64 lines
117 KiB
JSON
64 lines
117 KiB
JSON
{
|
||
"book_id": "guzhenren-rerun2",
|
||
"total_units": 7,
|
||
"pending_units": 0,
|
||
"config_drift": false,
|
||
"chunks": [
|
||
{
|
||
"chapter": 1,
|
||
"chunk_idx": 0,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "**Первая глава: Погибнуть за демонический путь — и не раскаиваться**\n\n— Фан Юань, покорись и отдай Весенне-осеннюю цикаду! Я дарую тебе быструю смерть!\n\n— Фан Юань, старый демон, не вздумай сопротивляться! Сегодня все праведные школы объединились, чтобы разнести твою берлогу. Здесь уже расставлены сети, сотканные небом и землёй, — на этот раз тебе не уйти от расплаты!\n\n— Проклятый изверг! Ради создания Весенне-осенней цикады ты погубил тысячи жизней. Ты совершил злодеяния, которые не простятся и не искупятся, — твои преступления не перечесть!\n\n— Демон! Триста лет назад ты опозорил меня, лишил невинности, вырезал всю мою семью и истребил весь мой род. С той минуты я мечтала вгрызться в твою плоть и испить твою кровь! Сегодня я заставлю тебя страдать так, что смерть покажется избавлением!\n\n…\n\nФан Юань стоял в разорванном зелёном халате, с растрёпанными волосами, весь в крови, оглядывая окруживших его врагов. Горный ветер трепал окровавленные лохмотья, и они хлопали, словно боевое знамя. Из сотен ран сочилась алая кровь; стоило ему постоять на месте, как под ногами уже образовалась огромная лужа.\n\nВраги сомкнули кольцо — пути к спасению не осталось. Исход был предрешён: сегодня ему не уйти от смерти. Фан Юань отлично понимал это, но даже перед лицом гибели лицо его оставалось бесстрастным, взгляд — спокойным и глубоким, как бездонный колодец.\n\nОкружившие его праведные герои были либо почтенными главами школ, либо прославленными юными талантами. Одни рычали, другие холодно усмехались, третьи щурились, сверкая насторожёнными взглядами, четвёртые, зажимая раны, смотрели на него с ужасом. Никто не решался напасть — все опасались предсмертной атаки.\n\nТак, в напряжённом противостоянии, прошло три часа. Солнце клонилось к закату, его последние лучи зажгли облака над горами, и те вспыхнули багряным огнём. Всё это время Фан Юань стоял неподвижно, как изваяние, но теперь медленно повернулся.\n\nГерои вздрогнули и разом отступили на шаг. Серые скалы под ногами Фан Юаня давно пропитались кровью и стали тёмно-алыми. Лицо его, побледневшее от потери крови, озарилось закатным светом, и на миг в нём проступило странное сияние.\n\nГлядя на синие горы и заходящее солнце, он тихо усмехнулся:\n\n— Синие горы, закатное солнце, осенняя луна, весенний ветер… Воистину: утром — чёрные косы, вечером — седина. Правое и неправое, успех и поражение — всё обращается в прах.\n\nСлова эти пробудили в нём воспоминания о прошлой жизни на Земле. Когда-то он был обычным студентом, но судьба перенесла его в этот мир. Триста лет скитаний, двести лет странствий — пять веков промелькнули, как одно мгновение. Глубоко спрятанные в душе воспоминания ожили, яркие и отчётливые, словно всё происходило только вчера.\n\n— Всё-таки потерпел поражение, — с лёгкой грустью подумал Фан Юань, но не сожалел. Такой исход он предвидел заранее — ещё когда делал свой выбор.\n\nДемонический путь — это отказ от добродетели, убийства и грабежи. Небо и земля отвергают тебя, весь мир — твой враг, но ты всё равно идёшь напролом, не сдерживая себя.\n\n— Если только что созданная Весенне-осенняя цикада сработает, в следующей жизни я снова стану демоном! — подумав об этом, он не смог сдержать смеха.\n\n— Старый демон, чего ты ржёшь?!\n\n— Осторожно! Он перед смертью готовится к последней атаке!\n\n— Быстро отдай Весенне-осеннюю цикаду!\n\nГерои надвигались, но в этот миг с оглушительным грохотом Фан Юань взорвал себя.\n\n…\n\nВесенний дождь моросил над горой Цинмао, беззвучно орошая её склоны. Ночь уже давно вступила в свои права, и лишь лёгкий ветерок шелестел в мелких каплях. Однако гора не тонула во тьме: от подножия до середины склона мерцали тысячи огоньков, словно кто-то опоясал её сверкающей лентой.\n\nСвет исходил от свайных домов деревни Гуюэ, раскинувшейся на склонах горы Цинмао. Хотя огней было не десять тысяч, но и нескольких тысяч хватало, чтобы оживить безмолвные горные хребты человеческим теплом.\n\nВ самом центре деревни возвышался величественный терем. Сейчас там проходила церемония жертвоприношения, и всё здание было залито ярким светом. Глава клана Гуюэ, мужчина средних лет с чуть тронутыми сединой висками, в строгом белом одеянии для жертвоприношений стоял на коленях перед чёрным лакированным алтарём. На трёхъярусном постаменте стояли таблички с именами предков, по бокам курились благовония в медных курильницах.\n\n— Да хранят нас предки, — молился глава клана, сложив руки и закрыв глаза. — Пусть на этой церемонии открытия апертуры появится как можно больше одарённых детей, чтобы род наш обрёл новую кровь и надежду!\n\nЗа его спиной на коленях стояли старейшины клана — все в просторных белых одеяниях, с торжественными лицами. Они держали в руках бразды правления разными сферами жизни рода.\n\nПомолившись, глава клана первым склонился в поклоне: развёл руки ладонями вниз, прижал их к полу и коснулся лбом деревянных досок. За ним, не нарушая тишины, последовали старейшины. В храме раздался лишь лёгкий стук лбов о пол.\n\nЦеремония завершилась. Все медленно поднялись и молча вышли из зала. В коридоре старейшины наконец перевели дух — напряжение спало, и вскоре завязались негромкие разговоры.",
|
||
"source": "第一节：纵身亡魔心仍不悔\n “方源，乖乖地交出春秋蝉，我给你个痛快！”\n “方老魔，你不要妄图反抗了，今日我们正道各大派联合起来，就是要踏破你的魔窟。这里早已经布下天罗地网，这次你必定身首异处！”\n “方源你个该死的魔头，你为了练成春秋蝉，杀了千万人的性命。你已经犯下了滔天的罪孽，罪无可恕，罄竹难书！”\n “魔头，三百年前你侮辱了我，夺走了我的清白之身，杀光我全家，诛了我的九族。从那刻起，我恨不得吃你肉，喝你的血！今天，我要让你生不如死！！”\n ……\n 方源一身残破的碧绿大袍，披头散发，浑身浴血，环顾四周。\n 山风吹得血袍飘荡，如战旗般嚯嚯作响。\n 鲜红的血液，从身上数百道伤口向外涌着。只是站着一会儿，方源脚下已经积了一大滩的血水。\n 群敌环伺，早已经没有了生路。\n 大局已定，今日必死无疑。\n 方源对局势洞若观火，不过即便死亡将临，他仍旧是面不改色，神情平淡。\n 他目光幽幽，如古井深潭一般，一如既往的深不见底。\n 围攻他的正道群雄，不是堂堂一派之长者尊贵，就是名动四方之少年英豪。此时牢牢包围着方源，有的在咆哮，有的在冷笑，有的双眼眯起闪着警惕的光，有的捂着伤口恐惧地望着。\n 他们没有动手，都忌惮着方源的临死反扑。\n 就这样紧张地对峙了三个时辰，夕阳西下，落日的余晖将山边的晚霞点燃，一时间绚烂如火。\n 一直静如雕塑的方源，慢慢转身。\n 群雄顿时一阵骚动，齐齐后退一大步。\n 此刻，方源脚下的灰白山石，早已经被鲜血染成了暗红。因为失血过多而显得苍白的脸，被晚霞映照着，忽然增添了一份嫣然之光彩。\n 看着这青山落日，方源轻声一笑：“青山落日，秋月春风。当真是朝如青丝暮成雪，是非成败转头空。”\n 说这话的时候，眼前忽的就浮现出前世地球上的种种。\n 他本是地球上的华夏学子，机缘巧合穿越到这方世界。辗转颠簸三百年，纵横世间两百余年，五百多年光阴悠悠，却是晃眼即逝。\n 深埋在心底的许多记忆，在此刻鲜活起来，栩栩如生地在眼前回现着。\n “终究是失败了呀。”方源心中叹着，有些感慨，却并不后悔。\n 这种结果，他也早有预见。当初选择时，就有了心理准备。\n 所谓魔道，就是不修善果，杀人放火。天地不容，举世皆敌，还要纵情纵横。\n “若是刚炼成的春秋蝉有效，来生还是要做邪魔！”这般想着，方源情不自禁放声大笑。\n “老魔，你笑什么？”\n “大家小心，魔头死到临头要反扑了！”\n “快快交出春秋蝉！！”\n 群雄逼迫而来，恰在这时，轰的一声，方源悍然自爆。\n ……\n 春雨绵绵，悄无声息地滋润着青茅山。\n 夜已经深了，丝丝凉风吹拂着细雨。\n 青茅山却不黑暗，从山腰至山脚，闪着许多莹莹的微光，好像是披着一条灿烂的光带。\n 这些光来源于一座座高脚吊楼，虽称不上万家灯火，却也有数千的规模。\n 正是坐落在青茅山的古月山寨，给广袤幽静的山峦增添了一份浓郁的人烟气息。\n 古月山寨的最中央，是一座大气辉煌的楼阁。此时正举办着祭祀大典，因此更是灯火通明，光辉绚烂。\n “列祖列宗保佑，希望此次开窍大典中能多多涌现出资质优秀的少年，为家族增添新血和希望！”古月族长中年模样，两鬓微霜，一身素白庄重的祭祀服装，跪在棕黄色的地板上，直着上身，双手合十，紧闭双目诚心祈祷。\n 他面对着高高的黑漆台案，在台案有三层，供奉着先祖的牌位。牌位两侧摆着赤铜香炉，香烟袅袅。\n 在他的身后，也同样跪着十余人。他们穿着宽大的白色祭服，都是家族中的家老、话事人，执掌着各方面的权柄。\n 祈祷了一番后，古月族长率先弯腰，双手平摊，掌心紧紧贴着地板，磕头。额头碰在棕色的地板上，发出轻轻的砰砰声。\n 身后的家老们各个表情肃穆，也随着默默效仿。\n 一时间，宗族祠堂中尽是额头碰撞地板的轻响。\n 大典完毕，众人慢慢地从地板上站起身来，静静地走出庄严的祠堂。\n 在走廊中，众家老默默地舒了一口气，气氛为之一松。\n 议论声渐渐地起来。"
|
||
},
|
||
{
|
||
"chapter": 1,
|
||
