫК       — то, чего носитель не напишет: калька, канцелярит, несуществующее слово, кривой
               порядок слов, рассогласование.
  ФОРМА      — вёрстка и пунктуация: оформление реплик, кавычки, тире, абзацы.

Отвечай РОВНО в этом формате и ничем больше:
В1-ВЕРНОСТЬ: <число>
В1-ТЕРМИН: <число>
В1-ЯЗЫК: <число>
В1-ФОРМА: <число>
В2-ВЕРНОСТЬ: <число>
В2-ТЕРМИН: <число>
В2-ЯЗЫК: <число>
В2-ФОРМА: <число>
СТИЛЬ: <В1 или В2 или НИЧЬЯ — где живее и естественнее русская проза>

Отвечай РОВНО в таком виде и ничем больше:

В1-ВЕРНОСТЬ: <число>
В1-ТЕРМИН: <число>
В1-ЯЗЫК: <число>
В1-ФОРМА: <число>
В2-ВЕРНОСТЬ: <число>
В2-ТЕРМИН: <число>
В2-ЯЗЫК: <число>
В2-ФОРМА: <число>
СТИЛЬ: <В1|В2|НИЧЬЯ>
ПОЧЕМУ: <по одной короткой ЦИТАТЕ из текста на КАЖДУЮ ненулевую ось, через « | ». Цитата
обязательна: число без цитаты не принимается — именно из-за их отсутствия показания прошлых
судей оказались непроверяемыми по диску.>

ИСХОДНИК:
第十五节：历史由胜利者书写
　　在这秘洞中，从身后却忽然传来其他人的声音。
　　饶是方源也在此刻汗毛乍起，头皮发麻。
　　自己竟然被跟踪了！
　　难道是这些天，屡次外出，已经引起了有心人的注意吗？
　　又或者是舅父派来的人？
　　甚至在他的脑海中，还划过客栈中那个一转蛊师，叫做江牙的青年。
　　刹那间，他心中闪现出无数的念头和猜测，并且极速思考着解决之道。
　　方源可以感觉到这短短的一句话中，充满了深深的杀机。
　　这让他暗暗叫苦，自己此时只是一转初阶，连本命蛊都没有，对于蛊师来讲，战力接近于零，怎么打？
　　“太弱了，太弱了！”他在心中咆哮。
　　“你已经中了我的独门毒蛊，没有我的对应解蛊，七天之后，必定化为脓血而死。”背后的声音又响起。
　　方源咬住牙关，表情冷静，语气低沉：“你是想要酒虫？我可以给你。”
　　他慢慢地站起来，动作很缓慢。
　　但就在这时，突然又响起另一个人的声音。这声音充满了恐惧，打着颤音：“我给你，我都可以给你，只求你饶我一命啊，花酒行者大人！”
　　“等等，这是……”方源眉头扭成一个疙瘩，他豁然转身。
　　只见眼前的石壁上，光影变幻，浮现出一幅画面。
　　一个精悍逼人的蛊师，站在山巅，在他的脚下，匍匐跪倒着另一位蛊师。
　　两位蛊师的周围，是塌陷的深坑，碎裂的石块，很显然刚刚经历了一场激战。
　　在两人不远处，还有一群旁观老者，望着这个场面，都带着惊怒恐惧的神色。
　　场中央那位胜利的蛊师，仰头大笑：“哈哈哈，古月英雄，枉你年纪轻轻，就有五转修为。本来还以为你是个人物，没想到如此不堪。哼！”
　　这个大笑的蛊师，双目细长，穿着一身粉色长袍，宽大的袖口随风摇曳，衣襟领口敞得很开，露出他结实如白玉的胸肌。
　　最为引人注目的，是他的光头，锃光瓦亮，没有一丝头发。
　　“花酒行者！”方源一眼看破这蛊师的身份。
　　“和花酒大人相比，晚辈算个屁！晚辈是昏了头，竟然有眼不识泰山，冒犯了花酒大人。花酒大人，请您看在先前我族倾情招待的份上，饶了一命啊！”那跪在地上的蛊师，身躯颤抖，冷汗直冒，涕泪俱下地求饶着。
　　方源眯起双眼，仔细分辨，发现这蛊师穿着古月一族的族长服饰，看其相貌，分明就是那四代族长！
　　而那些年老的旁观者，应该就是那年代的族中家老了。
　　“呵呵，倾情招待？你也好意思说！我本来诚心诚意，与你做桩买卖，用元石换购你族的月兰花，价格公道的很。是你居心叵测，假意曲迎，哄我入席，想要在酒中下毒蛊。你们也太小看我了，我闯荡天下，以花酒为名，怎么可能中了这毒？”
　　花酒行者手指着跪在地上的四代族长，冷笑不断：“好好合作，定然没有这下场。结果想借我的人头沽名钓誉，你是自作孽不可活！”
　　“大人，请饶我一条狗命吧！”四代族长惊惶大叫，用膝盖蹭地，迅速爬到花酒行者的脚下，抱住他的大腿。
　　“大人，我族有灵泉产出元石，在地下溶洞又种植了大片月兰花。小的愿意吃下大人的奴隶蛊，成为大人的奴才，生死只在大人一念之间，终身为大人效命！”
　　方源看得无语，画面中那几位家老更是因此面色变化不定。
　　花酒行者眯起了双眼，他的怒火已经平息下来，眼缝中精芒频闪：“哼，奴隶蛊珍贵无比，是五转蛊虫，你以为我会有？不过，你中了我的独门毒蛊，只有我可以解毒，也不怕你反抗。既然如此，你族每周给我提供三十斤月兰花瓣，同样还有三千枚元石。每隔一段时间我都会过来取货，同时为你解一次毒，留你一条狗命。”
　　“谢大人不杀之恩，谢大人不杀之恩！”四代族长口中连连叫唤，磕头不止，额头撞在山石上，血流不止。
　　“哼，不要磕头了，老子最烦你这种卑躬屈膝的小人！什么古月天才，五转强者，名不副实。你给我好好侍奉，这也是你保命的……呃！”花酒行者忽然惊呼一声，脸上抖现惊骇之色。

