411 lines
95 KiB
Text
411 lines
95 KiB
Text
=== DEEPSEEK-PRO ARM START 2026-07-23T19:56:20Z ===
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.614Z level=WARN msg="glossary approved dst-collisions (B2: two source terms share one Russian surface — the reader cannot tell them apart)" collisions="dst \"культивация\" ← 修炼, 修行" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.614Z level=INFO msg="glossary materialized" book=guzhenren-rerun2 entries=60 memory_version=1832bad1650f trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.615Z level=INFO msg="book run started" book=guzhenren-rerun2 chapters=5 chunks=10 stages=2 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.617Z level=INFO msg="draft wave started" snapshot=4ed6cdd97fae chunks=10 workers=4 draft_stages=1 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.620Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=2 chunk=1 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=1 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.622Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=1 chunk=0 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=0 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.622Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=2 chunk=0 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.622Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=1 chunk=1 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=1 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.623Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=4 chunk=0 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=0 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.623Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=3 chunk=1 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=3 chunk=1 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.624Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=4 chunk=1 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=1 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.624Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=5 chunk=0 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=5 chunk=0 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.624Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=3 chunk=0 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=3 chunk=0 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:20.625Z level=INFO msg="stage resolved from chunk_status" stage=draft chapter=5 chunk=1 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=5 chunk=1 stage=draft role=translator
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.013Z level=INFO msg="bank-mining: empty delta, auto-continuing to the edit wave" book=guzhenren-rerun2 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.013Z level=INFO msg="edit wave started" snapshot=d769c9f7d51d units=7 workers=4 edit_stages=1 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.014Z level=WARN msg="job re-pinned to new snapshot (--resnapshot)" stage=edit old=211b6aac48ea new=d769c9f7d51d trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.014Z level=WARN msg="job re-pinned to new snapshot (--resnapshot)" stage=edit old=211b6aac48ea new=d769c9f7d51d trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=1 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.015Z level=WARN msg="job re-pinned to new snapshot (--resnapshot)" stage=edit old=211b6aac48ea new=d769c9f7d51d trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=3 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.015Z level=WARN msg="job re-pinned to new snapshot (--resnapshot)" stage=edit old=211b6aac48ea new=d769c9f7d51d trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.015Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.008653 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.016Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.008575 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=1 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.016Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.009242 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=3 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:21.016Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.009741 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:57.223Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.004368 latency_ms=35324 disposition=flagged reason=sanitizer_stripped trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:57.223Z level=WARN msg="stage flagged" stage=edit chapter=1 chunk=0 reason=sanitizer_stripped attempts=1 cum_cost_usd=0.004368 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:57.225Z level=WARN msg="job re-pinned to new snapshot (--resnapshot)" stage=edit old=211b6aac48ea new=d769c9f7d51d trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:56:57.226Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.008710 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:01.011Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.004461 latency_ms=39117 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=1 chunk=1 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:01.015Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.008519 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=1 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:05.249Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.006189 latency_ms=43351 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=3 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:05.254Z level=WARN msg="job re-pinned to new snapshot (--resnapshot)" stage=edit old=211b6aac48ea new=d769c9f7d51d trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=5 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:05.255Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=0 max_tokens=8000 escalation=false estimate_usd=0.009015 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=5 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:27.321Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.004133 latency_ms=29208 disposition=flagged reason=sanitizer_stripped trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:27.322Z level=WARN msg="stage flagged" stage=edit chapter=4 chunk=0 reason=sanitizer_stripped attempts=1 cum_cost_usd=0.004133 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:38.565Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.003718 latency_ms=36668 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=4 chunk=1 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:47.009Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.004591 latency_ms=39985 disposition=flagged reason=sanitizer_stripped trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=5 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:47.009Z level=WARN msg="stage flagged" stage=edit chapter=5 chunk=0 reason=sanitizer_stripped attempts=1 cum_cost_usd=0.004591 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=5 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:56.036Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=0 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.009753 latency_ms=92384 disposition=flagged reason=length trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:56.036Z level=WARN msg="stage flagged, regenerating with a larger budget" stage=edit chapter=2 chunk=0 attempt=0 reason=length next_max_tokens=16000 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:57:56.037Z level=INFO msg="calling model" model=deepseek-v4-pro attempt=1 max_tokens=16000 escalation=false estimate_usd=0.016701 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:58:39.147Z level=INFO msg="attempt completed" stage=edit attempt=1 model=deepseek-v4-pro cost_usd=0.003341 latency_ms=42223 disposition=ok reason="" trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b book=guzhenren-rerun2 chapter=2 chunk=0 stage=edit role=editor
|
||
time=2026-07-23T19:58:39.152Z level=INFO msg="book run finished" book=guzhenren-rerun2 units=7 flagged=3 run_usd=0.040555 trace_id=2e6029d380fb1cb2d2342acf8344f45b
|
||
=== CHAPTER 1 CHUNK 0 — flagged(sanitizer_stripped) ===
|
||
[FLAG sanitizer_stripped — leak cleaned, exported cleaned, verify] ↓
|
||
:
|
||
|
||
— Фан Юань, покорно отдай Весенне-осеннюю цикаду, и я дарую тебе быструю смерть!
