books/role-topology/judge-packets/AvF-64a909ada5-o1.txt

206 lines
27 KiB
Text
Executable file
Raw Permalink Blame History

This file contains ambiguous Unicode characters

This file contains Unicode characters that might be confused with other characters. If you think that this is intentional, you can safely ignore this warning. Use the Escape button to reveal them.

Ты — литературный редактор-эксперт, сверяющий два русских перевода одного китайского
фрагмента с оригиналом. Тебе даны ИСХОДНИК и два варианта перевода под слепыми метками.
Посчитай ОШИБКИ в каждом варианте по типам:
ВЕРНОСТЬ — сказано не то, что в исходнике: искажение, инверсия, выдумка, пропуск факта.
ТЕРМИН — имя или термин передан не так, как в других местах того же текста.
ЯЗЫК — то, чего носитель не напишет: калька, канцелярит, несуществующее слово, кривой
порядок слов, рассогласование.
ФОРМА — вёрстка и пунктуация: оформление реплик, кавычки, тире, абзацы.
Отвечай РОВНО в этом формате и ничем больше:
В1-ВЕРНОСТЬ: <число>
В1-ТЕРМИН: <число>
В1-ЯЗЫК: <число>
В1-ФОРМА: <число>
В2-ВЕРНОСТЬ: <число>
В2-ТЕРМИН: <число>
В2-ЯЗЫК: <число>
В2-ФОРМА: <число>
СТИЛЬ: <В1 или В2 или НИЧЬЯ — где живее и естественнее русская проза>
ИСХОДНИК:
第十七节:初炼酒虫
  “以我丙等资质,空窍中能存储的元海最多只有四成四。蛊虫排斥真元的速度,比我自我恢复真元的速度还要快很多。我要炼化蛊虫,就必须借助外力,也就是说要消耗元石。”
  “蛊虫的意志越弱,抵抗力就小,我炼化就越容易。不过但凡生灵,总有求生的意志。我要炼化月光蛊,最少需要五块元石,最多八块。”靠着丰富的修行经验,方源估算出自己将要消耗的元石总量。
  “现在要炼化酒虫,至少需十一块,最多需要十六块。”酒虫虽然和月光蛊一样,都是一转蛊虫,但是它无疑更加珍稀,炼化的难度也加大了。
  也就是说,虽然方源现在有了十七块元石,但是单单炼化酒虫之后,最多也就只剩下六块,最少的话就只有一块了。
  夜空中,青亮的月牙散发着皎洁的月光。
  月光如仙女的柔荑之手,轻轻地抚着古月山寨。沿途的竹楼如玉牌林立。
  夜风徐徐吹着。
  方源就在这月光下,回到客栈。
  客栈的门,已经关了。
  方源嘭嘭嘭敲响门扉。
  “听到了!听到了!谁呀,这么晚来敲门……”客栈伙计嘀嘀咕咕地开了门,睡眼惺忪。
  但是当他看到门口的方源,略带不满和懒散的神情顿时一变,弯下腰,谄媚地笑起来:“是公子呀。小的真是有幸,能为公子开门。”
  方源点点头,面色带着冷漠,走进了客栈。
  这表情反而让伙计笑得更卑微了,他主动地问道:“公子饿不饿,要不要小的通知厨子,为您做几个小菜当做宵夜?”
  “不必了。”方源摇摇头,只叮嘱道,“你给我准备点热水,我要洗漱。”
  “是!”伙计连忙点头,“公子先回房吧,小的担保,热水马上就送到。”
  方源嗯了一声,踏上了楼梯,走向二层。
  伙计看着方源的背影,双眼在灯火中闪着光,流露出明显的羡慕之色。
  “这就是蛊师啊,要是我也有修行的资质,那该有多好啊!”他握着拳头,深深地叹息一声。
  这话飘进方源的耳朵里,他心中不禁暗暗苦笑。
  蛊师能拥有超越凡人的力量,成为人上之人,但是这其中付出的代价,也是高昂的。
  首先的难题,就是财力。
  蛊师修行需要元石,战斗需要元石,炼蛊需要元石,交易需要元石。
  没有元石,怎么能够修行?
  这点,身为凡人的客栈伙计,因为只是旁观者,是体会不到这种困窘的。
  就像是今天傍晚,那青年蛊师江牙,在摔酒坛时忿忿不平的对猎户们发泄:自己都不舍不得花元石来喝这青竹酒,你们这群猎户区区凡人,却有这闲钱!
