books/tenant-panel/aj-p2en-tasks/d634ae9365.txt

Ты — литературный редактор-эксперт. Тебе дан ИСХОДНИК на английском и 13 независимых русских перевода этого же фрагмента под слепыми метками.

Посчитай ОШИБКИ в каждом варианте по типам:
  ВЕРНОСТЬ   — сказано не то, что в исходнике: искажение, инверсия, выдумка, пропуск факта.
  ТЕРМИН     — имя или термин передан не так, как в других местах того же текста.
  ЯЗЫК       — то, чего носитель не напишет: калька, канцелярит, несуществующее слово, кривой
               порядок слов, рассогласование.
  ФОРМА      — вёрстка и пунктуация: оформление реплик, кавычки, тире, абзацы.

Оцени КАЖДЫЙ вариант ОТДЕЛЬНО против исходника — не сравнивая варианты между
собой. Порядок вариантов ничего не значит и специально перемешан.

Ответ ЗАПИШИ ФАЙЛОМ в /home/ubuntu/books/tenant-panel/aj-p2en/d634ae9365.txt — ровно в таком виде и ничем больше, блок на каждую метку:

Т1-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т1-ТЕРМИН: <число>
Т1-ЯЗЫК: <число>
Т1-ФОРМА: <число>
Т1-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т2-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т2-ТЕРМИН: <число>
Т2-ЯЗЫК: <число>
Т2-ФОРМА: <число>
Т2-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т3-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т3-ТЕРМИН: <число>
Т3-ЯЗЫК: <число>
Т3-ФОРМА: <число>
Т3-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т4-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т4-ТЕРМИН: <число>
Т4-ЯЗЫК: <число>
Т4-ФОРМА: <число>
Т4-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т5-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т5-ТЕРМИН: <число>
Т5-ЯЗЫК: <число>
Т5-ФОРМА: <число>
Т5-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т6-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т6-ТЕРМИН: <число>
Т6-ЯЗЫК: <число>
Т6-ФОРМА: <число>
Т6-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т7-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т7-ТЕРМИН: <число>
Т7-ЯЗЫК: <число>
Т7-ФОРМА: <число>
Т7-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т8-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т8-ТЕРМИН: <число>
Т8-ЯЗЫК: <число>
Т8-ФОРМА: <число>
Т8-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т9-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т9-ТЕРМИН: <число>
Т9-ЯЗЫК: <число>
Т9-ФОРМА: <число>
Т9-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т10-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т10-ТЕРМИН: <число>
Т10-ЯЗЫК: <число>
Т10-ФОРМА: <число>
Т10-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т11-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т11-ТЕРМИН: <число>
Т11-ЯЗЫК: <число>
Т11-ФОРМА: <число>
Т11-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т12-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т12-ТЕРМИН: <число>
Т12-ЯЗЫК: <число>
Т12-ФОРМА: <число>
Т12-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т13-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т13-ТЕРМИН: <число>
Т13-ЯЗЫК: <число>
Т13-ФОРМА: <число>
Т13-ПОЧЕМУ: <цитаты>

ПОЧЕМУ обязательно для КАЖДОЙ ненулевой оси: короткая ЦИТАТА из текста через « | ».
Число без цитаты не принимается и на диск не попадает: именно из-за отсутствия цитат показания
прошлых судей оказались непроверяемыми. Ноль по оси обоснования не требует.


