books/judging/sud-d4/p1-tasks/b1a14a0cda.txt

Ты — литературный редактор-эксперт. Тебе дан ИСХОДНИК на китайском и 8 независимых русских перевода этого же фрагмента под слепыми метками.

Посчитай ОШИБКИ в каждом варианте по типам:
  ВЕРНОСТЬ   — сказано не то, что в исходнике: искажение, инверсия, выдумка, пропуск факта.
  ТЕРМИН     — имя или термин передан не так, как в других местах того же текста.
  ЯЗЫК       — то, чего носитель не напишет: калька, канцелярит, несуществующее слово, кривой
               порядок слов, рассогласование.
  ФОРМА      — вёрстка и пунктуация: оформление реплик, кавычки, тире, абзацы.

Оцени КАЖДЫЙ вариант ОТДЕЛЬНО против исходника — не сравнивая варианты между
собой. Порядок вариантов ничего не значит и специально перемешан.

Ответ ЗАПИШИ ФАЙЛОМ в /home/ubuntu/sud-d4/p1-answers/b1a14a0cda.txt — ровно в таком виде и ничем больше, блок на каждую метку:

Т1-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т1-ТЕРМИН: <число>
Т1-ЯЗЫК: <число>
Т1-ФОРМА: <число>
Т1-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т2-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т2-ТЕРМИН: <число>
Т2-ЯЗЫК: <число>
Т2-ФОРМА: <число>
Т2-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т3-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т3-ТЕРМИН: <число>
Т3-ЯЗЫК: <число>
Т3-ФОРМА: <число>
Т3-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т4-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т4-ТЕРМИН: <число>
Т4-ЯЗЫК: <число>
Т4-ФОРМА: <число>
Т4-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т5-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т5-ТЕРМИН: <число>
Т5-ЯЗЫК: <число>
Т5-ФОРМА: <число>
Т5-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т6-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т6-ТЕРМИН: <число>
Т6-ЯЗЫК: <число>
Т6-ФОРМА: <число>
Т6-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т7-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т7-ТЕРМИН: <число>
Т7-ЯЗЫК: <число>
Т7-ФОРМА: <число>
Т7-ПОЧЕМУ: <цитаты>

Т8-ВЕРНОСТЬ: <число>
Т8-ТЕРМИН: <число>
Т8-ЯЗЫК: <число>
Т8-ФОРМА: <число>
Т8-ПОЧЕМУ: <цитаты>

ПОЧЕМУ обязательно для КАЖДОЙ ненулевой оси, и ось надо НАЗВАТЬ. Единственный принимаемый вид —
имя оси заглавными, двоеточие, цитаты в «ёлочках» через « | »; перечисляй только ненулевые оси:

  Т1-ПОЧЕМУ: ВЕРНОСТЬ: «цитата» | «ещё цитата». ЯЗЫК: «цитата». ФОРМА: «цитата».

Разбор ищет имя оси буквально. Цитаты без имени оси не принимаются, и единица выбрасывается
ЦЕЛИКОМ — вся работа по ней пропадает; так уже терялась треть пачки в трёх прогонах подряд, потому
что это требование стояло в приёмке, но не в задании. Ноль по оси обоснования не требует; нечем
подпереть число цитатой — ставь ноль, а не число без цитаты.


============================================================
ИСХОДНИК:
青龙皇宫内。
气氛压抑得仿佛凝固。
瀛国使团提出的停战议和条件，如同一座大山，压在殿内每一个青龙国臣子的心头。
割地、赔款，每一条都刻着耻辱。
可没办法，青龙国是战败的一方，且三十万大军全军覆没，已无再战之力，只剩议和停战这一条路可走。
“本皇子觉得，仅仅是割地赔款，对你们青龙国的惩罚还是太轻了。”
“在这两项之后，还得再加一条。”
他的目光肆无忌惮，带着侵略性的火热，死死锁定在御座之侧，那道身穿淡金色宫装的绝美身影上。
“什么？”
皇甫玉香俏脸一沉，心中升起一股强烈的不安。
北冥朔嘴角咧开，露出一口森白的牙齿，声音响彻大殿。
“让你们的三公主殿下，和亲！”
和亲这两个字一出，瞬间在场的青龙国文武脸色剧变。
这帮瀛寇，原来是想打他们三公主殿下的主意！
“大皇子殿下，你瀛国，莫要欺人太甚！”
一位老臣愤然起身，“你瀛国要我们割让九州之地，我们答应了，你瀛国要我们赔偿三千万灵石，我们也答应了！”
“如今，竟然得寸进尺，又想要染指我国公主，不要太贪得无厌了！”
“不错。”
左相曹秋道也假惺惺地驳斥道：“三公主殿下可是我国陛下的掌上明珠，断无外嫁瀛国的可能！大皇子殿下，可否换个条件？”
“呵呵，你青龙国，现在有谈条件的资格吗？”
北冥朔眼神轻蔑地扫过曹秋道，又一一扫过殿上那些敢怒不敢言的青龙国大臣。
“青龙军精锐尽丧于卢龙关，我瀛国三十万大军，已陈兵关外！”
北冥朔的声音冰冷而残酷，“一旦南下，铁蹄所至，一个月内，便可踏平你这青龙帝都！”
“到那时候，别说和亲，就是你青龙皇室想给本皇子当奴仆，本皇子都得考虑一下，够不够资格！”
狂！
太狂了！
可殿上的青龙国文武大臣们，却连一句反驳的话都说不出来。
因为北冥朔说的，是血淋淋的事实。
边军主力全军覆没，国内兵力空虚，从各地抽调兵马勤王需要时间。
而瀛国的大军，却随时可以叩关南下。
一旦开战，帝都危矣！
看着满朝文武那一张张憋屈又无力的脸，曹秋道眼中闪过一抹隐晦的得意。他转过身，面向皇甫玉香，故作沉痛地长叹一声。
“唉，看来为了我青龙国的江山社稷，为了这举国百姓的安危……”
“只能，委屈三公主殿下你了！”
好一招以退为进，好一个“为国为民”！
一旁的霍尊，站在武将队列中，低着头，嘴角却抑制不住地勾起一抹快意的冷笑。
皇甫玉香，这就是你拒绝我的下场！
让你清高，让你看不起我！
很快，你就要成为瀛国人的玩物，任人蹂躏！
“左相此言差矣。公主殿下嫁给本皇子，怎么算得了委屈？”
北冥朔傲然道：“有一件事，不妨先告诉你们，那就是……本皇子不日就将加入云天宗，成为云天宗弟子，拜入一位洞虚境大能门下！”
云天宗？
不少人色变，这可是东荒有名的大宗门，整个青玄域的霸主！
这个北冥朔，居然攀上了云天宗的高枝？
有了云天宗的背景，日后这北冥朔，岂不是能在这青玄域中横着走？
这让一众青龙国文武的眼中，尽皆浮现出了一丝忌惮！
就在所有人都以为大局已定，皇甫玉香只能含辱答应之时，那清冷如月的声音，却平静地响了起来。
“要本宫和亲，也不是不可以。”
众人猛地抬头，看向皇甫玉香。
只见她缓缓起身，凤眸直视北冥朔，没有半分畏惧。
“但我有一个条件。”
“哦？”北冥朔眉头一挑，玩味地看着她，“什么条件？说来听听。”
“大皇子不是对自己的实力，很有自信吗？”
皇甫玉香的声音，在寂静的大殿中回荡，清晰地传入每个人耳中。
“本宫要你在帝都设下擂台，迎战我青龙国年轻一代，三日后，若可败尽我青龙国才俊，本宫便答应和亲！”
这是要以整个青龙国年轻一代为盾，来抵挡北冥朔这一杆锋利之矛！
为皇甫玉香，争取破解和亲的一线希望！
“好！”
北冥朔几乎没有任何犹豫，便爽快地答应了下来。
在他看来，这不过是美人最后的挣扎，徒增笑料罢了。
以他金丹七重的修为，整个青龙国年轻一代中实力最强的霍尊，在他眼中都如同土鸡瓦狗。
谁，能做他的对手？
他狞笑一声，补充道：“不过，本皇子也有一个条件！”
“倘若三日后，本皇子败尽了你青龙国天骄，那当晚，便直接洞房！”
无耻！下流！
满朝文武气得双目赤红，这北冥朔，竟猴急到了如此地步！
这已经不是和亲了，这是赤裸裸的羞辱！
皇甫玉香的娇躯微微一颤，藏在袖中的玉手紧紧攥住，指甲几乎要嵌入掌心。
她咬着银牙，从牙缝里挤出两个字。
“可以！”
“那本皇子，可就提前命人布置好我们的洞房了！”
得到肯定的答复，北冥朔发出了肆无忌惮的大笑，当即起身，带着瀛国使团离席而去。
临走之时，那犹如豺狼般的目光，依旧充满侵略性地在皇甫玉香那玲珑有致的曲线上来回扫视，俨然已是将这位青龙国公主，视作了自己即将到手的囊中之物。
他仿佛已经看到，三日之后，这位青龙国最高贵、最美丽的明珠，在自己身下婉转承欢的模样。
“大皇子殿下，本相送你！”
左相曹秋道也连忙起身，跟着北冥朔走出了大殿。
一位忠于青龙国皇室的老臣，忍不住开口问道：“公主殿下，这北冥朔如此强大，又成功加入云天宗，放眼整个青龙国年轻一代，有谁能是他的对手？”
“三日之后，又当如何应对？”
“北冥朔虽强，但他并非绝对无敌。”
皇甫玉香的美眸微微闪烁，在她的脑海中，浮现出了一道略显瘦削的青年身影，“有一个人，或许可与他抗衡！”
秦风在她的生辰宴上，可是将霍尊这位帝都第一天骄抽成了猪头，打得毫无还手之力。
即便对上这北冥朔，也应当有一战之力吧？
虽然她对秦风的实力并不了解，可事到如今，只能将希望，寄托在秦风的身上了！
一念及此，她也是立即离开了青龙皇宫，向着秦风住处的方向匆匆而去。

