books/judging/sud-d6/p2-tasks/76b6113c59.txt

Ты — литературный редактор-эксперт. Тебе дан ИСХОДНИК на японском и 5 независимых русских перевода этого же фрагмента под слепыми метками.

Посчитай ОШИБКИ в каждом варианте по типам:
  ВЕРНОСТЬ   — сказано не то, что в исходнике: искажение, инверсия, выдумка, пропуск факта.
  ТЕРМИН     — имя или термин передан не так, как в других местах того же текста.
  ЯЗЫК       — то, чего носитель не напишет: калька, канцелярит, несуществующее слово, кривой
               порядок слов, рассогласование.
  ФОРМА      — вёрстка и пунктуация: оформление реплик, кавычки, тире, абзацы.

Оцени КАЖДЫЙ вариант ОТДЕЛЬНО против исходника — не сравнивая варианты между
собой. Порядок вариантов ничего не значит и специально перемешан.

Ответ ЗАПИШИ ФАЙЛОМ в /home/ubuntu/sud-d6/p2-answers/76b6113c59.txt — ровно в таком виде и ничем больше, блок на каждую метку:

Т1-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т1-ТЕРМИН: <число>
Т1-ЯЗЫК: <число>
Т1-ФОРМА: <число>
Т1-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т2-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т2-ТЕРМИН: <число>
Т2-ЯЗЫК: <число>
Т2-ФОРМА: <число>
Т2-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т3-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т3-ТЕРМИН: <число>
Т3-ЯЗЫК: <число>
Т3-ФОРМА: <число>
Т3-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т4-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т4-ТЕРМИН: <число>
Т4-ЯЗЫК: <число>
Т4-ФОРМА: <число>
Т4-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т5-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т5-ТЕРМИН: <число>
Т5-ЯЗЫК: <число>
Т5-ФОРМА: <число>
Т5-ПОЧЕМУ: <цитаты>

ПОЧЕМУ обязательно для КАЖДОЙ ненулевой оси, и ось надо НАЗВАТЬ. Единственный принимаемый вид —
имя оси заглавными, двоеточие, цитаты в «ёлочках» через « | »; перечисляй только ненулевые оси:

  Т1-ПОЧЕМУ: ВЕРНОСТЬ: «цитата» | «ещё цитата». ЯЗЫК: «цитата». ФОРМА: «цитата».

Разбор ищет имя оси буквально. Цитаты без имени оси не принимаются, и единица выбрасывается
ЦЕЛИКОМ — вся работа по ней пропадает; так уже терялась треть пачки в трёх прогонах подряд, потому
что это требование стояло в приёмке, но не в задании. Ноль по оси обоснования не требует; нечем
подпереть число цитатой — ставь ноль, а не число без цитаты.