---
ВАРИАНТ 1:
Раздел 15: Историю пишет победитель

В этой тайной пещере позади вдруг раздался чей-то голос. Даже Фан Юань в этот миг почувствовал, как у него дыбом встали волосы на руках, а по спине побежали мурашки. Его выследили! Неужели за эти дни он выходил слишком часто и привлёк чьё-то недоброе внимание? Или это люди дяди? В голове даже промелькнул тот парень из гостиницы — гу-мастер первого ранга по имени Цзян Я. В одно мгновение в уме вспыхнули десятки мыслей и догадок, и он лихорадочно искал выход. Фан Юань чувствовал: в этих коротких словах скрывалось глубочайшее намерение убить. Это заставило его в душе горько сетовать — сейчас он всего лишь на начальной ступени первого ранга, даже не имеет своего основного гу, для гу-мастера его боевая сила почти нулевая. Как ему драться? «Слишком слаб, слишком слаб!» — вопил он в мыслях.

— Ты уже отравлен моим особым ядовитым гу, и без моего противоядия через семь дней сгниёшь в гнойную жижу, — снова раздался голос из-за спины.

Фан Юань стиснул зубы; лицо оставалось спокойным, голос прозвучал низко:

— Ты хочешь винного червя? Я могу отдать его тебе.

Он медленно выпрямился, двигаясь очень неторопливо.

Но в этот миг внезапно раздался другой голос — полный страха, дрожащий:

— Я отдам, я всё отдам, только пощади жизнь, господин Странник Хуацзю!

— Стоп, это... — брови Фан Юаня свелись в узел, он резко обернулся.

На каменной стене перед ним играли свет и тень, складываясь в отчётливый образ. Один крепкий и грозный гу-мастер стоял на вершине горы, а у его ног, простёршись ниц, лежал другой. Вокруг обоих зияли провалы, валялись расколотые камни — совсем недавно здесь кипела жестокая битва. Невдалеке стояла группа стариков-зрителей, глядящих на эту сцену с ужасом и гневом.

Гу-мастер-победитель в центре вскинул голову и расхохотался:

— Ха-ха-ха, Гуюэ Инсюн! Ты, такой молодой, уже достиг пятого ранга. Я-то думал, ты человек достойный, а ты, оказывается, пустое место. Хм!

У смеющегося гу-мастера были узкие длинные глаза, одет он в розовое платье с широкими рукавами, колышущимися на ветру; ворот распахнут, обнажая крепкую, словно белый нефрит, грудь. Больше всего внимания привлекала его гладко выбритая голова — блестящая, без единого волоска.