  管中窥豹,单单这句话就能说明蛊师的修行情境。
  蛊师能力强大,比凡人挣得多,但是消耗也大。很多时候,每块元石都要锱铢必较。尤其是低等的小蛊师,更是如此。
  别看有些蛊师表面光鲜,其实内地里的生活过得很拮据。
  “而且,随着蛊师的境界提升,他们对资源的需求也就更加庞大。没有靠山,蛊师修行艰难啊。”方源想想前世,对此深有体会。
  他回到客房,刚点上了灯,客栈伙计就一盆热水端了上来。
  当然,还有布巾等等洗漱用品。
  方源让伙计退下,关上房门,搭上门闩,洗漱了一番后,就上了床。
  虽然身体上有些困乏,但是心中却还残留一股亢奋:“终于得到酒虫了。酒虫比月光蛊还要珍贵,从某种意义上讲,它是能提升蛊师资质的蛊!”
  方源趺坐在床榻上,取出酒虫。
  酒虫还在呼呼大睡着。它体型比月光蛊要稍大一些,白嫩白嫩的,像是一条蚕宝宝。
  在灯光的照耀下,它的身躯笼罩着一层淡淡的华光,就好像是珍珠一样的圆润光泽。两只眼睛,像是两颗黑芝麻,镶嵌在白胖的脑袋上,显得憨态可掬。
  端在手中,也不重,大约是半个鸡蛋的重量。
  仔细闻闻,它的身上还飘着一缕酒香。
  这酒香不是青竹酒的香气,而是酒虫本身散发出来的气味。香味清幽缥缈,似有似无。方源鼻翼抽动,将这股酒香气息吸入体内。
  酒香气息流窜直下,居然进入了空窍,投入到青铜色的元海当中。
  元海波动了一下,很快就将这股酒气吸纳融汇。一丝极精纯的真元,随之产生了。
  其他的真元,都是翠绿色,闪烁着铜的金属光泽。
  但是这丝真元,却是苍绿色,比原先的真元更加凝练。这是一转蛊师中阶,才能具备的真元。
---
ВАРИАНТ 1:
### Раздел семнадцатый: Первое очищение Винного червя
«С моим талантом разряда В врата могут вместить не более сорока четырёх процентов моря истинной энергии. Гу-тварь отторгает истинную энергию быстрее, чем я восстанавливаю её сам. Чтобы очистить гу-тварь, мне придётся прибегнуть к внешней силе, то есть потратить первокамни».
«Чем слабее воля гу-твари, тем меньше сопротивление, и тем легче мне её очистить. Однако любое живое существо обладает волей к выживанию. Чтобы очистить гу Лунного света, мне потребуется минимум пять первокамней, максимум — восемь». Опираясь на богатый опыт cultivation, Фан Юань прикинул общее количество первокамней, которое ему придётся потратить.
«Сейчас, чтобы очистить Винного червя, нужно как минимум одиннадцать, максимум — шестнадцать». Хотя Винный червь, как и гу Лунного света, является гу-тварью первого ранга, он, несомненно, более редок, и сложность его очищения выше.
Иными словами, хотя у Фан Юаня сейчас семнадцать первокамней, после очищения одного только Винного червя у него останется максимум шесть, а минимум — всего один.
В ночном небе яркий лунный серп источал чистейший лунный свет.
Свет луны, словно нежная рука феи, ласково гладил стан Гуюэ. Башенки из бамбука вдоль дороги выстроились, точно нефритовые пластины.
Ночной ветерок дул неспешно.
Фан Юань, всё в том же лунном свете, вернулся на постоялый двор.
Ворота постоялого двора уже были закрыты.
Фан Юань забарабанил в дверь: тук-тук-тук.
«Слышу! Слышу! Кого это принесло в такую позднюю пору…» — пробормотал слуга постоялого двора, открывая дверь с заспанным видом.
Но когда он увидел на пороге Фан Юаня, его слегка недовольное и расслабленное выражение мгновенно изменилось. Он согнулся в поклоне и заискивающе улыбнулся:
— Это господин вернулся! Мне выпала честь открыть дверь для господина.
Фан Юань кивнул, с холодным выражением лица вошёл на постоялый двор.
Это выражение лишь заставило слугу улыбаться ещё подобострастнее. Он услужливо спросил:
— Господин не проголодался? Не прикажете позвать повара, чтобы тот приготовил пару закусок на ночь?
Не нужно, — Фан Юань покачал головой и только распорядился: — Приготовь мне горячей воды, я хочу умыться.
— Слушаюсь! — слуга поспешно кивнул. — Господин, возвращайтесь в комнату, ручаюсь, горячую воду доставят сию минуту.
Фан Юань хмыкнул в знак согласия, поднялся на лестницу и направился на второй этаж.
Слуга смотрел вслед Фан Юаню, его глаза в свете лампы поблёскивали, выдавая явную зависть.
«Вот это гу-мастер! Эх, если бы у меня тоже был талант к cultivation, как же это было бы хорошо!» — он сжал кулак и глубоко вздохнул.
Эти слова долетели до ушей Фан Юаня, и в душе он невольно горько усмехнулся.