"chunk_idx": 1,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "— Время летит так быстро, что не успеешь моргнуть — и год уже позади, — заметил один из старейшин.\n\n— Прошлая церемония открытия апертуры словно случилась вчера, до сих пор стоит перед глазами, — отозвался другой.\n\n— Завтра опять ежегодное открытие апертур. Интересно, какие новые таланты появятся в этом году? — раздался третий голос.\n\n— Эх, хоть бы на этот раз выявился юноша с задатками класса А. Уже три года в нашем клане Гуюэ не рождалось таких гениев, — вздохнул кто-то.\n\n— Верно, — согласился другой старейшина. — В деревнях Бай и Сюн в последние годы тоже появлялись одарённые дети. Особенно Бай Нинбин из деревни Бай — его талант поистине пугает.\n\nКак только прозвучало это имя, лица старейшин помрачнели.\n\nТалант этого юноши был исключительным. Всего за два года он достиг третьего ранга гу-мастера, затмив всех сверстников. Даже старшее поколение ощущало давление со стороны этой восходящей звезды.\n\nСо временем он непременно станет опорой деревни Бай, а то и вовсе выдающимся бойцом, способным постоять за себя в одиночку. Никто в этом не сомневался.\n\n— Впрочем, и среди участников завтрашней церемонии есть надежда, — заметил кто-то.\n\n— Да, в ветви Фан появился юный гений. В три месяца заговорил, в четыре — пошёл. В пять лет уже слагал стихи и песни, был не по годам смышлёным и талантливым. Жаль только, что родители его рано умерли, и теперь он живёт у дяди с тётей.\n\n— Верно, это ранняя зрелость, да ещё и с большими амбициями. В последние годы я слышал его стихи «Подношение вина», «Воспевая сливу» и «Песнь о речном городе» — настоящий талант!\n\nГлава клана Гуюэ последним вышел из родового храма, медленно прикрыл за собой дверь и услышал разговор старейшин в коридоре. Он сразу понял, что речь идёт о юноше по имени Гуюэ Фан Юань.\n\nКак глава клана, он не мог не обращать внимания на выдающихся детей. А Гуюэ Фан Юань был самым ярким среди молодёжи.\n\nОпыт подсказывал: те, кто с детства обладали феноменальной памятью или не по годам большой силой, обычно имели выдающиеся задатки для культивации.\n\n«Если у этого мальчика окажется талант класса А, при должном воспитании он вполне сможет соперничать с Бай Нинбином. Даже если задатки окажутся класса Б, в будущем он станет опорой клана Гуюэ, его знаменем. Впрочем, при такой ранней зрелости талант класса Б маловероятен — скорее всего, класс А», — подумал глава клана, и на его губах невольно появилась улыбка.\n\nЗатем он кашлянул и обратился к старейшинам:\n\n— Господа, уже поздно. Ради завтрашней церемонии прошу вас сегодня хорошо отдохнуть и набраться сил.\n\nСтарейшины переглянулись, и в их взглядах мелькнула настороженность.\n\nГлава клана говорил намёками, но все прекрасно поняли его: каждый год, когда делили талантливых детей, старейшины сражались друг с другом не на жизнь, а на смерть.\n\nЗначит, стоило хорошенько отдохнуть, чтобы завтра с новыми силами вступить в борьбу.\n\nОсобенно за Гуюэ Фан Юаня — шансы на талант класса А у него были очень высоки. К тому же его родители умерли, и он остался одним из двух последних сирот в ветви Фан. Если взять его под своё крыло и как следует воспитать, можно обеспечить процветание своей ветви на целое столетие!\n\n— Но предупреждаю заранее: боритесь честно, не прибегайте к интригам и не подрывайте единство клана. Запомните это, старейшины! — строго напомнил глава.\n\n— Как можно, — почтительно ответили те.\n\n— Непременно запомним.\n\n— Тогда мы откланяемся. Прошу вас остаться, глава клана.\n\nСтарейшины разошлись, каждый погружённый в свои мысли.\n\nВскоре длинный коридор опустел. Сквозь распахнутое окно проникал весенний ветер с дождём. Глава клана бесшумно подошёл к окну и глубоко вдохнул свежий влажный горный воздух, наполнявший грудь.\n\nС третьего этажа башни открывался вид на большую часть деревни Гуюэ.\n\nБыла глубокая ночь, но во многих домах ещё горел свет — не то что обычно.\n\nЗавтра церемония открытия апертуры, от которой зависело будущее каждого. Атмосфера возбуждения и напряжения витала над деревней, и многие не могли уснуть.\n\n— Вот она, надежда клана, — глядя на мерцающие огоньки в окнах, вздохнул глава.\n\nА в это же время другая пара ясных глаз молча взирала на те же огни, и в них читалась сложная гамма чувств.\n\n— Деревня Гуюэ... пятьсот лет назад... Значит, Весенне-осенняя цикада сработала, — тихо произнёс Фан Юань, стоя у окна и позволяя ветру и дождю хлестать по лицу.\n\nДействие Весенне-осенней цикады заключалось в обращении времени вспять. В рейтинге десяти величайших гу она занимала седьмое место — и, конечно, была не простой.\n\nПроще говоря, это перерождение.\n\n— С помощью Весенне-осенней цикады я переродился и вернулся на пятьсот лет назад! — Фан Юань протянул руку, пристально глядя на свою молодую, бледную ладонь, а затем медленно сжал кулак, с силой ощущая реальность происходящего.\n\nВ ушах шумел мелкий дождь, барабанивший по оконным рамам. Он закрыл глаза и долго стоял так, прежде чем снова открыть их и вздохнуть:\n\n— Пятьсот лет жизни... словно сон.\n\nНо он знал: это не сон.",
|
||
"source": "“时间过的真是太快了，一眨眼，一年就都过去了。”\n “上一届的开窍大典就像是昨天发生的一样，依旧历历在目呢。”\n “明日就是一年一度的开窍大典了，不知道今年会涌现出什么样的家族新血呢？”\n “唉，希望有甲等资质的少年出现。我们古月一族已经有三年没有这样的天才出现了。”\n “不错，白家寨、熊家寨这些年都有天才涌现。尤其是白家的白凝冰，天资真是恐怖。”\n 不知是谁，提及到白凝冰这个名字，众家老的脸上不由地浮现出一层忧色。\n 此子的资质极端出色，短短两年功夫，就已经修行到三转蛊师。在年轻一辈中，可谓独领风骚。甚至就连老一辈们都感觉到了这位后起之秀的压力。\n 假以时日，他必然是白家寨的顶梁柱。至少也是独当一面的强者。没有人怀疑过这一点。\n “不过今年参加开窍大典的少年里，也不是没有希望。”\n “不错，方之一脉出现了一个天才少年。三月能言，四月能走。五岁时就能作诗诵词，聪慧异常，才华横溢。可惜就是父母死的早，现在被其舅父舅母抚养着。”\n “嗯，这是有早智的，而且有大志向。近些年他创作的《将敬酒》、《咏梅》，还有《江城子》我也听说过，真是天才！”\n 古月族长最后一个走出宗祖祠堂，慢慢地关上门，便听到走廊中家老们的议论声音。\n 顿时就知道，家老们此时议论的是一位叫做古月方源的少年。\n 作为一族之长，对于那些优秀而突出的子弟自然会关注。而古月方源就是小辈当中，最为出色耀眼的一位。\n 而经验表明，往往从小就过目不忘，或者力气大如成人等等天赋异禀的人，都有优秀的修行资质。\n “若是此子测出甲等资质，好生培养，也未必不能和白凝冰抗衡。就算是乙等资质，日后定也能独当一面，成为古月一族的一面旗帜。不过他这样的早慧，乙等资质的可能性不大，极有可能就是甲等。”这一念生出，古月族长的嘴角不由地微微翘起，浮现出一抹微笑。\n 旋即，咳嗽一声，对诸位家老们道：“诸位，时候不早了，为了明日的开窍大殿，今晚请务必好好休息，保养精神。”\n 家老们听了这话，都微微一怔。看向彼此的目光中都隐藏了一丝警惕之色。\n 族长这话说的含蓄，但大家都深晓其意。\n 每年为了争夺这些天才后辈，家老们彼此之间都是争的面红耳赤，头破血流。\n 是该好好的养精蓄锐，待到明天，争上那一番。\n 尤其是那个古月方源，甲等资质的可能性非常的大。而且他双亲已经亡故，是方之一脉仅剩下的双孤之一。若是能收入自己这一脉中，好好培养，可保自己这一支百年的昌盛不衰！\n “不过，丑话先说在前头。争要堂堂正正的争，不可以动用阴谋手段，损害家族的团结。诸位家老们请牢记在心！”族长语气严肃地关照道。\n “不敢。不敢。”\n “一定牢记在心。”\n “这就告辞了，族长大人请留步。”\n 家老们满怀心思，一一散去。\n 不久，长长的走廊上就冷清下来。春雨斜风透过窗户吹拂过来，族长轻轻举步，走到窗前。\n 顿时，满口都是清新湿润的山间空气，沁人心脾。\n 这是阁楼第三层，族长放眼望去，大半个古月山寨都一览无余。\n 此刻深夜，寨中大多数人家却还有着灯火，和平时大不相同。\n 明天就是开窍大典，关乎着每个人的切身利益。一种兴奋、紧张的氛围，笼罩着族人的心，自然有很多人睡不安稳。\n “这就是家族未来的希望啊。”眼中倒映着点点灯光，族长长叹一声。\n 而此时，同样有一对清亮的眸子，静静地看着这些深夜中闪闪的灯光，满怀复杂情怀。\n “古月山寨，这是五百年前？！春秋蝉果真起作用了……”方源眼神幽幽，站在窗户旁，任凭风雨打在身上。\n 春秋蝉的作用，就是逆转时光。在十大奇蛊排名中，能名列第七，自然非同小可。\n 简而言之，就是重生。\n “利用春秋蝉重生了，回到了五百年前！”方源伸出手，目光定定地看着自己年轻稚嫩的有些苍白的手掌，然后慢慢握紧，用力感受着这份真实。\n 耳畔是细雨打在窗扉上发出的微微声响，他缓缓地闭上眼，半晌后才睁开，喟然一叹：“五百年的经历，真像是个梦啊。”\n 但他却清楚的知道，这绝不是梦。"
|
||
},
|
||
{
|
||
"chapter": 2,
|
||