— Странник Хуацзю! — Фан Юань с одного взгляда разгадал, кто этот гу-мастер.

— Что я, мелочь, в сравнении с господином Хуацзю! Я лишился ума, не признал великую гору, оскорбил господина Хуацзю. Господин Хуацзю, умоляю — ради того, как мой клан радушно принимал вас, пощадите жизнь!

Коленопреклонённый гу-мастер дрожал всем телом, пот лил ручьём, он плакал и в слезах вымаливал прощение. Фан Юань прищурился, всмотрелся внимательнее и понял: этот гу-мастер одет в одежды главы клана Гуюэ, а по облику это явно четвёртый глава клана! А те пожилые зрители, должно быть, старейшины клана той эпохи.

— Хе-хе, радушно принимали? И ты смеешь так говорить! Я искренне хотел заключить сделку — обменять первобытные камни на ваши лунные орхидеи, и цена была справедливой. Это ты с тайным умыслом, ложно заискивая, заманил меня на пир, чтобы подсыпать ядовитое гу в вино. Вы слишком меня недооцениваете. Я странствую по свету под именем Цветок Вина — как же я мог пасть от такого яда?

Странник Хуацзю указал пальцем на коленопреклонённого четвёртого главу клана и холодно усмехался:

— Будь сотрудничество честным — такой судьбы не было бы. А ты решил нажиться на моей голове, добыть славу — сам себе вынес приговор и сам его заслужил!

— Господин, пощадите мою жалкую жизнь! — в ужасе закричал четвёртый глава клана, на коленях подполз к ногам Странника Хуацзю и вцепился в его бедро. — Господин, в нашем клане есть духовный источник, дающий первобытные камни, а в подземной пещере мы выращиваем огромные поля лунных орхидей. Я готов проглотить ваше гу-рабство, стать вашим рабом, жизнь моя будет всецело в вашей воле, до конца дней буду служить вам!

Фан Юань смотрел безмолвно; старейшины на изображении и вовсе менялись в лице.

Странник Хуацзю прищурился — гнев уже утих, в щелях век вспыхивали острые искры:

— Хм, гу-рабство бесценно, это гу пятого ранга — ты думаешь, оно у меня есть? Но ты отравлен моим особым ядовитым гу, и только я могу снять яд, так что не боюсь, что ты взбунтуешься. Будь по-твоему: твой клан каждую неделю будет поставлять мне тридцать цзиней лепестков лунной орхидеи и три тысячи первобытных камней. Время от времени я буду приходить за товаром и заодно снимать с тебя яд, оставляя тебе твою жалкую жизнь.

— Благодарю господина за милость не убивать, благодарю за милость не убивать! — заладил четвёртый глава клана, кланялся до земли, стучал лбом о скалы, и кровь текла не переставая.

— Хм, хватит кланяться. Больше всего меня бесят такие подлые холуи! Какой там гений Гуюэ, сильный пятого ранга — звону много, толку мало. Служи мне хорошенько, это твой шанс сохранить жизнь... Ах! — Странник Хуацзю вдруг вскрикнул, и на лице его проступило выражение ужаса.

---
ВАРИАНТ 2:
В этой скрытой пещере вдруг раздался чужой голос — он донёсся из-за спины. Даже у Фан Юаня волосы встали дыбом, а по коже пробежали мурашки. За ним следили! Неужели его частые отлучки привлекли чьё-то недоброе внимание? Или это люди, подосланные дядей? В голове мелькнул даже образ того юноши из гостиницы, гу-мастера первого ранга по имени Цзян Я. В один миг пронеслась тысяча догадок, и Фан Юань лихорадочно искал выход. Он чувствовал, что короткая фраза полна глубокого убийственного намерения. В душе он горько сетовал: сейчас он лишь на начальной ступени первого ранга и даже не обзавёлся жизненным гу, а потому его боевая сила почти равна нулю. Как сражаться? «Слишком слаб, слишком слаб!» — в отчаянии вопил он про себя.

— Ты уже отравлен моим особым ядовитым гу, и без моего противоядия через семь дней сгниёшь заживо, превратившись в кровавый гной, — снова донёсся голос из-за спины.

Фан Юань стиснул зубы. Он сохранял ледяное спокойствие и низким голосом произнёс:

— Тебе нужен винный червь? Я могу отдать его.

Он медленно, очень осторожно начал подниматься.