============================================================
ИСХОДНИК:
“‘What are you d-doing?’ he whispered. “‘Packing your things. You’re gone from here today.’ “‘Bull shit…’ “‘He speaks truth, Joaquin,’ Aaron said. ‘You can’t stay here. Not anymore.’ “‘He caught me by surprise, Capitaine. N-next time, I’ll be ready.’ “‘Next time, it might not be him, son.’ “That thought sobered Joaquin and me both. Aaron was just as hungry as I, remember. But still, the boy tried to rise, sagging against the cave wall. “‘I’ll n-not abandon Dior.’ “‘This isn’t about Dior anymore,’ I growled. ‘You ride out with us now, you’ll never live to save her. I’ve tried, boy. God help me, I’ve tried to keep this thing in me chained. But next time it breaks loose, I’ll not be able to stop it. Someone will have to stop me .’ “I walked to Joaquin’s side, squeezing his shoulder. “‘You’ve done enough, son. I vow by whatever God is listening, if nothing else, I’ll save Dior from that bastard’s clutches. I swear it.’ “He hung his head, lip trembling, and I turned back to his horse to spare him the shame of his tears. I couldn’t blame him a drop, in truth. He’d come so far. Given all he had. “‘That’s t-too much.’ “I turned at Joaquin’s whisper, saw his eyes on the bags I was loading. “‘That’s almost all the food w-we have,’ he said. ‘If you give that to m-me, you’ll have nothing left to get you back.’ “I smiled weakly, dried blood cracking on my skin. “‘No happy ever afters, remember?’ “We wrapped the lad in furs, turned him east, and watched him trudge away on his horse. As he slipped from sight through the tumbling snows, the endless dark, he turned and raised his hand in farewell, Aaron and I answering with the same.

============================================================
Т1:
«Что ты д-делаешь?» — прошептал он.
«Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уезжаешь».
«Чушь собачья…»
«Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Тебе нельзя здесь оставаться. Больше нельзя».
«Он застал меня врасплох, Капитан. В с-следующий раз я буду готов».
«В следующий раз это может быть не он, сынок».

Эта мысль отрезвила нас обоих — и Хоакина, и меня. Не забывай: Аарон был так же голоден, как и я. Но мальчик всё равно попытался встать, навалившись на стену пещеры.
«Я н-не брошу Диор».
«Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты уедешь с нами сейчас, ты не доживёшь до того, чтобы спасти её. Я пытался, парень. Видит Бог, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня».
Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.
«Ты и так много сделал, сынок. Клянусь любым слушающим божеством: я, по крайней мере, вырву Диор из лап этого ублюдка. Я клянусь».
Он опустил голову; губа его дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. По правде сказать, я ни капли не винил его. Он проделал такой долгий путь. Отдал всё, что имел.
«Это с-слишком много».

Я обернулся на шёпот Хоакина, увидел, что он смотрит на сумки, которые я навьючивал.
«Это почти вся п-провизия, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это м-мне, у вас ничего не останется, чтобы вернуться».
Я слабо улыбнулся, и запёкшаяся кровь на моей коже потрескалась.
«Никаких "долго и счастливо", помнишь?»

Мы закутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он уезжает прочь на своей лошади. Когда он скрылся из виду в валящем снегу и бесконечной тьме, он обернулся, поднял руку на прощание, и мы с Аароном ответили тем же.

============================================================
Т2:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.

— Собираю твои вещи. Сегодня ты уходишь отсюда.

— Чушь…

— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Тебе нельзя здесь оставаться. Больше нельзя.

— Он застал меня врасплох, Capitaine. В следующий р-раз я буду готов.

— В следующий раз это можешь быть уже не ты, сынок.

От этой мысли мы оба с Хоакином протрезвели. Не забывайте: Аарон был голоден не меньше меня. И всё же мальчик попытался подняться, привалившись к стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело больше не в Диор, — прорычал я. — Если сейчас поскачешь с нами, ты не доживёшь до того дня, когда сможешь её спасти. Я пытался, мальчик. Бог мне судья, я пытался удержать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я уже не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь каким бы то ни было богом, который нас слышит: если больше ничего не останется, я всё равно спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа его задрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда перед собственными слезами. По правде говоря, я ни капли его не винил. Он зашёл так далеко. Отдал всё, что у него было.

— Это с-слишком много.

На шёпот Хоакина я обернулся и увидел, что он смотрит на мешки, которые я навьючивал на лошадь.

— Это почти вся еда, к-которая у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её м-мне, у тебя ничего не останется на обратную дорогу.

Я слабо улыбнулся; засохшая кровь стянула кожу.

— Помнишь? Никаких счастливых концов.