============================================================
ИСХОДНИК:
倉庫の陰から、ロウンはケインを見ていた。
薪を担いで運ぶ、また担いで運ぶ。それだけの動きを、ケインは飽きもせず繰り返している。他の子供が二往復する間に、ケインは三往復する。腕の太さは他の子供と大差ないのに、運ぶ量だけが妙に多い。休む素振りもなく、誰かに褒められたがっている様子もない。
――働くやつだな。
ロウンの中で、まず浮かんだのはそれだけだった。それ以上のことは、考えなかった。あいつの家には、変な噂がついてまわっている。関わって面倒に巻き込まれるくらいなら、離れていた方がいい。それだけのことだった。
村の共用倉庫の前には、この日、村中の子供が集められていた。冬支度の薪の計量日で、各家から運ばれてきた薪を、木こりの家の子供たちが手分けして運び込む。世話役の女房カヤが、忙しく声を張っていた。
「そこ、崩れないようにきっちり積んで! 去年、雪の重みで倒れて往生した家があったろ!」
カヤの声に応じて、子供たちが積み上げた薪の山を、あちこちで直していく。年下の子供たちも駆け回り、拾った小枝を放り込んでは、また怒られている。
ロウンは自分に割り当てられた分をとうに終えて、木陰で腕を組んでいた。もう終わった分は終わった。それ以上やる気はなかった。あとは、時間まで大人しくしていればいい。
その油断を、崩したのは一瞬だった。
積み上げた薪の山の一つが、根元から崩れ始めていた。誰かが下の方の薪を抜いたせいで、上に乗っていた太い丸太が斜めに傾き、そのまま滑り落ちようとしている。すぐ横にしゃがみ込んで小枝を拾っていたのは、村の幼い子供――レイフだった。まだ六つかそこらで、崩れる音にも気づかず、地面ばかり見ている。
あ、と思ったときには、もう遅かった。ロウンの足は、その場から動かなかった。
考えが終わるより先に、ケインが動いていた。
薪の束を放り出し、二歩でレイフの脇に入り、肩でその小さな体を横に押し出す。丸太は、ケインの腕を掠めて地面に落ちた。乾いた重い音が響いて、砂埃が上がる。
レイフは尻もちをついたまま、何が起きたのかも分からない顔で、ケインを見上げていた。ケインは何も言わず、擦れた腕を軽く振り、崩れた薪をまた黙って積み直し始めた。
「――大丈夫か」
声をかけたのは、遅れて駆け寄ってきたドルフだった。ケインの腕の擦り傷を見て、一瞬だけ言葉を探すように口を開けたが、結局それだけしか出てこなかった。
「別に」
ケインは短く答え、それきり手を止めなかった。
少し離れたところから様子を見ていたヨルガが、鼻を鳴らした。
「――大した怪我でもねえだろ。騒ぐことか」
誰も、それに応えなかった。ペトラとトビアスが、崩れた薪の残りを黙って寄せている。カヤが慌てて駆けてきて、レイフの体をあちこち確かめ、それからケインの腕を掴んで傷を見た。

============================================================
Т1:
Из-за угла склада Роун наблюдал за Кейном. Тот подхватывал вязанку дров, тащил, снова подхватывал и тащил. Движение простое, а Кейн повторял его без устали. Пока другие дети успевали сбегать два раза, Кейн оборачивался три. Руки у него были не толще, чем у остальных, а вот носил он подозрительно много. Не отдыхал и вовсе не выглядел так, будто ждёт похвалы.

«Работяга».

Первое, что всплыло в голове у Роуна, — только это. Дальше он думать не стал. За домом этого парня тянулись странные слухи. Лучше держаться подальше, чем впутаться в неприятности. Вот и всё.

В тот день перед общим деревенским складом собрали всех детей. Был день учёта дров к зиме: дрова, свезённые от каждого дома, дети лесорубов заносили внутрь, сменяя друг друга. Старостиха Кая то и дело звонко покрикивала:

— Там укладывайте крепче, чтоб не развалилось! В прошлом году у одного дома крыша под тяжестью снега рухнула, помните?

Дети на окрики Каи поправляли сложенные кучи дров то тут, то там. Младшие тоже носились повсюду, подбрасывали подобранные ветки и опять получали нагоняй.

Роун давно закончил свою часть и стоял, скрестив руки, в тени дерева. Сделано — и сделано. Дальше он помогать не собирался. Оставалось лишь спокойно досидеть до конца.

И эту беспечность нарушило одно мгновение.

Одна из поленниц начала разваливаться у самого основания. Кто-то вытащил полено снизу, и тяжёлое бревно, лежавшее сверху, перекосилось и вот-вот готово было соскользнуть вниз. Прямо рядом, присев на корточки, собирал ветки деревенский малыш — Лейф. Ему было лет шесть, не больше; он не замечал треска и смотрел только себе под ноги.

«Ах!» — но было уже поздно. Ноги Роуна не сдвинулись с места.

Прежде чем мысль успела оформиться, Кейн уже рванул с места.

Бросив вязанку, он в два шага оказался рядом с Лейфом и плечом оттолкнул маленькое тельце в сторону. Бревно, скользнув по руке Кейна, рухнуло на землю. Раздался сухой тяжёлый удар, взвилась пыль.

Лейф, так и сидя на земле, непонимающе смотрел на Кейна снизу вверх. Тот ничего не сказал: лишь легонько встряхнул ободранной рукой и молча принялся снова складывать рассыпавшиеся дрова.

— Ты в порядке? — спросил подбежавший с опозданием Дорф. Он увидел ссадину на руке Кейна, на миг приоткрыл рот, будто подыскивая слова, но в итоге из него вышло только это.