Но в этот момент внезапно раздался ещё один голос, полный ужаса и дрожи:

— Я отдам, я всё отдам, только пощади мою жизнь, господин Странник Хуацзю!

— Постой, это же… — брови Фан Юаня сошлись в тугой узел, и он резко обернулся.

На каменной стене перед ним замерцали свет и тени, и проявилось изображение. Грозный, поджарый гу-мастер стоял на горной вершине, а у его ног, распростёршись ниц, лежал другой гу-мастер. Вокруг зияли провалы, повсюду громоздились расколотые глыбы — совсем недавно здесь явно бушевала жестокая схватка. Поодаль стояла кучка стариков: они взирали на эту сцену с ужасом и гневом.

Победитель в центре запрокинул голову и расхохотался:

— Ха-ха-ха! Гуюэ Инсюн, ты так молод, а уже достиг пятого ранга, а я-то думал, ты — личность. Оказывается, ты всего лишь жалкое ничтожество. Хм!

У смеющегося гу-мастера были узкие, длинные глаза, он носил розовую мантию; широкие рукава развевались на ветру, ворот был распахнут, обнажая крепкую, словно белый нефрит, грудь. Но больше всего в глаза бросалась его голова — совершенно лысая, сверкающая блеском.

— Странник Хуацзю! — с одного взгляда узнал его Фан Юань.

Гу-мастер, стоявший на коленях, трясся всем телом, обливался холодным потом и, пуская слёзы и сопли, молил:

— По сравнению с господином Хуацзю я — пустое место! Я, глупец, имея глаза, не разглядел горы Тай и оскорбил господина Хуацзю! Господин, умоляю, пощадите меня ради того, как наш клан прежде радушно вас принимал!

Фан Юань прищурился, всмотрелся и узнал в этом гу-мастере четвёртого главу клана Гуюэ — судя по одежде и внешности. А пожилые наблюдатели, должно быть, были клановыми старейшинами того времени.

— Хе-хе, радушно принимали? Да как у тебя язык поворачивается! Я искренне хотел заключить с тобой сделку: честно обменять первобытные камни на ваши лунные орхидеи по справедливой цене. А ты, замыслив чёрное, лицемерно мне льстил, заманил на пир и попытался подсыпать в вино ядовитого гу! Вы слишком низкого обо мне мнения — я брожу по свету под именем Хуацзю и ни за что не попался бы на такую отраву!

Странник Хуацзю указал пальцем на коленопреклонённого четвёртого главу и холодно усмехнулся:

— Сотрудничал бы честно — не получил бы такой судьбы. А ты решил прославиться за счёт моей головы — сам навлёк на себя гибель!

— Господин, только сохраните мне жизнь! — в ужасе завопил четвёртый глава и, елозя на коленях, быстро подполз к Страннику Хуацзю и обхватил его за бедро. — В моём клане есть духовный источник, рождающий первобытные камни, а в подземной пещере мы развели обширное поле лунных орхидей. Я, ничтожный, готов проглотить вашего гу-раба, стать вашим рабом, и тогда моя жизнь и смерть будут зависеть лишь от вашей мысли, и я до конца дней буду вам служить!

Фан Юань смотрел на это ошеломлённо, а старейшины на изображении так и менялись в лицах.

Странник Хуацзю прищурился; гнев его уже утих, а в узких щёлках век хищно блестели искорки.

— Хм, гу-раб — бесценное сокровище пятого ранга, ты думаешь, у меня такое водится? Но ты отравлен моим особым ядовитым гу, и только я способен дать тебе противоядие, так что можно не опасаться твоего бунта. Раз так, пусть твой клан каждую неделю поставляет мне пятнадцать килограммов лепестков лунной орхидеи и три тысячи первобытных камней. Время от времени я буду наведываться за товаром, а заодно давать тебе лекарство, чтобы сохранить твою жалкую жизнь.

— Благодарю за великую милость, что оставили жизнь! Благодарю за великую милость! — беспрестанно выкрикивал четвёртый глава, отбивая поклоны и разбивая лоб о скалы в кровь.

— Хм, хватит кланяться. Больше всего меня бесят такие подлые холуи! Какой там «гений Гуюэ», какой «сильнейший пятого ранга» — имя пустое! Будешь служить мне исправно — это единственный твой шанс выжить… А-а!

Странник Хуацзю вдруг вскрикнул — на его лице отразился ужас и изумление.