Мы закутали парня в меха, развернули его на восток и смотрели, как он уходит верхом. Когда он скрылся из виду в кружащемся снегу, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку на прощание. Мы с Аароном ответили ему тем же.

============================================================
Т3:
"Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты уходишь отсюда.
— Дерьмо…
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты можешь здесь остаться. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. С-следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок. Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня — Аарон был так же голоден, как и я, припоминаете. Но мальчик всё равно попытался подняться, оседая на стену пещеры.
— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты поедешь с нами сейчас, тебе не жить, чтобы спасти её. Я пытался, мальчик. Видит Бог, я пытался держать эту тварь внутри на цепи. Но когда она в следующий раз сорвётся, я уже не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.
— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым богом, который меня слышит: если ничего другого мне не останется, то я хотя бы вырву Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он уронил голову, губа дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить парня от стыда слёз. По правде, я не мог его винить ни капли. Он проделал такой путь. Отдал всё, что имел.
— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, поймал его взгляд на мешках, которые навьючивал на лошадь.
— Это почти вся еда, какая у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её м-мне, вам не на чем будет возвращаться.

Я слабо улыбнулся; запёкшаяся кровь потрескалась на коже.
— Никаких «и жили они долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, развернули на восток и смотрели, как он бредёт прочь на своей лошади. Когда он уже почти пропал из виду за круговертью падающего снега, в бескрайней тьме, он обернулся и поднял руку на прощанительние; и мы с Аароном ответили тем же.

============================================================
Т4:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Ты уезжаешь отсюда сегодня.
— Чушь…
— Он говорит правду, Хоакин, — отозвался Аарон. — Ты не можешь здесь оставаться. Больше нельзя.
— Он застал меня врасплох, капитан. В следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё же попытался встать, привалившись к стене пещеры.
— Я не п-покину Диор.
— Речь уже не о Диор, — прорычал я. — Если ты уедешь с нами сейчас, ты не доживешь до того, чтобы спасти её. Я пытался, парень. Видит Бог, я пытался удержать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кто-то должен будет остановить меня.

Я подошел к Хоакину и сжал его плечо.
— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым богом, который меня слышит: чего бы это ни стоило, я спасу Диор из когтей этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа его задрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы пощадить его стыд. Я не мог винить его ни капли, по правде говоря. Он так далеко зашёл. Отдал всё, что имел.
— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я укладывал.
— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это мне, у тебя ничего не останется на обратную дорогу.

Я слабо улыбнулся; засохшая кровь на моей коже потрескалась.
— Счастливого конца не бывает, помнишь?

Мы укутали парня в меха, направили его на восток и смотрели, как он понуро уезжает прочь. Когда он скрылся из виду за кружащимся снегом, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку, прощаясь, и Аарон и я ответили тем же.

============================================================
Т5:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты уходишь.
— Чушь…
— Он говорит правду, Хоакин, — отозвался Аарон. — Ты не можешь здесь оставаться. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. В с-следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть и не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Не стоит забывать, что Аарон был так же голоден, как и я. Но парень всё равно попытался встать, привалившись к стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты уедешь с нами сейчас, то не доживёшь до того, чтобы спасти её. Я пытался, парень. Видит Бог, я пытался держать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кто-то должен будет остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым богом, который нас слышит: если уж ничего другого не выйдет, я спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, его губы дрожали, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. По правде говоря, я не мог винить его ни капли. Он зашёл так далеко. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много. — Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на сумки, которые я укладывал. — Это почти вся еда, к-которая у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её м-мне, у вас ничего не останется на обратный путь.

Я слабо улыбнулся; засохшая кровь на коже пошла трещинами.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, развернули его на восток и смотрели, как он медленно уезжает прочь на лошади. Когда он скрылся из виду в круговерти снега и бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку в прощальном жесте, а мы с Аароном ответили ему тем же.