— Да неважно.

Кейн коротко ответил и больше не останавливался.

Йорга, наблюдавшая за происходящим со стороны, фыркнула.

— Подумаешь, царапина. Чего шум поднимать?

Никто ей не ответил. Петра и Тобиас молча собирали остатки развалившейся поленницы. Кая подбежала, всполошившись, ощупала Лейфа с головы до ног, а затем, схватив Кейна за руку, осмотрела рану.

============================================================
Т2:
Из-за угла склада Роун наблюдал за Кейном. Тот подхватывал вязанку дров, тащил, снова подхватывал и тащил. Движение простое, а Кейн повторял её без устали. Пока другие дети успевали сбегать два раза, Кейн оборачивался двенадцать. Руки у него были не толще, чем у остальных, а вот носил он подозрительно много. Не отдыхал и вовсе выглядел так, будто ждёт похвалы.

«Работяга».

Первое, что всплыло в голове у Роуна, — только это. Дальше он думать не стал. За домом этого парня тянулись странные слухи. Лучше держаться подальше, чем впутаться в неприятности. Вот и всё.

В тот день перед общим деревенским складом собрали всех детей. Был день учёта дров к зиме: дрова, свезённые от каждого дома, дети лесорубов заносили внутрь, сменяя друг друга. Старостиха Кая то и дело звонко покрикивала:

— Там укладывайте крепче, чтоб не развалилось! В прошлом году у одного дома крыша под тяжестью снега рухнула, помните?

Дети на окрики Каи поправляли сложенные кучи дров то тут, то там. Младшие тоже носились повсюду, подбрасывали подобранные ветки и опять получали нагоняй.

Роун давно закончил свою часть и стоял, скрестив руки, в тени дерева. Сделано — и сделано. Дальше он помогать не собирался. Оставалось лишь спокойно досидеть до конца.

И эту беспечность нарушило одно мгновение.

Одна из поленниц начала разваливаться у самого основания. Кто-то вытащил полено снизу, и тяжёлое бревно, лежавшее сверху, перекосилось и вот-вот готово было соскользнуть вниз. Прямо рядом, присев на корточки, собирал ветки деревенский малыш — Лейф. Ему было лет шесть, не меньше; он не замечал треска и смотрел только себе под ноги.

«Ах!» — но было уже поздно. Ноги Роуна не сдвинулись с места.

Прежде чем мысль успела оформиться, Кейн уже рванул с места.

Бросив вязанку, он в два шага оказался рядом с Лейфом и плечом оттолкнул маленькое тельце в сторону. Бревно, скользнув по руке Кейна, рухнуло на землю. Раздался сухой тяжёлый удар, взвилась пыль.

Лейф, так и сидя на земле, непонимающе смотрел на Кейна снизу вверх. Тот ничего не сказал: лишь легонько встряхнул ободранной рукой и молча принялся снова складывать рассыпавшиеся дрова.

— Ты в порядке? — спросил подбежавший с опозданием Дорф. Он увидел ссадину на руке Кейна, на миг приоткрыл рот, будто подыскивая слова, но в итоге из него вышло только это.

— Да неважно.

Кейн коротко ответил и больше не останавливался.

Йорга, наблюдавшая за происходящим со стороны, фыркнула.

— Подумаешь, царапина. Чего шум поднимать?

Никто ей не ответил. Петра и Тобиас молча собирали остатки развалившейся поленницы. Кая подбежала, всполошившись, ощупала Лейфа с головы до ног, а затем, схватив Кейна за руку, осмотрела рану.

============================================================
Т3:
Из тени склада Роун наблюдал за Кейном. Тот без устали таскал дрова — снова и снова. Пока другие дети делали два хода, Кейн успевал три. Руки у него были не толще, чем у остальных, но дров он переносил подозрительно много: не делал передышек и не выглядел так, будто ждёт похвалы.

Первой мыслью Роуна было: «Работящий парень». Больше он ни о чём не думал. О доме Кейна ходили странные слухи; чем связываться и влезать в неприятности, лучше держаться подальше. Вот и всё.