"chunk_idx": 0,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "Фан Юань стоял у окна, глядя на ночной дождь. В преданиях говорилось, что в этом мире течёт река времени, поддерживающая его круговорот, а с помощью силы Весенне-осенней цикады можно было плыть против течения и вернуться в прошлое. Об этом ходили слухи, но большинство не верило в них, а некоторые лишь сомневались. Почти никто не был уверен — и неудивительно: каждый раз, используя Весенне-осеннюю цикаду, приходилось платить жизнью, принося в жертву всё тело и накопленную силу культивации. Цена была слишком высока, а самое страшное — даже отдав жизнь, нельзя было знать, сработает ли всё как надо. Даже обладая цикадой, никто не решался использовать её без крайней нужды: вдруг слухи окажутся ложью, обычным обманом?\n\nФан Юань не стал бы рисковать, если бы не оказался в безвыходном положении. Но теперь он не сомневался: перед ним был неоспоримый факт — он действительно переродился.\n\n— Жаль только этого гу, — мысленно вздохнул он. — Сколько сил было положено, чтобы его создать: десятки тысяч жизней, гнев небес, людская ненависть... Но хотя он и переродился, Весенне-осенняя цикада не последовала за ним. Возможно, это был одноразовый гу-червь, исчезающий после использования.\n\n— Впрочем, даже если она пропала, можно создать новую. В прошлой жизни получилось — неужели в этой не выйдет? — С сожалением подумав об утрате, Фан Юань вдруг ощутил прилив решимости. Перерождение стоило потери цикады, к тому же при нём оставалось сокровище, которым он не обладал прежде, — пятисотлетние воспоминания и опыт.\n\nВ его памяти хранились несметные сокровища, до которых ещё никто не добрался, великие события, позволявшие легко улавливать ход истории, образы людей — отшельников и гениев, некоторые из которых ещё даже не родились. Там был и тяжёлый опыт пятивековой культивации, и богатейшая практика сражений. Всё это давало ему преимущество, позволяло видеть общую картину. Если действовать с умом, он мог снова стать великим демоном-героем, а то и шагнуть дальше, к новым высотам.\n\n— Но как действовать? — Фан Юань быстро взял себя в руки и, глядя на дождь за окном, погрузился в размышления. Мыслей было слишком много, и вскоре он нахмурился.\n\nПятьсот лет — огромный срок. Даже если не брать в расчёт смутные воспоминания, которые уже не восстановить, одних только запомнившихся тайников с сокровищами и возможностей, связанных с бессмертными учителями, было предостаточно. Вот только большинство из них находились либо за десятки тысяч ли отсюда, либо требовали для открытия строго определённого времени.\n\n— Главное — это сила. Сейчас у меня ещё не открыто море истинной ци, я даже не вступил на путь гу-мастера, я всего лишь смертный. Нужно срочно начать культивировать, повышать уровень, опередить историю, захватить преимущество и урвать свою долю. Ведь многие сокровища не принесут пользы, если не хватит сил их освоить, — напротив, станут обузой, источником бед.\n\nПервой и главной задачей была культивация. Нужно было повысить уровень как можно быстрее. Если действовать неспешно, как в прошлой жизни, всё потеряет смысл.\n\n— Чтобы быстро набрать силу, придётся использовать ресурсы семьи. В моём нынешнем положении я не смогу путешествовать по опасным горам — даже обычный кабан может убить меня. Но если достигну третьего ранга гу-мастера, у меня появятся хотя бы базовые навыки самозащиты, и я смогу передвигаться по этому миру.\n\nДля того, кто за пятьсот лет стал великим демоном, гора Цинмао казалась крошечной, а деревня Гуюэ — настоящей клеткой. Но хотя клетка и ограничивает свободу, её крепкие стены дают защиту.\n\n— Что ж, пока придётся действовать в этих стенах. Как только достигну третьего ранга, сразу покину эти глухие места. К счастью, завтра Церемония открытия апертуры — вскоре после неё я смогу официально начать путь гу-мастера.\n\nПри мысли о церемонии в памяти Фан Юаня всплыли давно забытые воспоминания.\n\n— Ресурсы... — глядя в окно, он трижды холодно усмехнулся.\n\nВ этот момент дверь тихонько отворилась, и в комнату вошёл юноша.\n\n— Брат, почему ты стоишь под дождём? — спросил он.\n\nЮноша был худым, чуть ниже Фан Юаня, но лицом очень похож на него. Фан Юань обернулся, и на его лице мелькнуло сложное выражение.\n\n— Это ты, брат-близнец, — сказал он, слегка приподняв бровь и вернув лицу привычное равнодушие.\n\nФан Чжэн опустил голову, глядя на носки своих туфель — это был его привычный жест.\n\n— Я увидел, что окно открыто, и хотел тихонько закрыть его. Завтра же Церемония открытия апертуры, а ты так поздно не спишь. Дядя с тётей, узнав, будут волноваться.\n\nРавнодушие брата его не удивляло: с детства Фан Юань всегда был таким. Иногда Фан Чжэн думал: может, гении и впрямь должны быть не такими, как все? Хотя они с братом были очень похожи, сам он казался себе обычным, как муравей.\n\nРодились из одного чрева — почему же небеса так несправедливы? Одному дали талант, подобный алмазу, а другого оставили простым булыжником. Все вокруг, говоря о нём, называли его «братом Фан Юаня». Дядя с тётей постоянно твердили: «Учись у своего брата!» Даже глядя на себя в зеркало, он испытывал отвращение.\n\nЭти мысли копились годами, давили на сердце тяжким камнем. С годами Фан Чжэн всё ниже опускал голову и всё больше молчал.\n\n— Волнуются... — мысленно усмехнулся Фан Юань, вспомнив дядю и тётю. Он отлично помнил, как родители его нынешнего тела погибли во время семейного задания, оставив их с братом сиротами в трёхлетнем возрасте. Дядя и тётя, прикрываясь опекой, присвоили родительское наследство и обращались с ними жестоко. Как человек, перенёсшийся из другого мира, он планировал затаиться, но жизнь заставила его проявить необычные для ребёнка «таланты». На самом деле это была лишь рассудительность зрелой души да несколько строк из знаменитых стихов эпох Тан и Сун. Но даже такое небольшое проявление поразило всех, и под давлением окружающих юный Фан Юань был вынужден принять маску холодности, чтобы защитить себя и не выдать случайно свою тайну. Со временем холодность стала его привычной манерой.\n\nНо это была не любовь, а лишь расчёт. Смешно, что младший брат так и не понял правды: он не только был обманут дядей и тётей, но и затаил обиду на старшего брата. Сейчас он казался послушным и тихим, но Фан Юань помнил: когда у брата обнаружили талант класса А и семья начала усиленно его развивать, скрытая зависть и ненависть вырвались наружу — он не раз придирался к старшему брату, пытался его унизить.\n\nЧто же касалось таланта самого Фан Юаня... Хе-хе, высшим его достижением был лишь класс В.\n\nСудьба любит шутить: близнецы, но у старшего брата талант лишь класса В, а у младшего — класса А. Десять с лишним лет старший носил славу гения, а младший оставался незаметным. Результат церемонии открытия апертуры поразил всех: положение братьев полностью перевернулось. Младший вознёсся, словно дракон, пробудившийся от сна, а старший упал, как птенец феникса. После этого — придирки младшего брата, холодные взгляды дяди и тёти, презрение сородичей.\n\nНенависть? В прошлой жизни Фан Юань ненавидел — ненавидел свою слабость, безжалостность семьи, несправедливость судьбы. Но теперь, оглядываясь на всё это с высоты пятисотлетнего опыта, он не испытывал ни злобы, ни волнения.\n\nЧего злиться? Поставь себя на их место — и можно понять и младшего брата, и дядю с тётей, и даже тех праведных врагов, что осаждали его пятьсот лет спустя. Сильный пожирает слабого, выживает приспособленный — таков этот мир. У каждого свои цели, все борются за единственную нить удачи — что ж тут непонятного в том, что они пытаются подавить друг друга?\n\nПятьсот лет научили его видеть истину. В его сердце остался лишь Великий Путь Бессмертия. Если кто-то встанет у него на пути — неважно кто, — это будет битва не на жизнь, а на смерть.\n\nСлишком велики были его амбиции. Ступив на этот путь, он обрёк себя на то, что весь мир станет его врагом, обрёк на одиночество и бесконечные кровавые испытания. Таково было его прозрение, выкованное пятьюстами годами жизни.\n\n«Месть не входит в мои планы, а на пути зла нет места компромиссу». Подумав так, Фан Юань невольно усмехнулся. Он обернулся к младшему брату, бросил на него мимолётный взгляд и сказал:\n\n— Уходи.\n\nФан Чжэн вздрогнул: взгляд брата показался ему острым, как ледяной клинок, пронзающим душу насквозь. Под таким взглядом он чувствовал себя голым в снежной пустыне — ни одной тайны не утаить.\n\n— Тогда до завтра, брат, — не смея больше говорить, Фан Чжэн медленно прикрыл дверь и тихо удалился.",