============================================================
Т1:
В императорском дворце Цинлун царила гнетущая, почти застывшая атмосфера. Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора. Уступка земель, контрибуция "каждый пункт был пропитан позором. Но ничего поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, триста сорок его воинов полегли, силы для дальнейшей борьбы иссякли, и путь оставался только один — мирные переговоры. — Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказанительние для вашего Цинлуна, — надменно произнёс Бэй Миншуо. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его наглый, полный жгучего вожделения взгляд впился в прекрасную фигуру в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящую подле трона.

— Что? — Хуанфу Юйсян помрачнела, в душе всколыхнулась сильная тревога.

Бэй Миншуо растянул губы в ухмылке, обнажая белоснежные зубы, и его голос прогремел на весь зал:

— Пусть ваша третья принцесса скрепит наш мир брачным союзом!

Едва прозвучало слово «союз», лица всех гражданских и военных сановников Цинлуна мгновенно изменились. Вот оно что — эти разбойники из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали отдать вам девять провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились! А теперь, словно получив цунь, требуете чи, осмеливаетесь посягнуть и на нашу принцессу? Не будьте столь ненасытны!

— Верно! — лицемерно возразил левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншуо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем обвёл им всех сановников, кипевших от гнева, но не смевших вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, а триста тысяч воинов нашего Ин уже стоят лагерем прямо у ваших границ! — Его голос звучал холодно и жестоко. — Стоит нам двинуться на юг, как железные копыта нашей конницы за какой-то месяц растопчут вашу императорскую столицу! К тому времени речь пойдёт вовсе не о брачном союзе. Будь даже весь ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы такой чести!

Неслыханная наглость! Но сановники в зале не могли выдавить ни слова возражения — ведь Бэй Миншуо излагал кровавую правду. Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, а на сбор подкреплений со всех концов страны нужно время. Армия же Ин в любой миг способна прорвать границу и двинуться на юг. Начни войну — и столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, Цао Цюдао спрятал в глазах искру злорадного торжества. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — он театрально помедлил, — придётся, ваше высочество третья принцесса, принять эту горькую чашу.

Искусный ход — отступить, чтобы напасть! И какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка. «Хуанфу Юйсян, вот твоя расплата за то, что отвергла меня! Ты была столь гордой, смотрела на меня свысока… Скоро ты станешь игрушкой в руках этих выродков из Ин, тебя отдадут на поругание!»

— Левый канцлер ошибается, — надменно бросил Бэй Миншуо. — Разве брак с принцессой можно назвать унижением? Есть и ещё кое-что, о чём я расскажу вам заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят под начало великого мастера, достигшего стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь? Многие в зале побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань! Неужто Бэй Миншуо сумел заручиться поддержкой самой Юньтянь? С такой-то спиной он в будущем сможет безнаказанно творить в Цинсюани всё, что пожелает. В глазах сановников Цинлуна промелькнула откровенная опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь, проглотив унижение, согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Я могла бы и согласиться на этот брак.

Все разом вскинули головы, уставившись на Хуанфу Юйсян. Она медленно поднялась, и её фениксовые очи без тени страха встретили взгляд Бэй Миншуо.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншуо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое? Говори.

— Разве старший принц не уверен в собственных силах? — ясный и чистый голос Хуанфу Юйсян разнёсся по замершему залу, достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы установили в нашей столице боевой помост и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших молодых талантов, я дам согласие на брак!

Она хотела выставить всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы остановить острое копьё Бэй Миншуо, выиграть для себя проблеск надежды избежать позорного союза.

— Хорошо! — Бэй Миншуо согласился без малейших колебаний. В его глазах это было лишь последней судорожной попыткой красавицы, достойной одной лишь насмешки. С его культивацией седьмого уровня Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодёжи Цинлуна, был для него не более чем глиняный петух да соломенная собака. Кто осмелится встать у него на пути? Он криво ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие! Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно разделим брачное ложе!