Гу-мастер может получить силу, превосходящую силу смертного, стать человеком над людьми, но цена, которую за это платят, тоже высока.
Первая трудность — это финансовые средства.
Для cultivation гу-мастеру нужны первокамни, для боя — первокамни, для очищения гу — первокамни, для торговли — первокамни.
Без первокамней как можно заниматься cultivation?
Этого слуга постоялого двора, будучи всего лишь смертным и сторонним наблюдателем, ощутить не мог.
Как сегодня вечером, молодой гу-мастер Цзян Я, швыряя винный кувшин, с негодованием выплёскивал на охотников: самому жалко тратить первокамни, чтобы выпить этого бамбукового вина, а вы, охотники, всего лишь смертные, имеете такие лишние деньги!
По одной этой фразе можно судить о положении в cultivation гу-мастеров.
Сила гу-мастера велика, они зарабатывают больше смертных, но и расходы у них огромны. Часто приходится считать каждый первокамень. Особенно это касается мелких гу-мастеров низких рангов.
Не стоит думать, что некоторые гу-мастера внешне блистательны, на самом деле внутри они живут весьма стеснённо.
«К тому же, по мере повышения уровня гу-мастера, его потребности в ресурсах становятся ещё более колоссальными. Без опоры cultivation для гу-мастера труден», — подумал Фан Юань, вспоминая прошлую жизнь, и глубоко прочувствовал это.
Он вернулся в свою комнату, только зажёг лампу, как слуга постоялого двора принёс таз с горячей водой.
Разумеется, там были и полотенце, и прочие принадлежности для умывания.
Фан Юань велел слуге удалиться, закрыл дверь, заложил засов, умылся, а затем лёг на кровать.
Хотя тело немного устало, в душе всё ещё оставался прилив возбуждения: «Наконец-то я заполучил Винного червя. Винный червь ценнее, чем гу Лунного света, и в некотором смысле это гу, способное повысить талант гу-мастера!»
Фан Юань сел на постели, скрестив ноги, и достал Винного червя.
Винный червь всё ещё крепко спал. Его тело было чуть крупнее, чем у гу Лунного света, белое-нежное, словно тутовый шелкопряд.
В свете лампы его тело было окутано лёгким сиянием, словно жемчуг, переливающийся мягким блеском. Два глаза, точно две чёрные кунжутные семечки, были вставлены в белую и круглую голову, придавая ему умильный вид.
Если взять его в руку, он казался нетяжёлым, примерно с половину куриного яйца весом.
Если принюхаться, от него исходил лёгкий аромат вина.
Этот аромат был не запахом бамбукового вина, а запахом, который источал сам Винный червь. Запах чистый, неуловимый, то ли есть, то ли нет. Фан Юань потянул носом, вдыхая этот винный аромат в себя.
Винный аромат устремился вниз и вошёл во врата, окунувшись в море истинной энергии бронзового цвета.
Море истинной энергии всколыхнулось и быстро впитало и слило этот винный дух. Вслед за этим родилась нить чрезвычайно чистой истинной энергии.
Остальная истинная энергия была изумрудно-зелёной, с металлическим блеском меди.
Но эта нить истинной энергии была тёмно-зелёной, гораздо более плотной, чем прежняя. Это была истинная энергия, свойственная только гу-мастеру первого ранга средней стадии.
---
ВАРИАНТ 2:
С моим талантом уровня В, пустотная полость способна вместить море изначальной энергии самое большее на сорок четыре процента. Гу-червь отторгает истинную энергию куда быстрее, чем я восстанавливаю её сам, поэтому для очищения гу-червя мне придётся прибегнуть к внешней силе — то есть расходовать первокамни.
Чем слабее воля гу-червя, тем меньшее он оказывает сопротивление и тем легче пройдёт очищение. Однако всякое живое существо наделено волей к жизни. Чтобы очистить гу Лунного Света, мне потребуется минимум пять первокамней и максимум восемь, — опираясь на богатый опыт совершенствования, Фан Юань прикинул, сколько всего первокамней ему предстоит израсходовать. — Теперь же, чтобы очистить Винного червя, нужно по меньшей мере одиннадцать, а самое большее — шестнадцать.
Хотя Винный червь, как и гу Лунного Света, является гу-червём первого ранга, он несомненно более редок, оттого и сложность его очищения выше. Иными словами, пусть сейчас у Фан Юаня и есть семнадцать первокамней, — после очищения одного только Винного червя останется в лучшем случае шесть, а в худшем — и вовсе один.
В ночном небе, источая чистейшее сияние, висел яркий лунный серп. Лунный свет, подобный нежным рукам феи, ласково омывал горное селение Гуюэ, и выстроившиеся вдоль дороги бамбуковые строения стояли, точно шеренги нефритовых пластин.
Ночной ветер дул неспешно. В этом самом лунном свете Фан Юань и воротился на постоялый двор, однако ворота уже были заперты, и ему пришлось забарабанить в дверь.