|
||
"source": "第二节：逆光阴五百年觉悟\n 传说中，这个世界存在着一条光阴之河，支撑着这个世界的流转。而利用春秋蝉的力量，就能逆流而上，回到从前。\n 对这个传闻，世人众说纷纭。很多人并不相信，有些人则将信将疑。\n 几乎没有人真的确信。\n 因为每一次使用春秋蝉，都必须付出生命，将整个身躯和所有的修为统统献祭，作为驱动的力量。\n 这个代价实在太昂贵了，更让人无法接受的是——往往付出了生命，也不知道结果怎样。\n 就算是有人得到了春秋蝉，也不敢闲来无事胡乱使用。\n 万一传闻有假，只是个骗局呢？\n 若不是方源走投无路，也不会这么快就使用它。\n 不过现在，方源是彻彻底底的相信。\n 因为铁的事实摆在眼前，不容反驳。他的确是重生了！\n “只是可惜了这个好蛊，当初可是费了九牛二虎之力，屠杀了数十万人，弄得天怒人怨，千辛万苦才炼制而得……”方源心中暗叹，虽然是重生了，但是春秋蝉并没有带来。\n 人是万物之灵长，蛊是天地之精华。\n 蛊千奇百怪，数不胜数。有的蛊用一次或者两三次，就会彻底消散。而有的蛊，只要不太过度使用，就能重复利用着。\n 也许春秋蝉就是那种只能使用一次的消耗类蛊虫。\n “不过就算是没了，也可以再炼制一只。前世我能炼制，今生难道就不能吗？”可惜之后，方源的心中又不禁涌起一阵壮志豪情。\n 自己能够重生，春秋蝉的损失完全可以接受。\n 而且他还身怀珍宝，并非一无所有。\n 这个珍宝，就是他五百年的记忆和经验。\n 他的记忆中存在着许许多多的宝藏，如今还没有人开启。存在着一个个的大事件，让他能轻松掌握历史的脉络。存在着无数的人影，有些是前辈隐修，有些是天俊奇才，有些人甚至没有出生呢。还存在着这五百年来，苦修的沉重经历，丰富的战斗经验。\n 有了这些，无疑就掌握了大局和先机。只要操作的好，纵横人间，重现巨魔枭雄之风采，完全不是问题，甚至能更进一步，冲击更高之境界！\n “那么该如何操作呢……”方源十分理智，迅速收拾情怀，面对窗外的夜雨沉思起来。\n 这么一想，就觉得千头万绪。\n 思考了片刻，他的眉头越皱越深。\n 五百年的时间，实在有些漫长。不说那些已经模糊的，想不起来的记忆。就是那些记着的宝藏密地、仙师机缘，虽然很多，但大多不是间隔十万八千里，就是需要在特定的时间才能开启。\n “最关键的还是修为啊。自己如今元海未开，还没有踏上蛊师的修行之路，根本就是个凡人！必须得尽快修行，增长修为，赶在历史之前，尽可能的抢占先机，捞够好处。”\n 而且很多的密藏，修为不够，即便得到了也消化不了。反而是烫手山芋，怀璧之罪。\n 摆在方源面前的第一个难题，就是修为。\n 必须要尽快提升修为，若是像上一世慢腾腾的话，黄花菜都凉了。\n “要尽快提升修为，就必须借助家族的资源。以我现在的情况，根本就没有能力在危机重重的群山中穿梭，一头普通的山猪都能够要了我的性命。若能达到三转蛊师的修为，就有基本能力自保，在这方世界中跋山涉水了。”\n 以五百年锻炼出来的魔道巨擘的目光来看，这个青茅山真的是太小了，古月山寨更像是个牢笼。\n 不过牢笼囚禁自由的同时，坚固的牢房也往往代表着某种安全。\n “哼，短时间之内，就姑且在这牢笼里折腾拳脚吧。只要晋升蛊师三转，就离开这穷山僻壤。不过幸好，明天就是开窍大典，此后不久就能正式开启蛊师的修行。”\n 一想到开窍大典，方源心中那尘封已久的记忆就在心底浮现上来。\n “资质么……”望着窗外，他不由冷笑三声。\n 就在这时，房门被轻轻的推开，走进一位少年。\n “哥哥，你怎么站在窗边淋雨？”\n 这少年体型消瘦，比方源要稍矮一些，面容极似方源。\n 方源回头看着这个少年，脸上闪过一丝复杂之色。\n “是你啊，我的孪生弟弟。”他微微扬起眉头，表情恢复了一贯的冷漠。\n 方正低下头，看着自己的脚尖，这是他的招牌动作：“看到哥哥的窗户没有关，就想悄悄的进来关了。明天就是开窍大典，哥哥你这么晚还不休息，舅父舅母知道了，恐怕会担心的。”\n 他对方源的冷漠并不奇怪，皆因从小到大，他的哥哥一向如此。\n 有时候他会想，也许天才就是这样的非同常人吧。虽然和哥哥有着极为相似的相貌，但是自己却平凡的像个蝼蚁一样。\n 同时从一个娘胎里生出来，为什么上天就如此不公。\n\n赋予了哥哥钻石般的才情，而自己普通的就像个石子。\n 身边的每个人，提到自己，都会说“这是方源的弟弟。”\n 舅父舅母也常教育自己，要向你哥哥学习呀。\n 甚至就连自己有时候照镜子，看着自己的这张脸，都觉得有些厌恶！\n 这些念头已经有许多年了，日积月累地积压在内心深处。像是一块巨石压着心胸，这些年方正的头垂得越来越低，也越加沉默寡言。\n “担心……”想到舅父舅母，方源在心中发出一记无声的嗤笑。\n 他记得很清楚，自己这个身体的双亲因为一次家族任务，而双双陨落。在三岁的时候，就和弟弟一起成了孤儿。\n 舅父舅母就依着抚养的名义，堂而皇之地侵占了双亲的遗产，并且苛刻地对待自己和弟弟。\n 本来作为穿越众，还计划着韬光养晦。但是生活的艰辛，让方源不得不选择展露异于常人的“才华”。\n 所谓的天才，其实不过是一个成熟灵魂的理智，以及地球上几篇流芳百世的唐诗宋词罢了。\n 就是这样小试身手，也被惊为天人，受到广泛关注。外在的压力下，也让年幼的方源不得不选择冷漠的表情，来伪装保护自己，减少露馅的可能。\n 久而久之，冷漠反而成了自己的习惯表情了。\n 就这样，舅父舅母再也不好苛刻自己和弟弟，随着年龄越大，前途越被看好，待遇也跟着增加。\n 不过这并非是爱，而是一种投资。\n 可笑这个弟弟，却没看清这个真相，不仅被舅父舅母蒙蔽，还对自己埋藏着怨恨。别看他现在这样乖巧老实，记忆中被测出甲等资质后，被家族大力培育，隐藏的仇恨嫉妒都释放出来，可没少针对、刁难、打压过自己这个亲哥哥。\n 而至于自己的资质嘛……\n 呵呵，最高的只是个丙等罢了。\n 命运总是爱开玩笑。\n 一胎双胞，哥哥资质只是丙等，却独享天才之名十几年。弟弟默默无闻，反而有着甲等天资。\n 开窍的结果，让族人大跌眼镜。也让兄弟俩的处境待遇，彻底颠倒。\n 弟弟如卧龙升天，哥哥似凤雏落地。\n 其后，是来自弟弟的多番刁难，舅父舅母的冷眼，族人的轻视。\n 恨吗？\n 方源前世恨过，恨自己资质不足，恨家族无情，恨命运不公。\n 但是现在，他以五百年的人生经历，重新审视这段历程，心中却波澜不惊，没有一点恨意。\n 有什么好愤恨的呢？\n 换位思考一下，他也能理解弟弟，舅父舅母，以及五百年后那些围攻他的正派强敌。\n 弱肉强食，适者生存，本来就是这世间的本质。\n 况且人各有志，都争那天机一线，彼此间打压杀伐有什么不理解的呢？\n 五百年的经历，早就让他看透了这一切，心中唯有长生大道。\n 若是有人阻挡在他的这个追求，不管是谁，无非是你死我活罢了。\n 心中的野望太大，踏上这条路，就注定举世皆敌，就注定独来独往，就注定杀劫重重。\n 这就是五百年人生凝练的觉悟。\n “复仇不是我打算，邪魔的道路亦从没有妥协二字。”想到这里，方源不禁失笑。回过头对着这个弟弟，淡淡地看了一眼，道：“你退下罢。”\n 方正不禁心中一悸，感觉哥哥的目光如冰刃般犀利，似乎洞穿到了他内心的最深处。\n 在这样的目光下，他如赤身裸体在雪地里，没有丝毫的秘密可言。\n “那明天见，哥哥。”当下再不敢多话，方正缓缓关上房门，诺诺而退。"
|
||
},
|
||
{
|
||
"chapter": 3,
|
||
"chunk_idx": 0,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "Тук-тук, тук-тук-тук — размеренно отбивал ночной сторож деревянной колотушкой.\n\nЗвук проник в дом на сваях. Фан Юань открыл пересохшие веки и подумал: «Пятая стража».\n\nВчера он долго лежал без сна, обдумывая планы, которых накопилось немало, и в итоге проспал всего чуть больше двух часов. Тело ещё не приступило к культивации, сил не хватало, и усталость с сонливостью по-прежнему давили на душу и тело.\n\nОднако пятьсот лет жизни давно закалили в нём стальную волю. Такая малость, как желание спать, не могла его остановить.\n\nОн тут же откинул тонкое шёлковое одеяло и встал, не теряя ни секунды.\n\nОткрыв окно, обнаружил, что весенний дождь уже закончился. В лицо пахнуло свежестью — смесью запахов земли, деревьев и полевых цветов. Голова прояснилась, сонливость как рукой сняло.\n\nСолнце ещё не взошло. Небо было глубокого синего цвета, на границе сумерек и рассвета.\n\nВзгляд скользил по домам на сваях, построенным из зелёного бамбука и дерева. На фоне гор они казались тихими и тёмно-зелёными.\n\nДома на сваях — не менее двух этажей — были характерной чертой жилищ горцев. Из-за неровной каменистой местности первый этаж представлял собой массивные опоры, а второй — уже жилые помещения.\n\nФан Юань и его младший брат Фан Чжэн жили на втором этаже.\n\n— Молодой господин Фан Юань, вы проснулись? Я сейчас поднимусь, помогу умыться, — донесся снизу девичий голос.\n\nФан Юань опустил взгляд и увидел свою личную служанку Шэнь Цуй.\n\nВнешность у неё была средняя, но одета она была со вкусом: зелёное платье с длинными рукавами, штаны, на ногах — вышитые туфельки, в чёрных волосах — жемчужная шпилька. Всё в ней дышало юной жизнерадостностью.\n\nОна радостно взглянула на Фан Юаня, подхватила таз с водой и быстро поднялась по лестнице, стуча каблучками.\n\nВода была тёплой, подходила для умывания. Для полоскания рта использовали ивовый прутик, обмакнутый в снежную соль, — это очищало и отбелило зубы.\n\nШэнь Цуй нежно прислуживала ему, улыбаясь, с томлением во взгляде. Затем принялась одевать Фан Юаня, застёгивая пуговицы, и то и дело прижималась пышной грудью к его руке или спине.\n\nФан Юань оставался бесстрастным, в душе царило полное спокойствие.\n\nЭта служанка была не только глазами и ушами дяди с тётей, но и тщеславной, с холодным нравом. В прошлой жизни она сумела его обмануть, и он даже успел влюбиться в неё. Но после церемонии открытия апертуры его положение резко упало, и она тут же отвернулась, не раз бросая на него презрительные взгляды.\n\nФан Чжэн как раз вошёл в тот момент, когда Шэнь Цуй разглаживала складки на груди Фан Юаня. В его глазах мелькнула зависть.\n\nСколько лет он жил с братом, который всегда о нём заботился. У Фан Чжэна тоже был слуга, но не юная служанка, как у брата, а тучная старая нянька.\n\n«Интересно, каково это — если бы Шэнь Цуй прислуживала мне так же?» — думал Фан Чжэн, но тут же отгонял эту мысль, не решаясь додумать до конца.\n\nТётя и дядя явно благоволили Фан Юаню — это было известно всем в усадьбе.\n\nИзначально у Фан Чжэна вообще не было слуг, и только благодаря просьбе Фан Юаня ему выделили прислугу.\n\nХотя между хозяином и слугой была явная разница в статусе, Фан Чжэн в обычной жизни не смел относиться к Шэнь Цуй свысока. Всё потому, что её мать, матушка Шэнь, была правой рукой тёти, управляющей всей усадьбой, пользовалась её доверием и обладала немалым влиянием.