============================================================
Т6:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уезжаешь.
— Чушь собачья…
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Тебе нельзя здесь оставаться. Больше нельзя.
— Он застал меня врасплох, Capitaine. В с-следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила нас обоих — и Хоакина, и меня. Не забывай: Аарон был так же голоден, как и я. Но мальчик всё равно попытался встать, навалившись на стену пещеры.
— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты уедешь с нами сейчас, ты не доживёшь до того, чтобы спасти её. Я пытался, парень. Бог свидетель, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.
— Ты и так много сделал, сынок. Клянусь любым слушающим божеством: я, по крайней мере, вырву Диор из лап этого ублюдка. Я клянусь.

Он опустил голову; губа его дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. По правде сказать, я ни капли не винил его. Он проделал такой долгий путь. Отдал всё, что имел.
— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, увидел, что он смотрит на сумки, которые я навьючивал.
— Это почти вся п-провизия, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это м-мне, у вас ничего не останется, чтобы вернуться.

Я слабо улыбнулся, и запёкшаяся кровь на моей коже потрескалась.
— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы закутали парня в меха, повернули его на восток и смотрели, как он уезжает прочь на своей лошади. Когда он скрылся из виду в валящем снегу и бесконечной тьме, он обернулся, поднял руку на прощание, и мы с Аароном ответили тем же.

============================================================
Т7:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты отсюда уезжаешь.
— Чушь собачья…
— Он говорит правду, Хоакин, — отозвался Аарон. — Ты не можешь здесь оставаться. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. В с-следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это можешь быть уже не он, сынок.
Эта мысль отрезвила нас обоих. Не стоит забывать, что Аарон был так же голоден, как и я. И всё же парень попытался подняться, бессильно оседая вдоль стены пещеры.
— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты уедешь с нами сейчас, то не доживёшь до того момента, когда сможешь её спасти. Я пытался, парень. Да поможет мне Бог, я пытался держать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кто-то должен будет остановить меня.
Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.
— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который нас слышит: я сделаю всё возможное, чтобы вырвать Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.
Он опустил голову, его губы дрожали, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за свои слёзы. По правде говоря, я не мог винить его ни на йоту. Он зашёл так далеко. Отдал всё, что у него было.
— Это с-слишком много.
Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на сумки, которые я укладывал.
— Это почти вся еда, к-которая у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её м-мне, у вас ничего не останется на обратный путь.
Я слабо улыбнулся, чувствуя, как на коже трескается засохшая кровь.
— Никаких «жили они долго и счастливо», помнишь?
Мы укутали парня в меха, развернули его коня на восток и смотрели, как он медленно удаляется. Когда он скрылся из виду в круговерти снега и бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку в прощальном жесте, а мы с Аароном ответили ему тем же.

============================================================
Т8:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты уходишь отсюда.
— Дерьмо…
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь здесь остаться. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. С-следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня — Аарон был так же голоден, как и я, припоминаете. Но мальчик всё равно попытался подняться, оседая на стену пещеры.
— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты поедешь с нами сейчас, тебе не жить, чтобы спасти её. Я пытался, мальчик. Видит Бог, я пытался держать эту тварь внутри на цепи. Но когда она в следующий раз сорвётся, я уже не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.
— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым богом, который меня слышит: если ничего другого мне не останется, то я хотя бы вырву Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он уронил голову, губа дрожала, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить парня от стыда слёз. По правде, я не мог его винить ни капли. Он проделал такой путь. Отдал всё, что имел.
— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, поймал его взгляд на мешках, которые навьючивал на лошадь.
— Это почти вся еда, какая у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её м-мне, вам не на чем будет возвращаться.

Я слабо улыбнулся; запёкшаяся кровь потрескалась на коже.
— Никаких «и жили они долго и счастливо», помнишь?

Мы укутали парня в меха, развернули на восток и смотрели, как он бредёт прочь на своей лошади. Когда он уже почти пропал из виду за круговертью падающего снега, в бескрайней тьме, он обернулся и поднял руку на прощание; и мы с Аароном ответили тем же.

============================================================
Т9:
— Что ты д-дделаешь? — прошептал он.

— Упаковываю твои вещи. Сегодня ты уезжаешь отсюда.