Подло! Развратно! Сановники побагровели от ярости — этот Бэй Миншуо до того нетерпелив! Это уже не брачный союз, а откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом. Спрятанные в рукавах нефритовые пальцы сжались так, что ногти едва не вонзились в ладони. Стиснув серебряные зубы, она процедила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь приготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншуо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал во главе посольства Ин.

Уходя, он ещё раз прошёлся по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян жадным, словно у голодного волка, полным вожделения взглядом — он уже считал эту принцессу своей добычей. Перед его мысленным взором уже рисовалась картина, как через три дня самая благородная и прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Ваше высочество старший принц, позвольте мне проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншуо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не выдержал и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншуо столь могущественен, да ещё и вступил в секту Юньтянь… Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать? Как нам действовать через три дня?

— Бэй Миншуо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян что-то промелькнуло, и в её сознании возник образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её праздничном банкете в честь дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор. Даже против Бэй Миншуо у него, наверное, хватило бы сил сражаться? Она плохо знала истинную мощь Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить всю надежду на него.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец Цинлун и поспешила к жилищу Цинь Фэна.

============================================================
Т2:
В императорском дворце Цинлун царила гнетущая, почти застывшая атмосфера. Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора. Уступка земель, контрибуция — каждый пункт был пропитан позором. Но ничего не поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, триста тысяч его воинов полегли, силы для дальнейшей борьбы иссякли, и путь оставался только один — мирные переговоры.

— Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказание для вашего Цинлуна, — надменно произнёс Бэй Миншуо. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его наглый, полный жгучего вожделения взгляд впился в прекрасную фигуру в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящую подле трона.

— Что? — Хуанфу Юйсян помрачнела, в душе всколыхнулась сильная тревога.

Бэй Миншуо растянул губы в ухмылке, обнажая белоснежные зубы, и его голос прогремел на весь зал:

— Пусть ваша третья принцесса скрепит наш мир брачным союзом!

Едва прозвучало слово «союз», лица всех гражданских и военных сановников Цинлуна мгновенно изменились. Вот оно что — эти разбойники из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали отдать вам девять провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились! А теперь, словно получив цунь, требуете чи, осмеливаетесь посягнуть и на нашу принцессу? Не будьте столь ненасытны!

— Верно! — лицемерно возразил левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншуо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем обвёл им всех сановников, кипевших от гнева, но не смевших вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, а триста тысяч воинов нашего Ин уже стоят лагерем прямо у ваших границ! — Его голос звучал холодно и жестоко. — Стоит нам двинуться на юг, как железные копыта нашей конницы за какой-то месяц растопчут вашу императорскую столицу! К тому времени речь пойдёт вовсе не о брачном союзе. Будь даже весь ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы такой чести!

Неслыханная наглость! Но сановники в зале не могли выдавить ни слова возражения — ведь Бэй Миншуо излагал кровавую правду. Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, а на сбор подкреплений со всех концов страны нужно время. Армия же Ин в любой миг способна прорвать границу и двинуться на юг. Начни войну — и столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, Цао Цюдао спрятал в глазах искру злорадного торжества. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — он театрально помедлил, — придётся, ваше высочество третья принцесса, принять эту горькую чашу.

Искусный ход — отступить, чтобы напасть! И какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка. «Хуанфу Юйсян, вот твоя расплата за то, что отвергла меня! Ты была столь гордой, смотрела на меня свысока… Скоро ты станешь игрушкой в руках этих выродков из Ин, тебя отдадут на поругание!»

— Левый канцлер ошибается, — надменно бросил Бэй Миншуо. — Разве брак с принцессой можно назвать унижением? Есть и ещё кое-что, о чём я расскажу вам заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят под начало великого мастера, достигшего стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь? Многие в зале побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань! Неужто Бэй Миншуо сумел заручиться поддержкой самой Юньтянь? С такой-то спиной он в будущем сможет безнаказанно творить в Цинсюани всё, что пожелает. В глазах сановников Цинлуна промелькнула откровенная опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь, проглотив унижение, согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Я могла бы и согласиться на этот брак.

Все разом вскинули головы, уставившись на Хуанфу Юйсян. Она медленно поднялась, и её фениксовые очи без тени страха встретили взгляд Бэй Миншуо.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншуо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое? Говори.

— Разве старший принц не уверен в собственных силах? — ясный и чистый голос Хуанфу Юйсян разнёсся по замершему залу, достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы установили в нашей столице боевой помост и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших молодых талантов, я дам согласие на брак!

Она хотела выставить всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы остановить острое копьё Бэй Миншуо, выиграть для себя проблеск надежды избежать позорного союза.

— Хорошо! — Бэй Миншуо согласился без малейших колебаний. В его глазах это было лишь последней судорожной попыткой красавицы, достойной одной лишь насмешки. С его культивацией седьмого уровня Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодёжи Цинлуна, был для него не более чем глиняный петух да соломенная собака. Кто осмелится встать у него на пути? Он криво ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие! Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно разделим брачное ложе!

Подло! Развратно! Сановники побагровели от ярости — этот Бэй Миншуо до того нетерпелив! Это уже не брачный союз, а откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом. Спрятанные в рукавах нефритовые пальцы сжались так, что ногти едва не вонзились в ладони. Стиснув серебряные зубы, она процедила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь приготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншуо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал во главе посольства Ин.

Уходя, он ещё раз прошёлся по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян жадным, словно у голодного волка, полным вожделения взглядом — он уже считал эту принцессу своей добычей. Перед его мысленным взором уже рисовалась картина, как через три дня самая благородная и прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Ваше высочество старший принц, позвольте мне проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншуо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не выдержал и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншуо столь могущественен, да ещё и вступил в секту Юньтянь… Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать? Как нам действовать через три дня?

— Бэй Миншуо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян что-то промелькнуло, и в её сознании возник образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её праздничном банкете в честь дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор. Даже против Бэй Миншуо у него, наверное, хватило бы сил сражаться? Она плохо знала истинную мощь Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить всю надежду на него.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец Цинлун и поспешила к жилищу Цинь Фэна.

============================================================
Т3:
В императорском дворце Цинлун царила гнетущая, почти застывшая атмосфера. Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора. Уступка земель, контрибуция — каждый пункт был пропитан позором. Но ничего не поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, триста тысяч его воинов полегли, силы для дальнейшей борьбы иссякли, и путь оставался только один — мирные переговоры.

— Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказание для вашего Цинлуна, — надменно произнёс Бэй Миншуо. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его наглый, полный жгучего вожделения взгляд впился в прекрасную фигуру в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящую подле трона.

— Что? — Хуанфу Юйсян помрачнела, в душе всколыхнулась сильная тревога.

Бэй Миншуо растянул губы в ухмылке, обнажая белоснежные зубы, и его голос прогремел на весь зал:

— Пусть ваша третья принцесса скрепит наш мир брачным союзом!

Едва прозвучало слово «союз», лица всех гражданских и военных сановников Цинлуна мгновенно изменились. Вот оно что — эти разбойники из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали отдать вам двенадцать провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились! А теперь, словно получив цунь, требуете чи, осмеливаетесь посягнуть и на нашу принцессу? Не будьте столь ненасытны!