\n\n— Хватит, не нужно больше прибираться, — нетерпеливо отстранил Фан Юань мягкую руку Шэнь Цуй.\n\nОдежда уже была расправлена, а она продолжала соблазнять.\n\nДля неё он был человеком с блестящим будущим, с высокими шансами на талант класса А. Если бы она стала его наложницей, то из служанки превратилась бы в госпожу, совершив головокружительный взлёт.\n\nВ прошлой жизни Фан Юань дал себя ослепить и даже полюбил эту девушку. Но после перерождения он видел всё насквозь, а сердце его было холоднее льда.\n\n— Можешь идти, — бросил он, даже не взглянув на Шэнь Цуй, поправляя манжеты.\n\nШэнь Цуй чуть надула губы — сегодняшняя холодность господина показалась ей странной и обидной. Она хотела было сказать что-то капризное, но смутная аура Фан Юаня сдерживала её. Несколько раз открывала рот, но в итоге лишь тихо произнесла: «Слушаюсь», — и покорно удалилась.\n\n— Ты готов? — спросил Фан Юань у брата.\n\nФан Чжэн стоял в дверях, опустив голову и глядя на носки своих туфель. Он тихо хмыкнул в ответ.\n\nНа самом деле он проснулся ещё в четвёртую стражу, не мог уснуть от волнения, встал пораньше и уже всё приготовил. Под глазами залегли тёмные круги.\n\nФан Юань кивнул. В прошлой жизни он не знал, что творилось в душе брата, но теперь всё понимал.\n\nВпрочем, сейчас это не имело значения. Он лишь коротко бросил:\n\n— Тогда пошли.\n\nБратья вышли из дома. По дороге им то и дело попадались сверстники, шедшие небольшими группами — очевидно, с той же целью.\n\n— Смотрите, это братья Фан, — донеслись до них осторожные перешёптывания.\n\n— Впереди идёт тот самый Фан Юань, который стихи сочиняет, — уточнил кто-то.\n\n— А, так это он. Лицо каменное, на других ноль внимания. И правда такой же надменный, как о нём говорят, — с кислинкой в голосе произнёс кто-то, смешивая зависть с восхищением.\n\n— Хм! Если бы ты был таким, как он, тоже бы зазнавался! — ответил другой с явным недовольством.\n\nФан Чжэн слушал всё это бесстрастно — он уже привык к таким разговорам.\n\nОпустив голову, он молча шёл за братом.\n\nНа горизонте уже разгорался утренний свет, и тень Фан Юаня падала на его лицо.\n\nСолнце постепенно поднималось, но Фан Чжэну вдруг показалось, что он идёт прямо во тьму.\n\nЭта тьма исходила от старшего брата. Возможно, всю жизнь ему не выбраться из огромной тени, которую тот на него отбрасывал.\n\nОн чувствовал, как в груди нарастает давление, даже дышать становилось тяжело. Это проклятое ощущение напоминало удушье.\n\n— Хм, такие пересуды — неудивительно, что выдающееся дерево в лесу первым встречает ветер, — холодно усмехнулся про себя Фан Юань.\n\nНе зря после того, как у него обнаружили талант класса В, он оказался в окружении врагов и долгое время терпел придирки, пренебрежение и холодное отношение.\n\nОн отчётливо слышал, как за спиной всё тяжелее дышит младший брат.\n\nТо, чего он не замечал в прошлой жизни, теперь видел с предельной ясностью — всё благодаря остроте восприятия, выкованной пятьюстами годами опыта.\n\nВдруг он подумал о дяде и тёте — они действительно умели плести интриги. Ему приставили Шэнь Цуй для личного надзора, а брату — старую няньку. Да и в быту были другие различия, всё это делалось намеренно, чтобы разжечь в младшем брате чувство несправедливости и посеять рознь между ними.\n\nЛюди боятся не бедности, а неравенства.\n\nВ прошлой жизни у него самого было мало опыта, а брат был слишком наивен, так что дяде и тёте удалось их рассорить.\n\nС момента перерождения, когда вот-вот должна была состояться церемония открытия апертуры, ситуация казалась безнадёжно запутанной. Но с мастерством и мудростью Фан Юаня, демонического гиганта, её можно было изменить.\n\nЭтого брата можно было полностью подчинить, Шэнь Цуй, простую служанку, и подавно взять в гарем. Что касается дяди и тёти, главы клана и старейшин — имелось не меньше сотни способов их приструнить.\n\n— Но я не хочу так поступать… — с лёгким вздохом подумал Фан Юань.\n\nЧто с того, что брат родной? Родственных чувств нет, он просто чужой. Отказаться — так отказаться.\n\nЧто с того, что Шэнь Цуй красива? Без любви и верности она лишь тело. В гарем? Она недостойна.\n\nЧто с того, что дядя и тётя, глава клана и старейшины? Все они лишь прохожие в жизни. Зачем тратить силы и энергию, чтобы приструнить этих случайных людей?\n\nХе-хе.\n\nЕсли они не мешают мне идти своей дорогой — пусть играют в свои игры. Я даже наступать на них не стану.",
|
||
"source": "第三节：请一边玩蛋去\n 邦、邦邦，邦、邦邦。\n 巡游的更夫，敲着有节奏的梆子。\n 声音传入高脚吊楼，方源睁开干涩的眼皮，心中暗道：“是五更天了。”\n 昨夜躺在床上思索了很久，计划安排了一大堆，算起来只睡了一个时辰多丁点。\n 这个身体还没有开始修行，精力并不旺盛，因此一阵阵的疲累困乏之意，仍旧笼罩着身心。\n 不过五百多年的经历，早就打造了方源钢铁般深沉的毅志。这点嗜睡之意，根本就算不了什么。\n 当即便推开身上的薄丝被褥，干净利落地起了身。\n 推开窗户，春雨已经停了。\n 混合着泥土、树木和野花的香味的清新湿气，顿时扑面而来。方源顿感头脑一清，昏沉的睡意被驱除了干净。\n 此时太阳还未升起，天空蓝的深沉，似暗似亮。\n 放眼望去，用绿竹和树木搭建的高脚吊楼，和群山相衬着，一片幽静苍绿之色。\n 高脚吊楼至少有两层，是山民居住屋的特有结构。因为山上崎岖不平，因此一楼是巨大的木桩，二楼才是人的居所。\n 方源和弟弟方正是住在二楼。\n “方源少爷，您醒了。奴家这就上楼来，伺候您洗漱。”就在此刻，楼下传来一个少女的声音。\n 方源低头一看，是自己的贴身丫鬟沈翠。\n 她姿容只能算上中等，但打扮得好，穿着一身绿衫，长袖长裤，脚下是绣花鞋，黑发上还有一个珍珠簪子，全身上下都散发出青春的活力。\n 她欢喜地望了一眼方源，端着一盆水，蹬蹬蹬的就上了楼。\n 水是调好的温水，用来洗脸。漱口则用柳条沾着雪盐，能净齿白牙。\n 沈翠温柔的伺候着，脸上带着笑颜，眉目含春。而后又为方源穿衣结扣，在这过程中时不时地用丰满的胸脯蹭方源的胳膊，或者后背。\n 方源面无表情，心如止水。\n 这个丫鬟不仅是舅父舅母的眼线，而且爱慕虚荣，性情薄凉。上一世曾被其蒙蔽，到了开窍大典之后，自己地位一落千丈，她顿时就翻了脸，没少给过自己白眼。\n 方正来的时候，正看到沈翠为方源抚平胸口衣衫上的褶皱，眼中不由地闪过一丝羡慕嫉妒的光。\n 这些年跟着哥哥一起生活，受方源的照顾，他也有个奴仆伺候着。不过却不是沈翠这样的年轻丫鬟，而是个体型肥肿的老妈子。\n “若是哪天，沈翠能伺候我这样，该是什么滋味？”方正心中有些想，又有些不敢想。\n 舅母舅父偏爱方源，这是府上众所周知的事情。\n 本来他都没有奴仆伺候，还是方源主动为方正要求来的。\n 虽说有着主仆的身份区别，但是平日里方正也不敢小瞧这个沈翠。皆因沈翠的母亲，就是舅母身边的沈嬷嬷，也是整个府里的管家，深受舅母之信任，有着不小的权柄。\n “好了，不用收拾了。”方源不耐地拂开沈翠的柔软小手，衣衫早就平整，沈翠更多的是在引诱。\n 对她来讲，自己前途光明，甲等资质的可能性极大，若是能成为方源的侧室，就能从奴转为主，可谓一步登天。\n 上一世方源被蒙蔽过，甚至喜欢上这个婢女。重生之后却是洞若观火，心冷似霜。\n “你退下罢。”方源看也不看沈翠，整理着自己的袖口。\n 沈翠微微撅嘴，为方源今日的不解风情感到有些奇怪和委屈。想要说什么撒娇的话，但是被方源若有若无的莫名气质震慑着，张口几次，最终说了声“是”，乖乖地退下。\n “你准备好了？”方源看向方正。\n 弟弟呆呆地站在门口，低下头看着自己的脚尖，轻轻地嗯了一声。\n 他其实四更时就醒了，紧张的睡不着，偷偷起床早早就准备好了，两个眼圈都是黑的。\n 方源点点头，弟弟心中的想法，在前世他并不清楚，不过今生他又怎么不明白？\n 但此时点破毫无意义，淡淡地吩咐着：“那就走吧。”\n 于是兄弟俩就走出了居所，一路上，碰到不少的同龄人，三三两两的，显然有着相同的目的地。\n “你们看，那是方家两兄弟。”小耳边传来小心翼翼的议论声。\n “前面走着的就是那个方源，就是那个作诗的方源。”有人强调着。\n “原来是他呀，面无表情、旁若无人的样子，果真和传闻中一样拽。”有人语气酸酸，带着嫉妒和羡慕。\n “哼，你要是能像他一样，你也可以这样拽！”有人冷哼着这样回答，隐藏着一种不满。\n 方正面无表情地听着，这样的议论声他早已习惯了。\n 他低着头，跟在哥哥的身后，默默走着。\n 此时天边已经亮起晨光，方源的影子就投在他的脸上。\n 朝阳在渐渐升起，但是方正却忽然觉得，自己正走向黑暗。\n\n这个黑暗来源于他的哥哥，也许这一辈子，自己都不能挣脱哥哥笼罩自己的巨大阴影。\n 他感到胸口传来一阵阵的压抑，甚至是呼吸不畅，这该死的感觉让他甚至联想到“窒息”这个词！\n “哼，这样的议论，果真是木秀于林风必催之。”听着耳边的议论声，方源心中冷笑着。\n 难怪在测出自己的丙等资质后，会四面环敌，很长一段时间都受着苛刻、白眼、冷遇。\n 身后弟弟方正越来越沉闷的喘息声，他也尽收耳底。\n 前世没有察觉到的，今生则是明察秋毫。\n 这都是五百年人生经历带来的敏锐洞察力。\n 他忽然想到舅父舅母，真是有些手段。给自己配了沈翠来贴身监控，给弟弟配的老嬷嬷。其实还有其他生活细节上的差别待遇。\n 这都是有意为之，就是要挑起弟弟心中的不平之气，挑拨和自己的兄弟情谊。\n 世人皆不患寡，而患不均。\n 前世自己经历太少，弟弟又太傻太天真，被舅父舅母挑拨成功。\n 重生以来，眼看着就要开窍大典，局面看似积重难返，但是以方源魔道巨擘的手段和智慧，也不是不可以改变。\n 这弟弟完全可以镇压收服，沈翠一个小小的丫头片子，更能提早收入后宫。还有舅父舅母、族长家老，敲打他们至少有数百种方案。\n “但是，我却不想这么做呀……”方源在心中悠然一叹。\n 就算是亲弟弟又如何，没有亲情可言，只是个外人罢了，舍了也就舍了。\n 就算是沈翠长得再漂亮又如何，没有爱和忠心，不过是一具肉体。收入后宫？她还不配。\n 就算是舅父舅母，族长家老又如何，都是生命中的过客，何必费尽心机，耗散精力，来敲打这些路人？\n 呵呵。\n 只要不阻碍我赶路，那就一边玩自己的蛋去，踩都不屑踩。"
|
||
},
|
||
{
|
||
"chapter": 4,
|
||