— Слышу-слышу! — со сна пробурчал слуга, приоткрывая дверь с заспанным видом. — Кого это принесло в такую позднюю пору?..
Но стоило ему разглядеть на пороге Фан Юаня, как его слегка недовольное и разморённое лицо мгновенно преобразилось: согнувшись в поклоне, он заискивающе улыбнулся.
— Это вы, господин! Какое счастье для такого ничтожного, как я, открыть вам дверь!
Фан Юань кивнул, с холодным выражением лица вошёл на постоялый двор, и слуга от его холодности заулыбался ещё униженнее. Услужливо поспевая следом, он предложил:
— Господин, не проголодались ли вы? Не прикажете позвать повара, чтобы тот приготовил вам пару закусок на ночь?
Не нужно, — покачал головой Фан Юань. — Приготовь мне только горячей воды: я хочу умыться.
— Слушаюсь! — слуга торопливо закивал. — Господин, возвращайтесь в комнату, — горячую воду доставят сию минуту, ручаюсь!
Фан Юань коротко отозвался, поднялся по лестнице и направился на второй этаж. Провожая его взглядом, слуга стоял в свете лампы, и в глазах его поблёскивала откровенная зависть.
«Вот оно — быть гу-мастером! — сжав кулак, он глубоко вздохнул. — Эх, если бы я тоже родился с даром к совершенствованию, вот была бы жизнь!..»
Слова эти долетели до ушей Фан Юаня, и он лишь горько усмехнулся про себя. Гу-мастер и впрямь способен обрести силу, превосходящую обычного человека, и возвыситься над смертными, но и цена, которую приходится платить, непомерно высока. И первейшая трудность — средства. Гу-мастеру первокамни нужны для совершенствования, для боя, для очищения гу, для торговли. Какое уж тут совершенствование без первокамней? Слуга же, будучи всего лишь смертным и глядя со стороны, представить себе подобной нужды не мог.
Взять хоть сегодняшний вечер: молодой гу-мастер Цзян Я, швырнув оземь винный кувшин, в сердцах выговаривал охотникам — сам, мол, первокамней жалею на это самое бамбуковое вино, а вы, кучка жалких смертных, швыряетесь такими деньгами! Одно это брошенное в гневе замечание прекрасно живописало положение гу-мастеров. И хотя способности их велики, оттого и зарабатывают они куда больше простых смертных, — расходы их столь же огромны. Сплошь и рядом приходится считать каждый первокамень, особенно гу-мастерам низших рангов. Иным гу-мастерам и внешне живётся блестяще, а на деле они с трудом сводят концы с концами.
«К тому же, — подумал Фан Юань, вспоминая прошлую жизнь и с болью ощущая это всем своим опытом, — по мере того как растёт ступень гу-мастера, потребности его в ресурсах становятся только огромнее. Без надёжной опоры совершенствование для гу-мастера — путь, полный невзгод».
Он вернулся в свою комнату и едва успел зажечь лампу, как слуга уже внёс таз с горячей водой, а с ним и полотенце, и все прочие принадлежности для умывания. Фан Юань отпустил его, закрыл дверь и заложил засов. Умывшись, он лёг в постель, и хотя тело было утомлено, в душе ещё бурлило возбуждение. «Наконец-то Винный червь у меня. Он куда ценнее, чем гу Лунного Света, — ибо это гу-червь, способный в известном смысле повысить сам талант гу-мастера!»
Фан Юань сел на кровати, скрестив ноги, и вынул Винного червя. Тот по-прежнему крепко спал. Тельце, чуть крупнее, чем у гу Лунного Света, было белоснежным и нежным — точно личинка шелкопряда. В свете лампы оно переливалось мягким сиянием, подобно жемчужине округлой и глянцевитой, а два глаза, будто два чёрных кунжутных зёрнышка, сидели на пухлой белой головке, придавая червю до того потешный вид, что он казался ручным и милым. Весил он не больше половины куриного яйца. Если же как следует принюхаться, от него исходил лёгкий винный аромат — не запах бамбукового вина, а собственный дух Винного червя, чистый, неуловимый, словно бы и есть, и нет его. Раздувая ноздри, Фан Юань втянул эту ароматную дымку в себя, и винный дух устремился прямо вниз, в пустотную полость, а там прянул прямо в бронзовое море изначальной энергии.
Море всколыхнулось и мгновенно впитало и усвоило этот винный дух, породив вместе с ним нить предельно чистой истинной энергии. Вся остальная истинная энергия была изумрудно-зелёной, с металлическим отсветом меди, но эта одна-единственная нить оказалась тёмно-зелёной, куда более плотной и сгущённой, чем прежняя. Такую истинную энергию мог порождать лишь гу-мастер первого ранга, достигший средней ступени.