— Верно! — лицемерно возразил левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншуо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем обвёл им всех сановников, кипевших от гнева, но не смевших вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, а триста тысяч воинов нашего Ин уже стоят лагерем прямо у ваших границ! — Его голос звучал холодно и жестоко. — Стоит нам двинуться на юг, как железные копыта нашей конницы за какой-то месяц растопчут вашу императорскую столицу! К тому времени речь пойдёт вовсе не о брачном союзе. Будь даже весь ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы такой чести!

Неслыханная наглость! Но сановники в зале могли выдавить ни слова возражения — ведь Бэй Миншуо излагал кровавую правду. Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, а на сбор подкреплений со всех концов страны нужно время. Армия же Ин в любой миг способна прорвать границу и двинуться на юг. Начни войну — и столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, Цао Цюдао спрятал в глазах искру злорадного торжества. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — он театрально помедлил, — придётся, ваше высочество третья принцесса, принять эту горькую чашу.

Искусный ход — отступить, чтобы напасть! И какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка. «Хуанфу Юйсян, вот твоя расплата за то, что отвергла меня! Ты была столь гордой, смотрела на меня свысока… Скоро ты станешь игрушкой в руках этих выродков из Ин, тебя отдадут на поругание!»

— Левый канцлер ошибается, — надменно бросил Бэй Миншуо. — Разве брак с принцессой можно назвать унижением? Есть и ещё кое-что, о чём я расскажу вам заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят под начало великого мастера, достигшего стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь? Многие в зале побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань! Неужто Бэй Миншуо сумел заручиться поддержкой самой Юньтянь? С такой-то спиной он в будущем сможет безнаказанно творить в Цинсюани всё, что пожелает. В глазах сановников Цинлуна промелькнула откровенная опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь, проглотив унижение, согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Я могла бы и согласиться на этот брак.

Все разом вскинули головы, уставившись на Хуанфу Юйсян. Она медленно поднялась, и её фениксовые очи без тени страха встретили взгляд Бэй Миншуо.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншуо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое? Говори.

— Разве старший принц не уверен в собственных силах? — ясный и чистый голос Хуанфу Юйсян разнёсся по замершему залу, достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы установили в нашей столице боевой помост и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших молодых талантов, я дам согласие на брак!

Она хотела выставить всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы остановить острое копьё Бэй Миншуо, выиграть для себя проблеск надежды избежать позорного союза.

— Хорошо! — Бэй Миншуо согласился без малейших колебаний. В его глазах это было лишь последней судорожной попыткой красавицы, достойной одной лишь насмешки. С его культивацией седьмого уровня Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодёжи Цинлуна, был для него не более чем глиняный петух да соломенная собака. Кто осмелится встать у него на пути? Он криво ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие! Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно разделим брачное ложе!

Подло! Развратно! Сановники побагровели от ярости — этот Бэй Миншуо до того нетерпелив! Это уже не брачный союз, а откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом. Спрятанные в рукавах нефритовые пальцы сжались так, что ногти едва не вонзились в ладони. Стиснув серебряные зубы, она процедила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь приготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншуо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал во главе посольства Ин.

Уходя, он ещё раз прошёлся по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян жадным, словно у голодного волка, полным вожделения взглядом — он уже считал эту принцессу своей добычей. Перед его мысленным взором уже рисовалась картина, как через три дня самая благородная и прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Ваше высочество старший принц, позвольте мне проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншуо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не выдержал и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншуо столь могущественен, да ещё и вступил в секту Юньтянь… Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать? Как нам действовать через три дня?

— Бэй Миншуо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян что-то промелькнуло, и в её сознании возник образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её праздничном банкете в честь дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор. Даже против Бэй Миншуо у него, наверное, хватило бы сил сражаться? Она плохо знала истинную мощь Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить всю надежду на него.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец Цинлун и поспешила к жилищу Цинь Фэна.

============================================================
Т4:
В императорском дворце Цинлун царила гнетущая, почти застывшая атмосфера. Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора. Уступка земель, контрибуция — каждый пункт был пропитан позором. Но ничего не поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, триста тысяч его воинов полегли, силы для дальнейшей борьбы иссякли, и путь оставался только один — мирные переговоры.

— Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказание для вашего Цинлуна, — надменно произнёс Бэй Миншуо. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его наглый, полный жгучего вожделения взгляд впился в прекрасную фигуру в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящую подле трона.

— Что? — Хуанфу Юйсян помрачнела, в душе всколыхнулась сильная тревога.

Бэй Миншуо растянул губы в ухмылке, обнажая белоснежные зубы, и его голос прогремел на весь зал:

— Пусть ваша третья принцесса скрепит наш мир брачным союзом!

Едва прозвучало слово «союз», лица всех гражданских и военных сановников Цинлуна мгновенно изменились. Вот оно что — эти разбойники из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали отдать вам девять провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились! А теперь, словно получив цунь, требуете чи, осмеливаетесь посягнуть и на нашу принцессу? Не будьте столь ненасытны!

— Верно! — лицемерно возразил левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншуо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем обвёл им всех сановников, кипевших от гнева, но не смевших вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, а триста тысяч воинов нашего Ин уже стоят лагерем прямо у ваших границ! — Его голос звучал холодно и жестоко. — Стоит нам двинуться на юг, как железные копыта нашей конницы за какой-то месяц растопчут вашу императорскую столицу! К тому времени речь пойдёт вовсе не о брачном союзе. Будь даже весь ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы такой чести!

Неслыханная наглость! Но сановники в зале не могли выдавить ни слова возражения — ведь Бэй Миншуо излагал кровавую правду. Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, а на сбор подкреплений со всех концов страны нужно время. Армия же Ин в любой миг способна прорвать границу и двинуться на юг. Начни войну — и столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, Цао Цюдао спрятал в глазах искру злорадного торжества. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — он театрально помедлил, — придётся, ваше высочество третья принцесса, принять эту горькую чашу.

Искусный ход — отступить, чтобы напасть! И какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка. «Хуанфу Юйсян, вот твоя расплата за то, что отвергла меня! Ты была столь гордой, смотрела на меня свысока… Скоро ты станешь игрушкой в руках этих выродков из Ин, тебя отдадут на поругание!»

— Левый канцлер ошибается, — надменно бросил Бэй Миншуо. — Разве брак с принцессой можно назвать унижением? Есть и ещё кое-что, о чём я расскажу вам заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят под начало великого мастера, достигшего стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь? Многие в зале побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань! Неужто Бэй Миншуо сумел заручиться поддержкой самой Юньтянь? С такой-то спиной он в будущем сможет безнаказанно творить в Цинсюани всё, что пожелает. В глазах сановников Цинлуна промелькнула откровенная опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь, проглотив унижение, согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Я могла бы и согласиться на этот брак.

Все разом вскинули головы, уставившись на Хуанфу Юйсян. Она медленно поднялась, и её фениксовые очи без тени страха встретили взгляд Бэй Миншуо.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншуо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое? Говори.