"chunk_idx": 0,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "Утреннее солнце поднялось над горой, заливая всё вокруг багряным сиянием зари.\n\nГорный туман, не слишком густой, легко рассеивался под острыми лучами, словно пронзённый клинками. Более сотни пятнадцатилетних подростков собрались перед Залом главы клана — пятиэтажным строением с загнутыми карнизами, возвышавшимся в самом центре деревни Гуюэ. Вокруг здания стояла плотная охрана, а перед ним раскинулась просторная площадь. Внутри Зала хранились поминальные таблички предков клана, здесь же жили и работали все главы клана. В дни важных церемоний или при чрезвычайных обстоятельствах здесь собирались старейшины, чтобы обсудить насущные вопросы. Это место было сердцем власти всей деревни.\n\n— Отлично, все явились вовремя, — обратился к собравшимся старейшина школы, ответственный за церемонию. Седовласый, но бодрый и энергичный, он кивнул подросткам. — Сегодня — день открытия апертуры, важнейший рубеж в вашей жизни. Не стану тратить время на долгие речи. Следуйте за мной.\n\nС этими словами он повёл их в Зал главы клана, но вместо того, чтобы подняться наверх, свернул к входу на первом этаже и начал спускаться вниз.\n\nПо вырубленным в камне ступеням они вошли в подземный грот. Подростки ахали и восхищались: сталактиты, свисавшие с потолка, переливались всеми цветами радуги — красным, оранжевым, жёлтым, зелёным, голубым, синим, фиолетовым. Их сияние отражалось на лицах юношей и девушек, окрашивая их в радужные тона.\n\nФан Юань, стоявший в толпе, молча наблюдал за происходящим. «Несколько столетий назад клан Гуюэ перебрался из Центральных земель в Южные и обосновался у горы Цинмао, — думал он. — Всё из-за подземного грота с его священным источником. Этот источник даёт огромное количество первобытных камней — основу благополучия деревни Гуюэ».\n\nПройдя несколько сотен шагов, они оказались в темноте, и вскоре до них донёсся шум воды. За очередным поворотом перед ними открылась подземная река шириной более трёх чжанов. Здесь уже не было разноцветного свечения сталактитов, но сама река излучала слабый голубоватый свет, словно Млечный Путь, струящийся в ночном небе. Вода была кристально чистой: в её глубине виднелись рыбы, водоросли и песчаное дно.\n\nНа противоположном берегу раскинулось целое море цветов — лунных орхидей, специально выращенных кланом Гуюэ. Их лепестки, похожие на полумесяцы, отливали нежным голубовато-розовым оттенком, стебли напоминали нефрит, а сердцевины сияли мягким жемчужным светом. В темноте грота цветущий берег казался огромным голубовато-зелёным ковром, усыпанным бесчисленными жемчужинами.\n\n«Лунная орхидея — корм для многих гу-червей, — знал Фан Юань. — Это цветочное поле — крупнейшая база культивации клана».\n\n— Как красиво! — воскликнул кто-то из подростков.\n\n— Да, просто великолепно, — вторили ему другие.\n\nВсе были под впечатлением, глаза горели от волнения и напряжения.\n\n— Хорошо, — заговорил старейшина. — Сейчас я буду называть имена. Тот, кого назовут, переходит реку на тот берег. Идите так далеко, как сможете, — чем дальше, тем лучше. Всё понятно?\n\n— Понятно, — хором ответили подростки. На самом деле ещё до церемонии они слышали от родных и старших, что чем дальше удастся пройти, тем выше окажется их талант и тем больших высот они смогут достичь в будущем.\n\n— Гуюэ Чэньбо, — объявил старейшина первое имя.\n\nРека, хоть и широкая, была неглубокой — вода доходила лишь до колен. Чэньбо, сохраняя серьёзное выражение лица, ступил на противоположный берег. В тот же миг он почувствовал невидимое давление, словно перед ним возникла незримая стена, мешающая движению вперёд.\n\nКогда он с трудом переставлял ноги, у его ступней среди цветов вспыхнули редкие белые огоньки. Они устремились к Чэньбо и влились в его тело. Давление тут же ослабло — незримая стена словно стала мягче. Стиснув зубы, он изо всех сил шагнул вперёд, с трудом преодолевая сопротивление. Но после трёх шагов давление вновь возросло, превратившись в непреодолимую преграду.\n\nСтарейшина вздохнул и, записывая результат, объявил:\n\n— Гуюэ Чэньбо — три шага. Нет таланта к гу-мастерству.\n\nЛицо Чэньбо побледнело. Стиснув зубы, он перешёл реку обратно. Без таланта ему суждено было остаться смертным, занять самое низкое положение в клане. Удар был слишком силён — словно разом перечеркнули все его надежды на будущее. Тело его дрожало, многие бросали на него сочувственные взгляды, но большинство следило за вторым подростком, ступившим на противоположный берег.\n\nУвы, и тот смог пройти лишь четыре шага — таланта у него тоже не оказалось.\n\nНе у всех есть способности к культивации. Обычно из десяти человек лишь пятеро могут стать гу-мастерами — это считается хорошим показателем. В клане Гуюэ этот процент выше — около шести из десяти. Всё потому, что предок Гуюэ, первый глава клана, был легендарным воином. Благодаря культивации в его крови сохранились гены, несущие силу, и все потомки клана унаследовали эту особенность.\n\nДва подряд провала заставили других старейшин, тайно наблюдавших за церемонией, помрачнеть. Даже глава клана Гуюэ, опытный и сдержанный, слегка нахмурился.\n\nВ этот момент старейшина школы назвал третье имя:\n\n— Гуюэ Мобэй!\n\n— Здесь! — звонко откликнулся долговязый подросток в холщовой одежде, выходя из толпы.\n\nОн был высоким и крепким, гораздо мощнее сверстников, в нём чувствовалась некая грубоватая сила. В два шага он пересёк реку и ступил на противоположный берег. Десять шагов, двадцать, тридцать — в него одно за другим вливались слабые сияния. Наконец, на тридцать шестом шаге он остановился, не в силах идти дальше.",
|
||
"source": "第四节：古月方源！\n 朝阳升起来，霞光烂漫。\n 山雾不是很浓，被利剑般的阳光轻易洞穿。\n 一百多位十五岁的少年，此刻汇集在家主阁前。\n 家主阁就处在山寨的正中央，高达五层，飞檐翘角，重兵把守。阁前就是广场，阁内供奉着古月先人的牌位。每代族长也都生活起居在这里面，每逢重大典礼，或者有突发大事，也会在这里召集家老们商讨议论。这是整个山寨的权利中枢。\n “很好，都准时来了。今天是开窍大典，是你们人生的重大转折点。闲话不多说了，随我来吧。”负责此行的，是学堂家老。他须发皆白，精神矍铄地领着少年们进入家主阁。\n 不过却没有上楼，而是通过一层大堂的入口，往下走。\n 顺着打造好的石梯，就进入地下溶洞。\n 少年们纷纷发出惊叹之声。地下溶洞美轮美奂，钟乳石散发着赤橙黄绿青蓝紫七色光华，这光彩映照在少年们的脸上，霓虹般绚烂。\n 方源混杂在人群中央，静静地审视这一切，心中暗暗思量：“数百年前，古月一族从中土迁徙到南疆，在这青茅山驻扎下来。就是看中了这里地下溶洞的一口灵泉。这灵泉产出大量元石，可以说是古月山寨的根基。”\n 行了数百步，却是越来越暗，并且依稀听到了水声。\n 转过转角，一条宽三丈有余的地下河，就展现在众人眼前。\n 此地钟乳石的彩光，已经彻底消失了。\n 但是黑暗中，河水却散发着淡淡的幽蓝之光，好像是夜空中的星河。\n 河水从溶洞的黑暗深处流淌过来，清澈无比，甚至可以看到里面的游鱼，水草，以及河底的沙石。\n 在河的对岸，是一片花海。\n 这是古月一族有意栽培的月兰花，花瓣如月牙，呈现出清丽淡雅的蓝粉色。花茎如玉，花心闪耀着，好像是珍珠在光下的折射出来的温润光华。\n 乍一眼看上去，在黑暗的背景中，河畔花海就好像是一大片的蓝绿地毯，点缀着数不清的珍珠。\n “月兰花，是很多蛊虫的食材。这片花海，可以说是家族最大的培养基地了。”方源对此心知肚明。\n “好美。”\n “真是漂亮呀。”\n 少年们算是开了眼界，一个个双眼放光，既兴奋又紧张。\n “好了，下面听我报名，叫到的人穿过这河，到对岸去。能走多远，就走多远，当然越远越好。都听清楚了吗？”家老此刻说着。\n “清楚了。”少年们纷纷应是。其实来之前，都听家人或者前辈们讲过，知道走的越远，代表资质越好，日后的成就也就越大。\n “古月陈博。”家老拿着名单点出第一人。\n 河水虽宽却并不深，只及少年膝盖。陈博一脸的严肃，踏上河畔花海。\n 顿时他就感觉到一股隐形的压力，好像面前有一面看不见的墙，在阻挡他前进。\n 正举步维艰之时，脚畔的花海中忽然浮起一蓬光点，光点很稀薄，呈现素白之色。\n 光辉向陈博汇集过去，并投入到他的体内。\n 陈博瞬间感觉到压力剧减。那堵无形的墙壁，忽然变得柔软起来。\n 他咬牙用力向前走，硬生生的挤进去。走了三步之后，前方的压力又大增，一如之前如墙壁一样，不能再进分毫。\n 见到此景，家老一叹，当场一边记录，一边道：“古月陈博，三步，没有蛊师资质。下一个，古月藻榭。”\n 陈博脸色顿时苍白，咬着牙，穿过河水，回到原处。没有资质，今后就只能作为一个凡人活着，在家族中也只能是最底层的地位。\n 他身躯摇摇欲坠，打击太大了，等于是扼杀了一生的希望。\n 很多人都向他投来怜悯的目光，更多的人则关注着第二位登上彼岸的少年。\n 可惜这个少年，也只能前进四步，同样没有资质。\n 并非所有人都有修行的资质，一般而言，十个人中有五人能修行，就已经不错了。在古月家族里，这个比例还要高一些，达到六人的程度。\n 这是因为古月先祖，也就是一代族长，是一位大名鼎鼎的传奇强者，因为修行的缘故导致他的血脉中隐藏着承载力量的基因。古月族人因为有着他的血脉，因此资质普遍较高。\n 连续两个没有资质的情况，让暗中关注的其他家老们都脸色难看起来，就是老成持重的古月族长，也微微蹙眉。\n 就在这时，学堂家老喊出第三个名字：“古月漠北。”\n “在！”一个身穿麻布衣衫的马脸少年，轻喝一声，越众而出。\n 他身材高大，比同龄人要粗壮得多，透着一丝彪悍气息。\n 三两步过了河，踏上对岸。\n 十步，二十步，三十步，陆续有微光投入到他的体内。\n 一直走到三十六步，终于走不动了。"
|
||
},
|
||
{
|
||
"chapter": 4,
|
||