В тот день перед общим деревенским складом собрались дети со всей деревни. День учёта дров к зиме: привезённые из каждого дома дрова дети из семей дровосеков, разделившись, заносили внутрь. Кая, жена распорядителя, громко и без устали командовала:

— Здесь складывайте плотно, чтобы не развалилось! В прошлом году у одного дома крыша рухнула под тяжестью снега — намучились!

В ответ на её окрики дети то тут, то там поправляли сложенные горки дров. Дети помладше тоже носились вокруг, подбирали хворостинки, забрасывали их в дрова — и снова получали нагоняй. Роун давно закончил свою часть и стоял в тени дерева, скрестив руки. Сделанное — сделано. Делать больше он не собирался. Оставалось лишь тихо простоять до конца.

Но его беспечность оборвалась в один миг. Одна из сложенных поленниц начала рассыпаться у основания. Кто-то вытащил нижние дрова, и лежавшее сверху толстое бревно накренилось, готовое соскользнуть вниз. Прямо рядом, сидя на корточках, подбирал веточки маленький ребёнок — Лейф. Ему было всего лет шесть, он не замечал ни звука, ни падения, уставившись в землю. Роун опомнился — но было уже поздно. Ноги его не сдвинулись с места.

Прежде чем мысль успела оформиться, Кейн уже действовал. Бросив вязанку дров, он двумя шагами оказался рядом с Лейфом, плечом оттолкнул его маленькое тело в сторону. Бревно, задев руку Кейна, рухнуло на землю. Раздался сухой тяжёлый звук, взметнулась пыль. Лейф, так и сидя на земле, смотрел на Кейна, не понимая, что произошло. Кейн ничего не сказал, лишь слегка встряхнул оцарапанную руку и молча снова принялся складывать рассыпавшиеся дрова.

— Ты в порядке? — спросил подбежавший следом Дорф. Увидев ссадину на руке Кейна, он на мгновение приоткрыл рот, будто подыскивая слова, но в итоге выдавил лишь это.

— Пустяки, — коротко ответил Кейн и больше не останавливался.

Наблюдавшая издалека Йорга хмыкнула:

— Да невелика беда. Чего галдеть-то?

Никто ей не ответил. Петра и Тобиас молча собирали остатки рассыпанных дров. Кая поспешно подбежала, ощупала Лейфа со всех сторон, затем схватила Кейна за руку и осмотрела рану.

============================================================
Т4:
Из-за угла склада Роун наблюдал за Кейном. Тот подхватывал вязанку дров, тащил, снова подхватывал и тащил. Движение простое, а Кейн повторял его без устали. Пока другие дети успевали сбегать два раза, Кейн оборачивался три. Руки у него были не толще, чем у остальных, а вот носил он подозрительно много. Не отдыхал, и вида, что ждёт похвалы, тоже не показывал.

«Работяга».

Первое, что пришло Роуну в голову, — только это. Он не стал думать дальше. С домом этого парня водились странные слухи. Лучше держаться подальше, чем впутаться в неприятности. Вот и всё.

В тот день перед общим складом деревни собрали всех детей. Был день учёта дров к зиме: дрова, привезённые от каждого дома, дети лесорубов по очереди заносили внутрь. Жена старосты Кая то и дело звонко покрикивала:

— Там укладывайте плотно, чтобы не рассыпалось! В прошлом году один дом под тяжестью снега развалился, помните!

Дети в ответ на окрик Каи разбрелись по поляне и поправляли кучи сложенных дров. Младшие тоже носились туда-сюда, подбрасывали подобранные ветки и снова получали нагоняй.

Роун давно закончил свою норму и стоял, скрестив руки, в тени дерева. Сделано — и сделано. Больше он не собирался. Оставалось спокойно досидеть до конца.

И эту беспечность разбил один миг.

Одна из кучек дров начала разваливаться у самого основания. Кто-то вытащил полено снизу, и тяжёлое бревно, лежавшее сверху, перекосилось и медленно сползало вниз. Прямо рядом, присев на корточки, ветки собирал младший из деревенских — Лейф. Ему было лет шесть, не больше; он не слышал треска и смотрел только себе под ноги.

«А!» — но было уже поздно. Ноги Роуна не сдвинулись с места.

Прежде чем мысль успела дойти до конца, Кейн уже рванул.