— Разве старший принц не уверен в собственных силах? — ясный и чистый голос Хуанфу Юйсян разнёсся по замершему залу, достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы установили в нашей столице боевой помост и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших молодых талантов, я дам согласие на брак!

Она хотела выставить всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы остановить острое копьё Бэй Миншуо, выиграть для себя проблеск надежды избежать позорного союза.

— Хорошо! — Бэй Миншуо согласился без малейших колебаний. В его глазах это было лишь последней судорожной попыткой красавицы, достойной одной лишь насмешки. С его культивацией седьмого уровня Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодёжи Цинлуна, был для него не более чем глиняный петух да соломенная собака. Кто осмелится встать у него на пути? Он криво ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие! Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно разделим брачное ложе!

Подло! Развратно! Сановники побагровели от ярости — этот Бэй Миншуо до того нетерпелив! Это уже не брачный союз, а откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом. Спрятанные в рукавах нефритовые пальцы сжались так, что ногти едва не вонзились в ладони. Стиснув серебряные зубы, она процедила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь приготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншуо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал во главе посольства Ин.

Уходя, он ещё раз прошёлся по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян жадным, словно у голодного волка, полным вожделения взглядом — он уже считал эту принцессу своей добычей. Перед его мысленным взором уже рисовалась картина, как через три дня самая благородная и прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Ваше высочество старший принц, позвольте мне проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншуо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не выдержал и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншуо столь могущественен, да ещё и вступил в секту Юньтянь… Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать? Как нам действовать через три дня?

— Бэй Миншуо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян что-то промелькнуло, и в её сознании возник образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её праздничном банкете в честь дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор. Даже против Бэй Миншуо у него, наверное, хватило бы сил сражаться? Она плохо знала истинную мощь Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить всю надежду на него.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец Цинлун и поспешила к жилищу Цинь Фэна.

============================================================
Т5:
В тронном зале дворца Лазурного дракона царила гнетущая тишина — воздух, казалось, застыл до каменной плотности. Условия перемирия, выдвинутые посольством Ин, давили на сановников тяжкой горой: уступить земли, выплатить контрибуцию — каждая строка дышала позором. Но выбора не оставалось: Лазурный дракон проиграл войну, триста тысяч его воинов полегли до последнего, и страна могла лишь молить о мире.

— Мне думается, одних лишь уступок и серебра для наказания вашего царства маловато, — разорвал молчание наследный княжич Бэймин Шо. — К этим двум пунктам придётся добавить ещё один.

Его наглый, пылающий хищным жаром взгляд прикипел к подножию трона — туда, где застыла совершенная фигура в бледно-золотом дворцовом одеянии.

— Что? — Прекрасное лицо Хуанфу Юйсян омрачилось, в груди всколыхнулась волна тревоги.

Бэймин Шо растянул губы в ухмылке, обнажив ряд белых зубов, и его голос раскатился под сводами:

— Пусть ваша Третья принцесса идёт замуж — миром!

Едва эти слова отзвучали, как лица лазурных сановников исказил ужас. Эти иньские разбойники метят на саму принцессу!

— Старший княжич! — вскочил старый вельможа, трясясь от негодования. — Ваше Ин изволит бесстыдно наглеть! Вы потребовали девять областей — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней — мы согласились! А теперь идёте дальше и пытаетесь наложить лапу на нашу принцессу! Неужто жадность ваша не знает предела?

— Именно так, — лицемерно поддакнул левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — жемчужина в ладони его величества, и не бывать тому, чтобы её отдали за пределы страны! Не пожелает ли старший княжич изменить условие?

— Хэ! — Бэймин Шо обвёл взглядом Цао Цюдао, а затем и весь ряд безмолвно кипящих чиновников. — А Лазурный дракон сейчас вообще вправе ставить условия?

Голос его сделался ледяным и безжалостным:

— Цвет вашей армии сгинул под Лулунской заставой, а мои триста тысяч уже построились у границы. Стоит нам двинуться на юг, как копыта через месяц растопчут вашу столицу в пыль! Когда это случится, даже если царская кровь Лазурного дракона попросится ко мне в рабы, я ещё подумаю, достаточно ли вы чисты для этого!

Спесиво! Чудовищно спесиво! Но в зале не нашлось ни одного сановника, способного вымолвить хоть слово в ответ. Бэймин Шо говорил кровавую правду: главная армия пала, столица обнажена, а чтобы стянуть войска со всех краёв, нужно время — время, которого нет, ведь иньские полчища могут хлынуть за перевалы в любой миг. Ещё одна война — и столице конец!

Глядя на искажённые горьким бессилием лица сановников, Цао Цюдао спрятал в глазах тень злорадства. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и с притворной скорбью издал тяжёлый вздох:

— Увы, видно, ради престола Лазурного дракона, ради благополучия народа всей державы… Придётся Третьей принцессе смирить свою долю!

До чего же ловкий ход: шаг назад, обёрнутый в высокие речи «за страну и народ»!

Стоявший в воинских рядах Хо Цзунь низко опустил голову, но уголки его губ дёрнулись в злорадной усмешке. Хуанфу Юйсян, вот чем обернулась твоя гордыня! Ты посмела отвергнуть меня, посмела глядеть свысока! Очень скоро ты станешь игрушкой иньцев, тебя растопчут и унизят без остатка!

— Левый канцлер изволит ошибаться, — с надменным видом возразил Бэймин Шо. — Как можно считать унижением, если принцесса выйдет за меня? Позвольте открыть вам одну вещь… Через несколько дней я вступлю в клан Юньтянь — стану учеником мастера уровня Постигающего Пустоту!

Юньтянь? Многие в зале побледнели: это же известнейшая школа Восточной Пустоши, владыка всей области Цинсюань! Этот Бэймин Шо забрался на высокую ветвь Юньтянь? Заручившись её поддержкой, он сможет ходить поперёк всей Цинсюань, и никто ему слова не скажет. В глазах лазурных сановников промелькнул страх.

Когда уже казалось, что колесо судьбы повернулось безвозвратно и Хуанфу Юйсян останется лишь в слезах согласиться, прозвучал её голос — чистый и холодный, точно лунный свет:

— Заставить меня идти миром… можно.

Все как один вскинули головы, глядя на неё. Принцесса медленно поднялась, и её фениксовые очи вонзились в Бэймин Шо без тени страха.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэймин Шо изогнул бровь и оценивающе оглядел её. — Какое же? Поведай нам.

— Ведь старший княжич так уверен в собственной силе? — голос Хуанфу Юйсян разнёсся по притихшему залу, проникая в уши каждому. — Я же потребую, чтобы вы устроили помост в нашей столице и приняли вызов от молодого поколения Лазурного дракона. Если через три дня вы сумеете одолеть всех наших талантов — я дам согласие на этот брак.

Вот оно что! Выставить всю молодую поросль Лазурного дракона щитом против острого копья Бэймин Шо! Выкроить для Хуанфу Юйсян последнюю соломинку, за которую можно ухватиться!