"chunk_idx": 1,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "Юноши на другом берегу застыли с открытыми ртами, а школьный старейшина радостно воскликнул:\n\n— Отлично, Гуюэ Мобэй! Класс Б! Подойди сюда, дай-ка проверить твоё море истинной ци.\n\nГуюэ Мобэй вернулся к старейшине. Тот положил руку ему на плечо, закрыл глаза и сосредоточился, проверяя. Затем убрал ладонь, кивнул и сделал запись:\n\n— Гуюэ Мобэй. Море истинной ци — шесть и шесть десятых. Достоин всяческой поддержки.\n\nРесурсы делились на четыре класса: А, Б, В и Г — от высшего к низшему.\n\nЮноша класса Г за три года обучения мог достичь первого ранга и стать опорой клана. Обладатель класса В за два года обычно достигал второго ранга и становился его опорой. Класс Б требовал особого внимания: таких готовили на роль будущих старейшин, и за шесть-семь лет они могли достичь третьего ранга. Что же до класса А — даже один такой талант был подарком судьбы для всего клана. Его пестовали, щедро выделяли ресурсы, и лет за десять он мог достичь четвёртого ранга, а значит, претендовать на пост главы клана.\n\nСтало быть, Гуюэ Мобэй, вырасти он, стал бы старейшиной рода Гуюэ. Неудивительно, что школьный старейшина радостно рассмеялся, а остальные старейшины, тайком наблюдавшие за происходящим, облегчённо вздохнули и один за другим бросили завистливые взгляды на одного из них.\n\nЭто был Гуюэ Мочэнь — дед Гуюэ Мобэя, с лицом, напоминавшим лошадиную морду. Улыбка уже давно играла на его губах, и теперь он бросил вызов своему давнему сопернику:\n\n— Ну что, внук у меня неплох, а, Гуюэ Чилянь?\n\nСтарейшина Гуюэ Чилянь, рыжеволосый, лишь холодно фыркнул, не удостоив его ответом. Лицо его потемнело от досады.\n\nПрошёл час, и половина юношей уже ступила на цветочное поле. Среди них оказалось немало обладателей классов В и Г, но почти половина не показала никаких способностей.\n\n— Увы, кровная линия слабеет, — с горечью вздохнул глава клана. — В последние годы в роду не появилось сильных мастеров четвёртого ранга, чтобы укрепить её. Четвёртый глава рода был единственным мастером пятого ранга, но погиб вместе с Монахом Цветочного Вина, не оставив потомства. Молодёжь наша становится всё слабее...\n\nВ этот миг школьный старейшина выкрикнул:\n\n— Гуюэ Чичэн!\n\nУслышав это имя, старейшины разом повернулись к Гуюэ Чиляню — ведь это был его внук.\n\nГуюэ Чичэн был невысок, с рябым лицом, сжимал кулаки, весь в поту и выглядел до крайности напряжённым. Он ступил на противоположный берег, и светящиеся точки одна за другой устремились в его тело. Пройдя тридцать шесть шагов, он остановился.\n\n— Ещё один класс Б! — воскликнул школьный старейшина.\n\nЮноши заволновались, бросая на Гуюэ Чичэня завистливые взгляды.\n\n— Ха-ха-ха! Тридцать шесть шагов! Тридцать шесть! — Гуюэ Чилянь громко расхохотался, вызывающе глядя на Гуюэ Мочэня.\n\nНа этот раз лицо Гуюэ Мочэня потемнело, словно налившись свинцом.\n\n— Гуюэ Чичэн... — пробормотал Фан Юань, задумчиво поглаживая подбородок.\n\nОн помнил, как сам был строго наказан кланом за мошенничество на церемонии открытия апертур. На самом деле его класс был лишь В, но дед, Гуюэ Чилянь, подделал результаты, создав видимость класса Б.\n\nУ Фан Юаня в голове было десятки способов обмануть систему — некоторые даже надёжнее, чем тот, что использовал Гуюэ Чичэн. Покажи он класс Б или А, клан вложился бы в него по полной. Но, во-первых, после перерождения времени на подготовку у него не было, а во-вторых, даже если бы обман удался, скорость культивации всё равно выдала бы его.\n\nС Гуюэ Чичэнем же всё было иначе: его дед, Гуюэ Чилянь, один из двух самых влиятельных старейшин клана, мог прикрыть его. Он всегда враждовал с Гуюэ Мочэнем, и эти двое возглавляли крупнейшие фракции в роду. Чтобы подавить соперника, Гуюэ Чиляню нужен был внук с выдающимися способностями. Именно благодаря его поддержке Гуюэ Чичэнь и мог скрывать правду — если бы не тот несчастный случай, обман так и не раскрылся бы.\n\nВ глазах Фан Юаня мелькнул хитрый блеск. Как использовать это обстоятельство с максимальной выгодой? Разоблачить на месте? Клан наградил бы его, но это означало бы нажить могущественного врага в лице Гуюэ Чиляня — неприемлемо. Шантажировать? Пока он слишком слаб, это лишь навлечёт беду.\n\nОн всё ещё размышлял, когда школьный старейшина вдруг выкрикнул его имя:\n\n— Гуюэ Фан Юань!",
|
||
"source": "少年们隔岸看得目瞪口呆，学堂家老欢喜得大叫起来：“好，古月漠北，乙等资质，来这里，让我看看你的元海。”\n 古月漠北便又回到学堂家老的身边，后者伸出手，搭在少年的肩膀，闭目凝神探查了一番，便收回手，点点头，在纸上记录起来：“古月漠北，元海六成六，可大力栽培。”\n 这资质从上到下，分甲乙丙丁四等。\n 一位丁等资质的少年，培养个三年，就能晋升成一转的资深蛊师，成为家族的基石。\n 一位丙等资质的少年，培养两年，大多都能成为二转的蛊师，成为家族的中坚存在。\n 一位乙等资质，就要呵护了。往往要作为未来的家老培养，六七年的功夫，能成为三转蛊师。\n 至于甲等资质，哪怕出现一位，都是整个家族的幸运。要细心关照，倾斜资源，十年左右就能成为四转蛊师，到那时便能竞争族长之位！\n 也就是说，这古月漠北只要成长起来，就是今后古月一族的家老。难怪学堂长老喜得哈哈一笑，而暗中关注的众家老们都统统舒了一口气，而后又纷纷向其中一位家老投去羡慕的目光。\n 这家老也是一副马脸，正是古月漠北的爷爷古月漠尘。他脸上早已经荡漾起笑意，又挑衅地看了一眼自己的老对头：“怎么样，我的孙儿不差吧，古月赤练。”\n 家老古月赤练一头红发，此时冷哼一声，并未答话，脸色阴沉得很是难看。\n 半个时辰之后，已有一半少年踏足过花海，涌现了不少丙等、丁等的资质，当然毫无资质的占了几乎一半。\n “唉，血脉越来越稀薄，加上这些年来，家族也没有出现几位四转强者，来增强血脉。四代族长是唯一的五转强者，结果却和花酒行者同归于尽，没有留下血脉后裔。古月一族后辈的资质是越来越弱了。”族长深深的叹息着。\n 就在这时，学堂家老喊道：“古月赤城。”\n 听到这个名字，家老们纷纷看向古月赤练，这是古月赤练的孙子。\n 古月赤城身材矮小，满脸麻子，捏着拳头，满脸出汗，显得特别的紧张。\n 他踏上对岸，光点纷纷投入他的体内，一连走到三十六步，这才停步。\n “又一个乙等！”学堂家老叫喊着。\n 少年们骚动起来，纷纷向古月赤城投来羡慕的目光。\n “哈哈哈，三十六步，三十六步！”古月赤练大叫着，示威地瞪着古月漠尘。\n 这次轮到古月漠尘脸色铁青了。\n “古月赤城么……”人群中，方源若有所思的摩挲着下巴。\n 记忆中，他因为在开窍大典中作弊，而受到了族中的严厉惩罚。\n 事实上，他的资质只有丙等，但是他的爷爷古月赤练为他作假，因此有了乙等资质的假象。\n 其实要作弊，方源心中有数十种方案，有些方案比古月赤城的更加完美。若是表现出乙等，或者甲等的资质，必然受到家族的大力栽培。\n 但是一来，方源重生的时间太短，以他的境况难以准备作弊手段。\n 二来，就算是作弊成功，日后修行时的速度是掩盖不住的，照样会露相。\n 而这个古月赤城却不一样，他的爷爷就是古月赤练，是家族中权势最重的两个家老之一，能够为他遮掩。\n “古月赤练一直和古月漠尘敌对，这两个家老是家族中最大的两派势力。为了打压对手，他需要自己的孙子资质出众。也正是因为他在背后掩护，古月赤城才能够隐瞒一时。记忆中要不是那场意外，也不会暴露。”\n 方源眼中闪烁着精芒，思量着该怎么利用这点来谋夺最大的利益呢？\n 当场揭露，虽然会得到家族的一点奖赏，但是却会得罪位高权重的古月赤练，绝不可取。\n 短时间之内，也不能敲诈勒索。因为实力太低，反而会自取其祸。\n 正思量着，忽然听到学堂家老叫出自己的名字：“古月方源！”"
|
||
},
|
||
{
|
||
"chapter": 5,
|
||
"chunk_idx": 0,
|
||
"snapshot_id": "e71b99087601de811826790fa619154d05914f4c3540a3bee8d1e2b304a1e3f3",
|
||
"disposition": "ok",
|
||
"final_text": "В одно мгновение вокруг воцарилась тишина, и бесчисленные взгляды устремились на Фан Юаня.\n\n— Всё интереснее и интереснее, — усмехнулся он про себя.\n\nНа глазах у всех он перешёл реку вброд и ступил на противоположный берег. Тотчас же его окутало давление — оно исходило от духовного источника в глубине цветочного моря, где рождалась первозданная ци. Из-за её чрезмерной плотности и насыщенности и возникало это гнетущее ощущение.\n\nНо едва Фан Юань сделал первый шаг, как из цветов у его ног взметнулись светящиеся точки. Они закружились вокруг него, окутали с головы до пят, а затем одна за другой устремились внутрь его тела.\n\n— Вот оно, гу Надежды, — прошептал Фан Юань.\n\nХотя ответственный за испытание ничего не объяснял, он знал это наверняка. Каждая из этих светящихся точек была гу — гу по имени Надежда.\n\nСуществует древнее предание о гу Надежды.\n\nГоворят, когда мир только-только обрёл форму, он был диким и необузданным, кишел хищными зверями. И появился первый человек — Жэнь Цзу. Он питался сырой пищей, жил в постоянной нужде. Особенно досаждала ему стая зверей по имени Беды — им нравился запах Жэнь Цзу, и они мечтали его съесть.\n\nУ Жэнь Цзу не было тела, крепкого, как скала, не было острых клыков и когтей — как же он мог сражаться с Бедами? Источники пропитания были ненадёжны, дни напролёт он скрывался, балансируя на самом дне пищевой цепочки, и едва сводил концы с концами.