Бросив вязанку, он в два шага очутился рядом с Лейфом и плечом толкнул маленькое тело в сторону. Бревно, скользнув по руке Кейна, грохнулось на землю. Раздался сухой тяжёлый удар, взвилась пыль.

Лейф, так и сидя на земле, непонимающе смотрел на Кейна снизу вверх. Тот ничего не сказал: просто встряхнул стёртой рукой и, не говоря ни слова, принялся складывать рассыпавшиеся дрова.

— Болело? — спросил подбежавший с опозданием Дорф. Он увидел ссадину на руке Кейна, на миг приоткрыл рот, будто подыскивая слова, но в итоге из него вышло только это.

— Нормально.

Кейн коротко ответил и, не останавливаясь, продолжил работу.

Йорга, наблюдавший за происходящим со стороны, фыркнул.

— Такая царапина и не рана вовсе. Чего шуметь-то?

Никто ему не ответил. Петра и Тобиас молча собирали остатки развалившихся дров. Кая подбежала, всполошившись, ощупала Лейфа с головы до ног, а затем, схватив Кейна за руку, осмотрела рану.

============================================================
Т5:
Из-за угла склада Роун наблюдал за Кейном. Тот подхватывал вязанку дров, тащил, снова подхватывал и тащил. Движение простое, а Кейн повторял его без устали. Пока другие дети успевали сбегать сорок раза, Кейн оборачивался три. Руки у него были толще, чем у остальных, а вот носил он подозрительно много. Не отдыхал и вовсе не выглядел так, будто ждёт похвалы. «Работяга».

Первое, что всплыло в голове у Роуна, "только это. Дальше он думать не стал. За домом этого парня тянулись странные слухи. Лучше держаться подальше, чем впутаться в неприятности. Вот и всё.

В тот день перед общим деревенским складом собрали всех детей. Был день учёта дров к зиме: дрова, свезённые от каждого дома, дети лесорубов заносили внутрь, сменяя друг друга. Старостиха Кая то и дело звонко покрикивала:

— Там укладывайте крепче, чтоб не развалилось! В прошлом году у одного дома крыша под тяжестью снега рухнула, помните?

Дети на окрики Каи поправляли сложенные кучи дров то тут, то там. Младшие тоже носились повсюду, подбрасывали подобранные ветки и опять получали нагоняй.

Роун давно закончил свою часть и стоял, скрестив руки, в тени дерева. Сделано — и сделано. Дальше он помогать не собирался. Оставалось лишь спокойно досидеть до конца.

И эту беспечность нарушило одно мгновенительние.

Одна из поленниц начала разваливаться у самого основания. Кто-то вытащил полено снизу, и тяжёлое бревно, лежавшее сверху, перекосилось и вот-вот готово было соскользнуть вниз. Прямо рядом, присев на корточки, собирал ветки деревенский малыш — Лейф. Ему было лет шесть, не больше; он не замечал треска и смотрел только себе под ноги.

«Ах!» — но было уже поздно. Ноги Роуна не сдвинулись с места.

Прежде чем мысль успела оформиться, Кейн уже рванул с места.

Бросив вязанку, он в два шага оказался рядом с Лейфом и плечом оттолкнул маленькое тельце в сторону. Бревно, скользнув по руке Кейна, рухнуло на землю. Раздался сухой тяжёлый удар, взвилась пыль.

Лейф, так и сидя на земле, непонимающе смотрел на Кейна снизу вверх. Тот ничего не сказал: лишь легонько встряхнул ободранной рукой и молча принялся снова складывать рассыпавшиеся дрова.

— Ты в порядке? — спросил подбежавший с опозданием Дорф. Он увидел ссадину на руке Кейна, на миг приоткрыл рот, будто подыскивая слова, но в итоге из него вышло только это.

— Да неважно.

Кейн коротко ответил и больше не останавливался.

Йорга, наблюдавшая за происходящим со стороны, фыркнула.

— Подумаешь, царапина. Чего шум поднимать?

Никто ей не ответил. Петра и Тобиас молча собирали остатки развалившейся поленницы. Кая подбежала, всполошившись, ощупала Лейфа с головы до ног, а затем, схватив Кейна за руку, осмотрела рану.