— Хорошо! — Бэймин Шо согласился почти мгновенно, без тени колебаний. Для него это было лишь последним трепыханием красавицы на краю гибели — повод лишний раз посмеяться.

С его-то культивацией Золотого ядра седьмой ступени даже Хо Цзуня, сильнейшего среди юных в Лазурном драконе, он считал жалким сбродом. Кто здесь может быть ему соперником?

Скривив губы в жестокой усмешке, он добавил:

— Но и у меня есть условие! Если через три дня я разобью всех ваших гениев, то той же ночью — сразу к брачному делу!

Бесстыдство! Развратная низость! Сановники заскрежетали зубами от ярости. Этот Бэймин Шо не знает никаких приличий! Это уже не брак ради мира, а наглое, неприкрытое надругательство!

Хуанфу Юйсян едва заметно вздрогнула. Спрятанные в рукавах холёные пальцы сжались в кулак так, что ногти впились в ладони. Стиснув зубы, она процедила сквозь них единственное слово:

— Можно.

— В таком случае я прикажу заранее украсить наш брачный чертог!

Получив согласие, Бэймин Шо разразился бесцеремонным хохотом, тут же поднялся и в сопровождении своей свиты двинулся прочь. Уходя, он провожал её волчьим взглядом, хищно скользя по точеным изгибам фигуры, — словно принцесса Лазурного дракона уже была безраздельной добычей, которую осталось только положить в мешок. Он, казалось, уже видел, как через три дня самая благородная и прекрасная жемчужина этой страны будет извиваться и стонать под ним.

— Старший княжич, позвольте проводить вас!

Цао Цюдао поспешно вскочил и пошёл следом, покидая зал.

Один из старых верных вассалов не выдержал и обратился к принцессе:

— Ваше высочество, Бэймин Шо так силён, да ещё и вступил в Юньтянь. Найдётся ли среди всей молодёжи Лазурного дракона хоть один, кто сможет ему противостоять? Что мы будем делать через три дня?

Глаза Хуанфу Юйсян блеснули, и в мыслях её возник стройный юношеский силуэт.

— Бэймин Шо силён, но не всесилен. Есть один человек — он, возможно, сумеет с ним справиться.

Цинь Фэн. В день её рождения именно он превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в кровавое месиво — избил до полной беспомощности. Даже против Бэймин Шо у него должен быть шанс.

Хотя Хуанфу Юйсян и не знала подлинной глубины силы Циня Фэна, сейчас вся её надежда была только на него.

Едва эта мысль закрепилась, она тут же покинула дворец и направилась туда, где остановился Цинь Фэн.

============================================================
Т6:
В императорском дворце Цинлун царила гнетущая, словно застывшая атмосфера.

Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора.

Уступка земель, контрибуция — каждый пункт был пропитан позором.

Но ничего не поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, а триста тысяч его воинов полегли на поле боя. Силы для дальнейшей борьбы не осталось, и путь был один — мирные переговоры.

— Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказание для вашего Цинлуна. — Голос северного принца прозвучал надменно. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его взгляд, наглый и исполненный жгучего вожделения, был прикован к прекрасной фигуре в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящей подле трона.

— Что?

Хуанфу Юйсян нахмурилась, в душе поднималась сильная тревога.

Бэй Миншуо растянул губы в улыбке, обнажая белоснежные зубы, и его голос разнёсся по всему залу:

— Пусть ваша третья принцесса выйдет замуж, скрепив наш союз!

При этих словах лица всех военных и гражданских сановников Цинлуна мгновенно изменились.

Вот оно что — эти пираты из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали уступить вам девять провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились!

— А теперь вы, ненасытные, осмеливаетесь посягнуть на нашу принцессу? Не слишком ли много вам надо?!

— Верно подмечено, — лицемерно поддержал его левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншуо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем окинул взглядом всех сановников, которые кипели от гнева, но не смели вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, и триста тысяч воинов нашего государства Ин уже стоят лагерем у ваших границ! — Его голос был холоден и жесток. — И как только мы двинемся на юг, под копытами нашей конницы в течение месяца будет растоптана ваша императорская столица Цинлун!

— К тому времени речь пойдёт не о брачном союзе. Будь даже ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы этой чести!

Наглость!

Неслыханная наглость!

Но сановники Цинлуна в зале не могли вымолвить ни слова возражения.

Потому что слова Бэй Миншуо были кровавой правдой.

Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, для сбора подкреплений со всех концов страны нужно время.

А армия Ин в любой момент может прорвать границу и двинуться на юг.

Начнись война — столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, в глазах Цао Цюдао мелькнула едва заметная злорадная искра. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — Он театрально помедлил. — Придётся, ваше высочество третья принцесса, потерпеть.

Какой искусный ход — отступить, чтобы напасть! Какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка.

«Хуанфу Юйсян, вот твоя расплата за то, что отвергла меня!»

«Пусть ты была гордой, пусть смотрела на меня свысока!»

«Скоро ты станешь игрушкой в руках этих людей из Ин, будешь отдана на поругание!»

— Левый канцлер ошибается. Разве брак с принцессой — это для неё унижение? — надменно произнёс Бэй Миншуо. — Есть кое-что, о чём я вам расскажу заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят в ученики к великому мастеру, достигшему стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь?

Многие побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань!

Этот Бэй Миншуо умудрился примазаться к самой секте Юньтянь?

С такой поддержкой он в будущем сможет безнаказанно творить что угодно в области Цинсюань!

В глазах всех сановников Цинлуна промелькнула опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь со скрежетом зубовным согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Пусть будет брачный союз. Это допустимо.

Все разом подняли головы и уставились на Хуанфу Юйсян.

Она медленно поднялась, её фениксовые очи прямо смотрели на Бэй Миншуо, без тени страха.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншуо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое же? Говори.

— Разве старший принц не уверен в своих силах? — Голос Хуанфу Юйсян эхом разнёсся по затихшему залу, ясно достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы устроили в нашей столице боевой помост и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших талантов, я соглашусь на брак!

Она хотела использовать всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы отразить копьё Бэй Миншуо!

Выиграть для себя, для Хуанфу Юйсян, проблеск надежды избежать позорного союза!

— Хорошо! — Бэй Миншуо согласился без малейших колебаний.

В его глазах это была лишь последняя судорожная попытка красавицы, лишь повод для насмешки.

С его культивацией на седьмом уровне Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодого поколения Цинлуна, был для него не более чем глиняный петух и соломенная собака.

Кто посмеет встать у него на пути?

Он ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие!

— Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно разделим брачное ложе!

Подло! Развратно!

Сановники побагровели от ярости. Этот Бэй Миншуо до того нетерпелив!

Это уже не брачный союз — это откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом, её нефритовые пальцы, спрятанные в рукавах, сжались так, что ногти едва не впились в ладони.

Стиснув зубы, она процедила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь подготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншуо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал вместе с посольством Ин.

Уходя, он скользил по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян взглядом голодного волка, полным вожделения, — он уже считал эту принцессу Цинлуна своей добычей.