|
||
— Старый демон Фан, не смей и помышлять о сопротивлении! Сегодня все праведные школы объединились, дабы стереть с лица земли твоё логово. Здесь давно расставлены небесные сети и земные силки, на сей раз ты непременно лишишься головы!
|
||
— Фан Юань, проклятый изверг! Ради создания Весенне-осенней цикады ты загубил тысячи и тысячи жизней. Твои злодеяния чудовищны, нет им прощения, и не хватит бамбука, чтобы их перечислить!
|
||
— Демон! Триста лет назад ты обесчестил меня, отнял мою чистоту, убил всю мою семью и истребил весь мой род. С той самой минуты я мечтал съесть твою плоть и выпить твою кровь! Сегодня я заставлю тебя молить о смерти!
|
||
|
||
Фан Юань стоял в изорванном зелёном халате, с распущенными волосами, весь в крови, и оглядывался вокруг. Горный ветер трепал окровавленный халат, отчего тот хлестал, словно боевое знамя. Алая кровь сочилась из сотен ран по всему телу. Стоило ему замереть на миг, как у ног уже натекла целая лужа крови. Враги обступили его со всех сторон, и путей к спасению не осталось. Исход был предрешён, сегодня смерть неизбежна.
|
||
|
||
Фан Юань прекрасно осознавал положение, но даже перед лицом гибели лицо его оставалось бесстрастным, а выражение — спокойным. Его взгляд был тёмным и глубоким, точно воды древнего колодца, — как и всегда, непроницаемым. Окружившие его праведные герои были либо почтенными главами школ, либо прославленными юными дарованиями. Они плотным кольцом сжимали тиски: одни ревели, другие холодно усмехались, третьи злобно щурились, сверкая настороженными взглядами, четвёртые, зажимая раны, с ужасом смотрели на него. Однако никто не нападал — все опасались предсмертной атаки Фан Юаня.
|
||
|
||
Так в напряжённом противостоянии прошло три часа. Солнце клонилось к западу, и его прощальные лучи подожгли вечерние облака над горами, отчего те на миг вспыхнули ослепительным пламенем. Всё это время Фан Юань стоял неподвижно, словно изваяние, но вот он медленно повернулся. Толпа героев мгновенно заволновалась и отпрянула на целый шаг. Серо-белые скалы у ног Фан Юаня давно пропитались кровью и стали тёмно-алыми, а его лицо, побледневшее от потери крови, озарённое закатным светом, вдруг обрело нежное сияние.
|
||
|
||
Глядя на синие горы и заходящее солнце, Фан Юань тихо усмехнулся:
|
||
— Синие горы, закатное светило, осенняя луна и весенний ветер… Воистину, утром — пряди чёрные, к вечеру — снегом убелённые. Что истина, что ложь, успех или провал — оглянешься, и всё пустота.
|
||
|
||
Пока он говорил, перед его глазами вдруг пронеслись картины из прошлой жизни на Земле. Когда-то он был школяром из Поднебесной, но по воле случая перенёсся в этот мир. Триста лет скитаний и невзгод, больше двух столетий странствий по свету — пятьсот с лишним лет протекли в одно мгновение. Многие воспоминания, глубоко погребённые в сердце, ожили в этот миг и ярко, отчётливо встали перед мысленным взором.
|
||
|
||
«В конце концов, я потерпел неудачу», — вздохнул Фан Юань в душе, испытывая некоторую грусть, но ни капли сожаления. Такой исход он предвидел и раньше, и, делая свой выбор, был внутренне готов к нему. Каков он есть — путь демона: не творить добра, а убивать и грабить, быть гонимым небом и землёй, иметь врагами весь свет, но всё так же давать волю страстям и идти наперекор всему.
|
||
|
||
«Если только что созданная Весенне-осенняя цикада подействует, в следующей жизни я вновь стану злым демоном!» — подумав так, Фан Юань невольно расхохотался во весь голос.