\n\nИ вот однажды к нему явились три гу и сказали:\n\n— Если ты отдашь нам свою жизнь, мы поможем тебе пережить трудные времена.\n\nЖэнь Цзу некуда было деваться, и он согласился.\n\nСначала он отдал гу свою юность — самое крупное из трёх гу даровало ему силу. С её помощью жизнь Жэнь Цзу начала налаживаться: у него появился стабильный источник пищи, он научился защищаться. Он был отважен и жесток в бою, одолел множество Бед. Но вскоре понял, что сила — не панацея: ей тоже нужен отдых и восстановление, её нельзя растрачивать бездумно. К тому же против целой стаи Бед его сил было явно недостаточно.\n\nЖэнь Цзу крепко задумался и решил отдать гу свои лучшие годы — зрелость. Так второе гу наделило его мудростью. Обретя её, он научился размышлять и анализировать, накапливать опыт. Он понял, что во многих случаях мудрость действеннее силы. Опираясь на силу и мудрость, он покорил цели, которые прежде были ему не по зубам, убил ещё больше Бед. Он ел их мясо, пил кровь и упорно выживал.\n\nНо счастье длилось недолго — Жэнь Цзу начал стареть, дряхлеть на глазах. Ведь он отдал гу Силы и гу Мудрости свою юность и зрелость. Когда человек стареет, мышцы слабеют, ум тускнеет.\n\n— Человек, что ты можешь дать нам ещё? — заметив это, гу Силы и гу Мудрости покинули его без сожаления.\n\nЛишившись силы и мудрости, Жэнь Цзу снова попался на глаза Бедам и оказался в окружении стаи. Он был стар, не мог бежать, зубы выпали, даже дикие плоды и коренья не мог разжевать. Бессильно рухнув на землю, он смотрел на плотное кольцо Бед вокруг себя, и в душе его царило отчаяние.\n\nВ этот миг третье гу обратилось к нему:\n\n— Человек, отдай мне себя — и я выведу тебя из беды.\n\nЖэнь Цзу ответил сквозь слёзы:\n\n— Гу, что ещё у меня осталось? Гу Силы и гу Мудрости покинули меня. У меня осталась только старость. По сравнению с юностью и зрелостью она ничего не стоит, но если я отдам её тебе, моя жизнь оборвётся в тот же миг. Сейчас я хоть и окружён Бедами, но ещё жив. Я хочу прожить ещё немного — пусть даже секунду. Так что уходи, я больше не могу тебя питать.\n\nНо гу возразило:\n\n— Из трёх гу мои требования самые скромные. Человек, отдай мне лишь своё сердце — и всё.\n\n— Тогда я отдаю тебе своё сердце, — сказал Жэнь Цзу. — Но что ты можешь дать мне? Даже если гу Силы и гу Мудрости вернутся ко мне сейчас, они ничего не изменят.\n\nПо сравнению с гу Силы это гу было самым хрупким — всего лишь крошечная светящаяся точка. По сравнению с гу Мудрости — самым тусклым, излучающим лишь слабый белый свет, лишённым всякого великолепия.\n\nНо стоило Жэнь Цзу отдать этому гу своё сердце, как оно вспыхнуло ослепительным светом. Беды в ужасе завопили:\n\n— Это гу Надежды! Бежим! Мы, Беды, больше всего боимся надежды!\n\nСтая Бед в панике бросилась врассыпную.\n\nЖэнь Цзу застыл в изумлении. С того дня он усвоил урок: столкнувшись с бедой, отдай сердце надежде.\n\nТем временем поток гу Надежды уже проник в тело Фан Юаня. Под воздействием внешнего давления они устремились к животу, скопившись на три цуня ниже пупка и самопроизвольно свернувшись в клубок. Давление немного ослабло, и Фан Юань шагнул вперёд. С каждым шагом из цветочного моря вылетали всё новые гу Надежды, вливались в его тело и присоединялись к светящемуся сгустку. Тот становился всё больше и ярче.\n\nОднако ответственный за испытание на противоположном берегу нахмурился.\n\n— Гу Надежды маловато, — заметил он.\n\nМногие старейшины, тайно наблюдавшие за Фан Юанем, невольно помрачнели. Глава клана тоже нахмурился — это было совсем не похоже на проявление таланта класса А.\n\nФан Юань продолжал идти, преодолевая давление.\n\n— Менее десяти шагов — отсутствие предрасположенности к культивации. От десяти до двадцати — класс Г. От двадцати до тридцати — класс В. От тридцати до сорока — класс Б. От сорока до пятидесяти — класс А. Пока что я прошёл двадцать три шага.\n\n— Двадцать четыре... двадцать пять... двадцать шесть... двадцать семь, — считал он про себя. На двадцать седьмом шаге в животе, между почками, словно что-то взорвалось — световой сгусток достиг предела и разлетелся вспышкой.\n\nВзрыв произошёл внутри тела Фан Юаня, и никто извне не мог его заметить. Только он сам в одно мгновение ощутил нечто невероятное, потрясающее до глубины души.\n\nВ тот же миг по телу пробежали мурашки, поры сжались, а дух напрягся, словно тетива натянутого лука. В следующий миг голова будто опустела, тело обмякло, словно он парил в облаках. Сердце отпустило, мурашки исчезли, поры раскрылись — и по телу проступила лёгкая испарина.\n\nВесь процесс занял считанные мгновения — пришёл внезапно и так же внезапно ушёл.\n\nФан Юань потерял сознание лишь на миг, а затем пришёл в себя. Он сосредоточился и заглянул внутрь себя — и обнаружил, что ниже пупка, между почками, открылась апертура.\n\nОткрытие апертуры свершилось!\n\nВот она — надежда на бессмертие!",
|
||
"source": "第五节：人祖三蛊，希望开窍\n 霎时间，周围一静，无数道目光向自己投射而来。\n “真是越来越精彩了。”方源在心底笑了笑，众目睽睽之下，他淌过河水，踏上对岸。\n 顿时，他就感到一层压力。\n 这压力来自于花海深处的灵泉，灵泉产生元气，因为元气太过于浓郁充沛，便导致了压力。\n 但是很快，从方源脚边的花丛中，就升腾起一阵光点。\n 光点飘摇，笼罩住方源的全身，最后悉数投入到他的体内。\n “这就是希望蛊了。”方源心中喃喃。负责人虽然没有说明，但他知道的很清楚。\n 这每一个光点，都是一只蛊。\n 蛊名为希望。\n 有一个最古老的传说，就是说的希望蛊。\n 传说，这个世界刚刚形成的时候，一片蛮荒，野兽横行，出现了第一个人类，名字叫人祖。他茹毛饮血，生活十分困难。\n 尤其是还有一群野兽，名字叫困境，特别喜欢人祖的味道，想要吃掉他。\n 人祖没有山石般强硬的身躯，没有野兽的利齿爪牙，怎么和这群叫做困境的野兽争斗呢？他的食物来源很不稳定，整天东躲西藏，处在大自然食物链的低端，几乎就要生活不下去了。\n 这个时候，有三头蛊，主动找上门来，对人祖说：“只要你用你的生命来供养我们，我们就帮助你渡过难关。”\n 人祖走投无路，只好答应了这三头蛊。\n 他先用自己的青春少年，供养了三只蛊中最大的那只，那只蛊带给了他力量。\n 靠着力量，人祖的生活开始改善了，他开始有稳定的食物来源，有能够自保的力量。他好勇斗狠，击败了很多困境。但很快就吃了苦头。最后他发现，力量不是万能的，它也需要恢复和修养，不能随意挥霍。\n 而且对于整个困境兽群来讲，他一个人的力量实在太小了。\n 人祖痛定思痛，决定用自己最年富力强的中年，来供养三只蛊中最美丽的那只。\n 于是，第二只蛊带给了他智慧。\n 人祖有了智慧，学会了思考和反省，并开始累积经验。他发现很多时候运用智慧，比运用力量更有效果。靠着智慧和力量，他一度征服了许多先前无法征服的目标，击杀了更多困境。并吃困境的肉，喝困境的血，以此顽强的生存下去。\n 但好景不长，人祖老了，越来越老。\n 这是因为，他把少年和中年，都供奉给了力量蛊和智慧蛊。\n 人一老，肌肉就萎缩，脑筋也转不快了。\n “人啊，你还能带给我们什么呢，你再没有什么能供奉我们的东西了。”力量蛊和智慧蛊发现了这点后，都绝情地离开了。\n 人祖丢失了力量和智慧，又被困境发现，陷入了兽群的包围。他老了，已经跑不动了，牙齿也脱落光了，连野果野菜都嚼不动。\n 他无力地瘫倒在地上，周围是密密麻麻的困境，他心中全是绝望。\n 就在这个时候，第三蛊对他说：“人啊，你供奉我吧，我能让你脱离困境。”\n 人祖流着泪道：“蛊啊，我还能有什么呢？你看，力量蛊和智慧蛊都抛弃我了。而我只剩下了老年。相比较少年，和中年，老年虽然不值一提，但如果我把老年都供奉给你，我的生命也就会立刻完结。我现在虽然被困境包围了，但是一时半刻也不会死。我还想多活一些时间，哪怕是一秒钟也好。所以你走吧，我已经无法供奉你了。”\n 那蛊却说：“在三只蛊中，我的要求最小了。人啊，你只要把心交给我，就可以了。”\n “那我就把心交给你好了。”人祖道，“但是蛊啊，你能带给我什么呢？现在这个绝境，哪怕是力量蛊和智慧蛊重新回到我的身边，也改变不了啊。”\n 和力量蛊相比，这只蛊身躯最孱弱，只是一个小小的光点。和智慧蛊相比，这只蛊最黯淡，只能发出微弱的白光，一点都不华美绚丽。\n 但是当人把心交给了这只蛊后，这只蛊忽然绽放出无限的光明，在这光明中，困境们惊恐地大叫：“这是希望蛊，快撤，我们困境最怕希望了。”\n 困境兽群顿时仓皇而退。\n 人祖目瞪口呆，从那一刻起，他知道了——面对困境，就把心交给希望。\n 而此时，希望蛊汇成一束光流，已经进入了方源体内。\n 因为外界的压力，它们很快汇集到方源的腹部，在肚脐下三寸处，自发地团成一团。\n 方源顿时感到压力稍减。\n 他迈开步伐，继续前行。\n 每走一步，都会有陆续的希望蛊从花海中飞腾而出，投入他的身体，加入光团。\n 光团越来越大，越来越亮。\n 但是隔岸的负责人却皱起了眉头。\n “这希望蛊的数量，似乎有些少啊。”一直暗中关注着方源的很多家老，看到此景，都不由地心中一沉。\n 族长也皱起眉头，这绝不是甲等资质该有的气象！\n\n方源顶着压力，继续往前走。\n “十步以下，是没有修行资质。十步到二十步之间，是丁等资质。二十步到三十步之间，是丙等资质。三十步到四十步，是乙等资质。四十步到五十步，是甲等。到目前为止，我已经走了二十三步。”\n “二十四、二十五、二十六……二十七。”方源心中默默地数着，到了二十七步时，就仿佛听见轰的一声，腹部两肾中间的光团积蓄到了极限，突然猛地一炸。\n 这一炸，只发生在方源体内，外人根本察觉不出，只有方源在刹那间感到一种惊天动地的玄妙。\n 霎时，他全身汗毛乍立，毛孔紧闭，心神如猛地拉开的弓弦，骤然张紧。\n 旋即，脑海忽然一空，整个身躯软绵绵地，好像是坠入了云巅。心弦由此放松，汗毛扶顺，全身所有毛孔都张开。\n 一下子，全身就出了一层微汗。\n 这个过程，说起来有些长，其实特别的短暂。来的快，去的也极为突然。\n 方源失神只是一瞬，就回过了神。\n 他暗中凝神往体内一探，就发现腹部肚脐以下，两肾中央凭空出现了一窍。\n 开窍成功了！\n 这就是长生的希望！！"
|
||
}
|
||
]
|
||
}
|