В его воображении уже рисовалась картина: через три дня эта самая благородная, самая прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Ваше высочество старший принц, позвольте проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншуо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не удержался и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншуо столь могуществен, да ещё и вступил в секту Юньтянь. Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать?

— Что делать через три дня?

— Бэй Миншуо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян мелькнул образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её празднике по случаю дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор.

Даже если против Бэй Миншуо у него будет шанс, — она была в этом почти уверена.

Она плохо знала силу Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить на Цинь Фэна всю надежду.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец и поспешила к жилищу Цинь Фэна.

============================================================
Т7:
В императорском дворце государства Цинлун царила гнетущая, словно застывшая атмосфера.

Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора.

Уступка земель, контрибуция — каждый пункт был пропитан позором.

Но ничего не поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, а триста тысяч его воинов полегли на поле боя. Силы для дальнейшей борьбы не осталось, и путь был один — мирные переговоры.

— Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказание для вашего Цинлуна. — Бэй Миншо произнёс надменно. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его взгляд, наглый и исполненный жгучего вожделения, был прикован к прекрасной фигуре в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящей подле трона.

— Что?

Хуанфу Юйсян нахмурилась, в душе поднималась сильная тревога.

Бэй Миншо растянул губы в улыбке, обнажая белоснежные зубы, и его голос разнёсся по всему залу:

— Пусть ваша третья принцесса выйдет замуж для скрепления мира!

При этих словах лица всех военных и гражданских сановников Цинлуна мгновенно изменились.

Вот оно что — эти разбойники из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали уступить вам девять провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились!

— А теперь вы, ненасытные, осмеливаетесь посягнуть на нашу принцессу? Не слишком ли много вам надо?!

— Верно подмечено, — лицемерно поддержал его левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем окинул взглядом всех сановников, которые кипели от гнева, но не смели вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, и трёхсоттысячная армия нашего государства Ин уже стоит лагерем у ваших границ! — Его голос был холоден и жесток. — И как только мы двинемся на юг, под копытами нашей конницы в течение месяца будет растоптана ваша императорская столица Цинлун!

— К тому времени речь пойдёт не о брачном союзе. Будь даже ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы этой чести!

Наглость!

Неслыханная наглость!

Но сановники Цинлуна в зале не могли вымолвить ни слова возражения.

Потому что слова Бэй Миншо были кровавой правдой.

Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, для сбора подкреплений со всех концов страны нужно время.

А армия Ин в любой момент может прорвать границу и двинуться на юг.

Начнись война — столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, в глазах Цао Цюдао мелькнула едва заметная искра торжества. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — Он театрально помедлил. — Придётся, ваше высочество третья принцесса, потерпеть.

Какой искусный ход — отступить, чтобы напасть! Какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка.

«Хуанфу Юйсян, вот к чему привёл твой отказ мне!»

«Пусть ты была гордой, пусть смотрела на меня свысока!»

«Скоро ты станешь игрушкой в руках этих людей из Ин, будешь отдана на поругание!»

— Левый канцлер ошибается. Разве брак с принцессой — это для неё унижение? — надменно произнёс Бэй Миншо. — Есть кое-что, о чём я вам расскажу заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят в ученики к великому мастеру, достигшему стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь?

Многие побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань!

Этот Бэй Миншо умудрился примазаться к самой секте Юньтянь?

С такой поддержкой он в будущем сможет безнаказанно творить что угодно в области Цинсюань!

В глазах всех сановников Цинлуна промелькнула опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь со скрежетом зубовным согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Пусть будет брачный союз. Это допустимо.

Все разом подняли головы и уставились на Хуанфу Юйсян.

Она медленно поднялась, её фениксовые очи прямо смотрели на Бэй Миншо, без тени страха.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое же? Говори.

— Разве старший принц не уверен в своих силах? — Голос Хуанфу Юйсян эхом разнёсся по затихшему залу, ясно достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы устроили в нашей столице боевую арену и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших талантов, я соглашусь на брак!

Она хотела использовать всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы отразить копьё Бэй Миншо!

Выиграть для себя, для Хуанфу Юйсян, проблеск надежды избежать позорного союза!

— Хорошо! — Бэй Миншо согласился без малейших колебаний.

В его глазах это была лишь последняя судорожная попытка красавицы, лишь повод для насмешки.

С его культивацией на седьмой ступени Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодого поколения Цинлуна, был для него не более чем пустое место.

Кто посмеет встать у него на пути?

Он ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие!

— Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно отправимся в брачные покои!

Бесстыдство! Гнусно!

Сановники побагровели от ярости. Этот Бэй Миншо до того нетерпелив!

Это уже не брачный союз — это откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом, её нефритовые руки, спрятанные в рукавах, сжались так, что ногти едва не впились в ладони.

Стиснув зубы, она выдавила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь подготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал вместе с посольством Ин.

Уходя, он скользил по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян взглядом голодного волка, полным вожделения, — он уже считал эту принцессу Цинлуна своей добычей.

В его воображении уже рисовалась картина: через три дня эта самая благородная, самая прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Старший принц, позвольте проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не удержался и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншо столь могуществен, да ещё и вступил в секту Юньтянь. Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать?

— Что делать через три дня?

— Бэй Миншо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян мелькнул образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её празднике по случаю дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор.

Даже если против Бэй Миншо у него будет шанс, — она была в этом почти уверена.

Она плохо знала силу Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить на него всю надежду.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец и поспешила к жилищу Цинь Фэна.

============================================================
Т8:
В императорском дворце Цинлун царила гнетущая, словно застывшая атмосфера.

Условия прекращения войны и заключения мира, выдвинутые посольством государства Ин, давили на сердца всех сановников Цинлуна, словно гора.

Уступка земель, контрибуция — каждый пункт был пропитан позором.

Но ничего не поделаешь: Цинлун был побеждённой стороной, а триста тысяч его воинов полегли на поле боя. Силы для дальнейшей борьбы не осталось, и путь был один — мирные переговоры.

— Я полагаю, что лишь уступка земель и контрибуция — слишком мягкое наказание для вашего Цинлуна. — Голос северного принца прозвучал надменно. — К этим двум пунктам следует добавить ещё один.

Его взгляд, наглый и исполненный жгучего вожделения, был прикован к прекрасной фигуре в бледно-золотом дворцовом одеянии, стоящей подле трона.

— Что?

Хуанфу Юйсян нахмурилась, в душе поднималась сильная тревога.

Бэй Миншуо растянул губы в улыбке, обнажая белоснежные зубы, и его голос разнёсся по всему залу:

— Пусть ваша третья принцесса выйдет замуж, скрепив наш союз!

При этих словах лица всех военных и гражданских сановников Цинлуна мгновенно изменились.

Вот оно что — эти пираты из Ин задумали покуситься на их третью принцессу!

— Ваше высочество старший принц, не заходите слишком далеко! — возмущённо вскочил один из старейших сановников. — Вы потребовали уступить вам девять провинций — мы согласились. Вы потребовали тридцать миллионов духовных камней контрибуции — мы тоже согласились!