|
||
|
||
— Старый демон, чего ты смеёшься?
|
||
— Берегитесь! Демон на пороге смерти готовит последний бросок!
|
||
— Живо отдай Весенне-осеннюю цикаду!!
|
||
|
||
Толпа героев надвинулась на него, но именно в этот миг раздался грохот — Фан Юань решительно взорвал себя.
|
||
|
||
...
|
||
|
||
Весенний дождик моросил, беззвучно орошая гору Цинмао. Ночь была уже глубока, лёгкий ветерок овевал мелкие капли. Однако на горе Цинмао не царила тьма: от подножия до середины склона мерцало множество тусклых огоньков, отчего гора казалась опоясанной искрящейся лентой. Этот свет исходил от высоких свайных домов, и хоть картина не тянула на «десять тысяч огней», поселение насчитывало несколько тысяч дворов. То была как раз расположенная на горе Цинмао деревня Гуюэ, что придавала безбрежным и безмолвным горным хребтам дух человеческого жилья.
|
||
|
||
В самом центре деревни Гуюэ стоял величественный и роскошный терем. Сейчас там проводили торжественную церемонию жертвоприношения, отчего повсюду был залит свет, сиявший ярко и ослепительно.
|
||
|
||
— Да хранят нас предки! Да ниспошлют на этой церемонии открытия апертуры как можно больше одарённых юных талантов, дабы влить в род новую кровь и новую надежду! — Глава клана Гуюэ, муж средних лет с тронутыми сединой висками, облачённый в строгое белое жертвенное одеяние, стоял на коленях на жёлто-коричневом дощатом полу: выпрямив спину, сложив ладони и закрыв глаза в искренней молитве. Он стоял лицом к высокому чёрному лакированному столу в три яруса, на котором размещались поминальные таблички предков. По обе стороны от них стояли бронзовые курильницы, из которых вился дым благовоний.
|
||
|
||
Позади главы так же на коленях стояли без малого два десятка человек. Их широкие белые церемониальные одежды говорили о том, что это старейшины и управители, держащие в своих руках все бразды власти. Прочтя молитву, глава клана Гуюэ первым склонился в глубоком поклоне: он развёл руки ладонями вниз, плотно прижал их к полу и коснулся лбом досок — раздался лёгкий глухой стук. Старейшины позади с торжественными лицами безмолвно повторили его действия. На миг весь храм предков наполнился лишь мягкими ударами лбов о деревянный пол.
|
||
|
||
Когда великая церемония завершилась, все медленно поднялись с колен и в безмолвии вышли из величественного храма. Лишь в коридоре старейшины с облегчением выдохнули, и общее напряжение наконец спало. Мало-помалу завязались разговоры.
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.000829) in=1516 (cached=0) out=2201+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call flagged (sanitizer_stripped) $0.004368 (cum $0.004368) in=4292 (cached=0) out=2875+0 att=1 35324ms finish=stop
|
||
|
||
=== CHAPTER 1 CHUNK 1 — ok ===
|
||
— Как быстро летит время — не успеешь оглянуться, а уже год миновал.
|
||
— Минувшая церемония открытия апертуры — будто вчера была, до сих пор перед глазами стоит.
|
||
— Завтра ежегодное открытие апертуры, интересно, какая свежая кровь вольётся в клан в этом году?
|
||
— Эх, хочется верить, что явится юноша с дарованием класса А. Уже три года в нашем клане Гуюэ не рождалось такого гения.
|
||
— Верно, и деревня Бай, и деревня Сюн в последние годы взращивают таланты. Особенно Бай Нинбин из клана Бай — его дарование поистине ужасает.
|
||
|
||
Стоило кому-то произнести это имя, как лица старейшин невольно омрачились тревогой. Дарование этого юноши было исключительно выдающимся: за какие-то два года он поднялся до третьего ранга гу-мастера и среди молодого поколения шёл далеко впереди всех. Даже старшее поколение ощущало давление этого восходящего светила. Со временем он непременно станет опорой деревни Бай — по меньшей мере, сильным мастером, способным в одиночку выдержать любой удар. Никто в этом не сомневался.
|
||
|
||
— Но и среди тех, кто завтра пройдёт открытие апертуры, есть надежда.
|
||
— Именно так: в ветви Фан взошёл юный гений. В три месяца заговорил, в четыре — пошёл, в пять уже слагал стихи и песни, поразительно смышлёный и талантливый. Жаль только, родители рано умерли, теперь его растят дядя с тётей.