— Чушь собачья…

— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Тебе нельзя здесь оставаться. Больше нельзя.

— Он застал меня врасплох, Капитен. В-в следующий раз я буду готов.

— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила нас обоих — и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помни. Но всё же мальчик попытался встать, привалившись к стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты сейчас поедешь с нами, то не доживёшь, чтобы её спасти. Я пытался, мальчик. Бог мне свидетель, я пытался держать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я уже не смогу её остановить. Кто-то должен будет остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты и так сделал достаточно, сынок. Клянусь, каким бы богом ты ни хотел, — если уж ничем иным, то хотя бы Диор я из лап этого ублюдка вытащу. Даю слово.

Он опустил голову, губы его дрожали, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. По правде, я не мог его винить ни капли. Он прошёл такой путь. Отдал всё, что мог.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я грузил.

— Это почти все наши з-запасы, — сказал он. — Если отдашь это м-мне, у вас ничего не останется на обратный путь.

Я слабо улыбнулся, и запёкшаяся кровь на коже треснула.

— Счастливых концов не бывает, помнишь?

Мы закутали парня в меха, повернули его на восток и проводили взглядом, как он на лошади медленно двинулся прочь. Когда он скрылся из виду среди падающего снега и непроглядной тьмы, он обернулся и поднял руку в прощальном жесте. Аарон и я ответили тем же.

============================================================
Т10:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.

— Собираю твои вещи. Ты уезжаешь. Сегодня.

— Чушь собачья…

— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Тебе нельзя здесь оставаться. Больше нельзя.

— Он застал меня врасплох, Capitaine. В с-следующий раз я буду готов.

— В следующий раз, сынок, это можешь быть не он.

Эта мысль отрезвила нас обоих — и Хоакина, и меня. Не забывайте: Аарон был голоден не меньше моего. И всё же мальчик попытался подняться, оседая спиной по стене пещеры.

— Я н-не брошу Диор.

— Дело больше не в Диор, — прорычал я. — Поскачешь с нами сейчас — не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пытался, мальчик. Видит Бог, я пытался держать эту тварь во мне на цепи. Но когда она вырвется в следующий раз, я уже не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо:

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь — каким бы богом меня ни слышали, — уж Диор-то я из лап этого ублюдка вырву, будь что будет. Клянусь.

Он уронил голову, губа его дрожала, и я повернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. Честно сказать, я не винил его ни на миг. Он зашёл так далеко. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на его шёпот и увидел, что он смотрит на мешки, которые я вьючил.

— Это почти вся еда, к-которая у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её м-мне, у тебя ничего не останется на обратный путь.

Я слабо улыбнулся; засохшая кровь стянула кожу.

— Никаких «долго и счастливо», помнишь?

Мы закутали парня в меха, развернули на восток и смотрели, как он уходит верхом. А когда он уже скрывался из виду в кружащемся снегу, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку на прощание — и мы с Аароном ответили ему тем же.

============================================================
Т11:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.

— Собираю твои вещи. Ты уезжаешь отсюда сегодня.

— Чушь…

— Он говорит правду, Хоакин, — отозвался Аарон. — Ты не можешь здесь оставаться. Больше никак.

— Он застал меня врасплох, капитан. В следующий раз я буду готов.

— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помнишь. Но парень всё же попытался встать, бессильно обмякнув на стену пещеры.

— Я не п-покину Диор.

— Речь уже не о Диор, — прорычал я. — Если ты уедешь с нами сейчас, ты не доживешь до того, чтобы спасти её. Я пытался, парень. Боже мне свидетель, я пытался удержать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кто-то должен будет остановить меня.

Я подошел к Хоакину и сжал его плечо.

— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, что меня слышит: если уж ничего больше, то я спасу Диор из когтей этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа его задрожала, и я отвернулся, снова к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. Я не мог винить его ни на йоту, по правде сказать. Он так далеко дошёл. Отдал всё, что имел.

— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я укладывал.

— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь это мне, у тебя ничего не останется на обратную дорогу.