— А теперь вы, ненасытные, осмеливаетесь посягнуть на нашу принцессу? Не слишком ли много вам надо?!

— Верно подмечено, — лицемерно поддержал его левый канцлер Цао Цюдао. — Третья принцесса — любимая дочь нашего императора. Никак невозможно, чтобы она вышла замуж за пределы нашего государства! Ваше высочество, не соизволите ли вы выдвинуть другое условие?

— Хе-хе, а есть ли у вашего Цинлуна сейчас право выдвигать условия? — Бэй Миншуо презрительно скользнул взглядом по Цао Цюдао, затем окинул взглядом всех сановников, которые кипели от гнева, но не смели вымолвить ни слова. — Элитные войска Цинлуна полегли у заставы Лулун, и триста тысяч воинов нашего государства Ин уже стоят лагерем у ваших границ! — Его голос был холоден и жесток. — И как только мы двинемся на юг, под копытами нашей конницы в течение месяца будет растоптана ваша императорская столица Цинлун!

— К тому времени речь пойдёт не о брачном союзе. Будь даже ваш императорский род готов стать моими рабами, я ещё подумаю, достойны ли вы этой чести!

Наглость!

Неслыханная наглость!

Но сановники Цинлуна в зале не могли вымолвить ни слова возражения.

Потому что слова Бэй Миншуо были кровавой правдой.

Основные силы пограничных войск полностью уничтожены, внутренние войска обескровлены, для сбора подкреплений со всех концов страны нужно время.

А армия Ин в любой момент может прорвать границу и двинуться на юг.

Начнись война — столица окажется в смертельной опасности!

Глядя на полные бессильной злобы лица придворных, в глазах Цао Цюдао мелькнула едва заметная злорадная искра. Он повернулся к Хуанфу Юйсян и, изображая глубокую скорбь, тяжело вздохнул:

— Увы, похоже, ради благополучия государства Цинлун и безопасности всего его народа… — Он театрально помедлил. — Придётся, ваше высочество третья принцесса, потерпеть.

Какой искусный ход — отступить, чтобы напасть! Какая показная «забота о государстве и народе»!

Хо Цзунь, стоявший в ряду военачальников, низко опустил голову, но на его губах невольно расплылась злорадная усмешка.

«Хуанфу Юйсян, вот твоя расплата за то, что отвергла меня!»

«Пусть ты была гордой, пусть смотрела на меня свысока!»

«Скоро ты станешь игрушкой в руках этих людей из Ин, будешь отдана на поругание!»

— Левый канцлер ошибается. Разве брак с принцессой — это для неё унижение? — надменно произнёс Бэй Миншуо. — Есть кое-что, о чём я вам расскажу заранее: в скором времени я вступлю в секту Юньтянь, стану её учеником и буду принят в ученики к великому мастеру, достигшему стадии Дунсюй!

Секта Юньтянь?

Многие побледнели. Это же одна из величайших сект Восточных Пустошей, владыка всей области Цинсюань!

Этот Бэй Миншуо умудрился примазаться к самой секте Юньтянь?

С такой поддержкой он в будущем сможет безнаказанно творить что угодно в области Цинсюань!

В глазах всех сановников Цинлуна промелькнула опаска.

И когда все уже решили, что дело решено и Хуанфу Юйсян остаётся лишь со скрежетом зубовным согласиться, в зале раздался спокойный, холодный, словно луна, голос:

— Пусть будет брачный союз. Это допустимо.

Все разом подняли головы и уставились на Хуанфу Юйсян.

Она медленно поднялась, её фениксовые очи прямо смотрели на Бэй Миншуо, без тени страха.

— Но у меня есть одно условие.

— О? — Бэй Миншуо приподнял бровь, с интересом глядя на неё. — Какое же? Говори.

— Разве старший принц не уверен в своих силах? — Голос Хуанфу Юйсян эхом разнёсся по затихшему залу, ясно достигнув каждого уха. — Я требую, чтобы вы устроили в нашей столице боевой помост и сразились с молодым поколением Цинлуна. Если через три дня вам удастся одолеть всех наших талантов, я соглашусь на брак!

Она хотела использовать всё молодое поколение Цинлуна как щит, чтобы отразить копьё Бэй Миншуо!

Выиграть для себя, для Хуанфу Юйсян, проблеск надежды избежать позорного союза!

— Хорошо! — Бэй Миншуо согласился без малейших колебаний.

В его глазах это была лишь последняя судорожная попытка красавицы, лишь повод для насмешки.

С его культивацией на седьмом уровне Золотого ядра даже Хо Цзунь, сильнейший среди молодого поколения Цинлуна, был для него не более чем глиняный петух и соломенная собака.

Кто посмеет встать у него на пути?

Он ухмыльнулся и добавил:

— Но и у меня есть одно условие!

— Если через три дня я одолею всех ваших гениев, то в ту же ночь мы немедленно разделим брачное ложе!

Подло! Развратно!

Сановники побагровели от ярости. Этот Бэй Миншуо до того нетерпелив!

Это уже не брачный союз — это откровенное унижение!

Хуанфу Юйсян вздрогнула всем телом, её нефритовые пальцы, спрятанные в рукавах, сжались так, что ногти едва не впились в ладони.

Стиснув зубы, она процедила:

— Согласна!

— Тогда я заранее распоряжусь подготовить нашу брачную опочивальню! — Получив утвердительный ответ, Бэй Миншуо разразился безудержным хохотом, тут же поднялся и покинул зал вместе с посольством Ин.

Уходя, он скользил по изящным изгибам фигуры Хуанфу Юйсян взглядом голодного волка, полным вожделения, — он уже считал эту принцессу Цинлуна своей добычей.

В его воображении уже рисовалась картина: через три дня эта самая благородная, самая прекрасная жемчужина Цинлуна будет трепетать под ним, покорно принимая его ласки.

— Ваше высочество старший принц, позвольте проводить вас! — Левый канцлер Цао Цюдао поспешно поднялся и вышел из зала вслед за Бэй Миншуо.

Один из старых сановников, верных императорскому роду, не удержался и спросил:

— Ваше высочество, этот Бэй Миншуо столь могуществен, да ещё и вступил в секту Юньтянь. Кто во всём молодом поколении Цинлуна сможет с ним соперничать?

— Что делать через три дня?

— Бэй Миншуо силён, но он не непобедим. — В прекрасных глазах Хуанфу Юйсян мелькнул образ стройного, чуть худощавого юноши. — Есть один человек, который, возможно, сможет ему противостоять.

Ведь Цинь Фэн на её празднике по случаю дня рождения превратил Хо Цзуня, первого гения столицы, в набитую морду, не дав тому и шанса дать отпор.

Даже если против Бэй Миншуо у него будет шанс, — она была в этом почти уверена.

Она плохо знала силу Цинь Фэна, но сейчас оставалось лишь возложить на Цинь Фэна всю надежду.

С этой мыслью она немедленно покинула императорский дворец и поспешила к жилищу Цинь Фэна.