|
||
— Да, он рано проявил ум и великие устремления. Его недавние стихи — «Подношение вина», «Воспевая сливу» и «Песнь реки» — я тоже слышал: истинный гений!
|
||
|
||
Глава клана Гуюэ вышел из родового храма последним и, медленно притворяя дверь, услышал доносившиеся из коридора голоса старейшин, обсуждавших юношу по имени Гуюэ Фан Юань. Как глава клана, он, разумеется, примечал всех выдающихся и одарённых отпрысков, а Гуюэ Фан Юань был самым ярким из младшего поколения. Опыт же подсказывал, что те, кто с детства отличались фотографической памятью, недетской силой или иными врождёнными талантами, обычно обладают превосходными задатками для культивации.
|
||
|
||
«Если у этого мальчика окажется дарование класса А и его как следует воспитают, он, возможно, сумеет противостоять Бай Нинбину. Даже с классом Б он в будущем станет надёжной опорой, знаменем клана Гуюэ. Впрочем, при столь ранней зрелости вероятность класса Б невелика, почти наверняка — класс А». При этой мысли губы главы клана невольно тронула лёгкая улыбка.
|
||
|
||
Он кашлянул и обратился к старейшинам:
|
||
— Господа, уже поздно. Ради завтрашней церемонии прошу вас этой ночью как следует отдохнуть и набраться сил.
|
||
|
||
Старейшины, услышав эти слова, слегка опешили, а переглянувшись, обменялись взглядами, в которых таилась настороженность. Глава выразился намёком, но все прекрасно его поняли: каждый год, деля талантливых наследников, старейшины спорят до хрипоты, едва ли не до крови. Значит, и впрямь стоит хорошо выспаться, дабы завтра со свежими силами включиться в борьбу. Тем более за такого, как Гуюэ Фан Юань, — вероятность класса А у него огромна, вдобавок он круглый сирота, один из двоих последних отпрысков ветви Фан. Если заполучить его в свою ветвь и как следует воспитать, можно на целое столетие обеспечить ей процветание!
|
||
|
||
— Однако предупреждаю сразу: бороться надлежит честно, не прибегая к тайным козням во вред единству клана. Прошу всех старейшин твёрдо это запомнить! — сурово наказал глава клана.
|
||
— Что вы, что вы.
|
||
— Непременно запомним.
|
||
— В таком случае мы откланяемся, глава клана, просим вас не провожать.
|
||
|
||
Каждый со своими мыслями, старейшины один за другим разошлись, и вскоре длинный коридор опустел. Косой весенний дождь с ветром врывался в распахнутое окно; глава клана, бесшумно шагнув к подоконнику, полной грудью вдохнул свежий, влажный горный воздух, проникающий до самого сердца. С третьего этажа перед ним открывалась большая часть деревни Гуюэ. Стояла глубокая ночь, но во многих домах, против обыкновения, всё ещё горел свет: завтрашняя церемония открытия апертуры касалась каждого, и возбуждение, смешанное с напряжением, владело сердцами соплеменников, многим было не уснуть.
|
||
|
||
— Вот она — надежда нашего клана, — глядя на отражающиеся в глазах огоньки, тихо вздохнул глава.
|
||
|
||
А в это самое время другая пара ясных глаз тоже молча взирала на мерцающие во тьме ночные огни, и чувства, переполнявшие эту душу, были куда сложнее.
|
||
|
||
«Деревня Гуюэ… и это пятьсот лет назад?! Весенне-осенняя цикада и вправду сработала…» — Фан Юань стоял у окна, подставив тело ветру и дождю, и взгляд его был полон затаённой глубины. Способность Весенне-осенней цикады — обращать время вспять. В рейтинге десяти редкостных гу она занимала седьмое место, и могущество её было далеко не рядовым. Проще говоря — это возвращение к жизни с чистого листа.
|
||
|
||
«Я использовал Весенне-осеннюю цикаду и переродился, вернулся на пятьсот лет назад!» — Фан Юань вытянул руку и, пристально глядя на ещё молодую, по-юношески бледную ладонь, медленно сжал её в кулак, до боли прочувствовав реальность происходящего. За оконной створкой едва слышно шумел мелкий дождь; он надолго прикрыл глаза, а распахнув их вновь, с тихим вздохом вымолвил:
|
||
— Пять веков пережитого — точно сон.
|
||
|
||
Но он ясно знал: это не сон.