Я слабо улыбнулся; засохшая кровь на моей коже треснула.

— Счастливого конца не бывает, помнишь?

Мы укутали парня в меха, развернули его на восток и смотрели, как он, понурясь, уезжает. Когда он скрылся из виду в кружащихся снегах, в бесконечной темноте, он обернулся и поднял руку в прощании; Аарон и я ответили тем же.

============================================================
Т12:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Упаковываю твои вещи. Сегодня ты уезжаешь отсюда.
— Дерьмо…
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Тебе нельзя здесь оставаться. Больше нельзя.
— Он застал меня врасплох, Капитан. В-в следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила нас обоих — и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, попомни моё слово. Мальчик всё же попытался встать, привалившись к стене пещеры.
— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты сейчас поедешь с нами, то не доживёшь до того, чтобы её спасти. Я пытался, мальчик. Видит Бог, я пытался держать эту тварь внутри себя на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я уже не смогу её остановить. Кто-то должен будет остановить меня.

Я подошёл к Хоакину и сжал его плечо.
— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь всеми богами, что внемлют, — если ничего другого не выйдет, то хотя бы Диор я из лап этого ублюдка вырву. Даю слово.

Он уронил голову; губы его дрожали, и я отвернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда за слёзы. По правде, я не мог его винить ни капли. Он прошёл такой путь. Отдал всё, что имел.
— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина и увидел, что он смотрит на мешки, которые я навьючивал.
— Это почти все наши з-запасы, — сказал он. — Если отдашь это м-мне, у вас ничего не останется на обратную дорогу.
Я слабо улыбнулся, и запёкшаяся кровь на моей коже пошла трещинами.
— Счастливых концов не бывает, помнишь?

Мы закутали парня в меха, развернули его на восток и проводили взглядом — он уныло побрёл прочь на лошади. А когда его силуэт уже таял среди падающего снега, в непроглядной тьме, он обернулся и поднял руку в прощальном жесте; Аарон и я ответили тем же.

============================================================
Т13:
— Что ты д-делаешь? — прошептал он.
— Собираю твои вещи. Сегодня ты уходишь отсюда.
— Чушь собачья…
— Он говорит правду, Хоакин, — сказал Аарон. — Ты не можешь остаться здесь. Больше не можешь.
— Он застал меня врасплох, капитан. С-следующий раз я буду готов.
— В следующий раз это может быть не он, сынок.

Эта мысль отрезвила и Хоакина, и меня. Аарон был так же голоден, как и я, помните. Но всё же мальчик попытался подняться, прислонившись к стене пещеры.
— Я н-не брошу Диор.
— Дело уже не в Диор, — прорычал я. — Если ты поедешь с нами сейчас, тебе не жить, чтобы спасти её. Я пытался, мальчик. Помоги мне Бог, я пытался держать эту штуку во мне на цепи. Но в следующий раз, когда она вырвется, я не смогу её остановить. Кому-то придётся остановить меня.

Я подошёл к Хоакину, сжал его плечо.
— Ты сделал достаточно, сынок. Клянусь любым Богом, который слышит, если не будет иного, я спасу Диор из лап этого ублюдка. Клянусь.

Он опустил голову, губа дрожала, и я повернулся к его лошади, чтобы избавить его от стыда слёз. Я не мог винить его ни капли, по правде. Он зашёл так далеко. Отдал всё, что имел.
— Это с-слишком много.

Я обернулся на шёпот Хоакина, увидел его взгляд на мешках, которые я грузил.
— Это почти вся еда, что у нас есть, — сказал он. — Если ты отдашь её мне, у вас ничего не останется, чтобы вернуться.

Я слабо улыбнулся, засохшая кровь потрескалась на коже.
— Никаких счастливых концов, помнишь?

Мы укутали парня в меха, повернули на восток и смотрели, как он бредёт прочь на своей лошади. Когда он исчезал из виду среди падающего снега, в бесконечной тьме, он обернулся и поднял руку в прощании, и мы с Аароном ответили тем же.