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.000874) in=1518 (cached=0) out=2361+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call ok $0.004461 (cum $0.004461) in=3942 (cached=0) out=3157+0 att=1 39117ms finish=stop
|
||
|
||
=== CHAPTER 2 CHUNK 0 — ok ===
|
||
Раздел 2: Прозрение пятисот лет против течения времени
|
||
|
||
В преданиях говорилось, что в этом мире существует река времени, поддерживающая его течение, и с помощью силы Весенне-осенней цикады можно подняться против потока и вернуться в прошлое. Об этом слухе ходило множество толков: многие не верили, некоторые сомневались. Почти никто не был уверен наверняка — ведь каждый раз, используя Весенне-осеннюю цикаду, приходилось платить жизнью, приносить в жертву всё тело и все достижения культивации как движущую силу. Цена была слишком высока, а самым невыносимым оказывалось то, что, пожертвовав жизнью, ты так и не узнавал результата. Даже заполучив Весенне-осеннюю цикаду, никто не осмелился бы использовать её просто так, от нечего делать, — вдруг слух окажется ложным, всего лишь обманом? Не окажись Фан Юань в безвыходном положении, он не применил бы её так скоро.
|
||
|
||
Но теперь Фан Юань уверовал полностью и бесповоротно. Перед ним лежал железный факт, не допускающий возражений: он действительно переродился!
|
||
|
||
— Жаль только этого редкого гу-червя, — вздохнул про себя Фан Юань. — В своё время я приложил титанические усилия, убил сотни тысяч людей, навлёк на себя гнев небес и людскую ненависть, с огромным трудом выковал его...
|
||
|
||
Хотя он и переродился, Весенне-осенняя цикада не последовала за ним. Человек — венец всего живого, а гу-черви — квинтэссенция неба и земли. Гу-черви причудливы и бесчисленны: одни исчезают после одного или двух использований, а другие, если не злоупотреблять ими, можно применять многократно. Возможно, Весенне-осенняя цикада была как раз из тех расходных гу-червей, что используются лишь однажды. «Но даже если она пропала, можно создать ещё одну. В прошлой жизни я сумел её выковать — неужели в этой не сумею?» Едва пожалев об утрате, Фан Юань вновь почувствовал, как в груди вскипает волна честолюбия: раз он смог переродиться, потерю Весенне-осенней цикады вполне можно принять. К тому же при нём осталось истинное сокровище, он не был пуст, — его пятисотлетние воспоминания и опыт.
|
||
|
||
В его памяти хранилось множество кладов, до которых ещё никто не добрался; таились великие события, позволявшие легко улавливать нити истории; роились бесчисленные образы людей — некоторые были старшими отшельниками, некоторые — небесными гениями и вундеркиндами, а некоторые ещё даже не родились. Помимо этого, в ней были тяжёлый опыт пятивековой горькой культивации и богатый боевой опыт. Владея всем этим, он, без сомнения, держал в руках общую картину и стратегическое преимущество. Если действовать умело — заново явить миру облик великого демона и героя, странствуя по свету, не составило бы труда; можно было даже шагнуть дальше и прорваться к более высоким пределам!
|
||
|
||
— Как же тогда действовать... — Фан Юань был весьма рассудителен. Он быстро собрался с мыслями и, глядя на ночной дождь за окном, погрузился в размышления.
|
||
|
||
Стоило задуматься, и в голове заплелись тысячи нитей. Помедлив немного, он нахмурился всё сильнее. Пятьсот лет — срок поистине долгий. Не говоря уже о тех расплывчатых воспоминаниях, которых не восстановить. Даже те запомнившиеся тайники с сокровищами и благоприятные возможности от бессмертных наставников — хоть их и было много, по большей части находились либо за десятки тысяч ли, либо требовали особого времени для открытия.
|
||
|
||
— Самое главное — культивация. Сейчас у меня ещё море истинной ци не открыто, я даже не вступил на путь гу-мастера, я просто смертный! Нужно как можно скорее начать культивировать, наращивать достижения, опередить историю, насколько возможно, захватить преимущество и снять все сливки, — думал он.
|
||
|
||
К тому же для многих тайных сокровищниц без должного уровня культивации даже добытое добро не переварить — наоборот, оно станет горячей картошкой, «преступлением хранить драгоценность». Первая трудность, вставшая перед Фан Юанем, — это его культивация. Нужно было как можно быстрее повысить её; плестись медленно, как в прошлой жизни, значило упустить всё на свете.
|
||
|
||
— Чтобы быстро поднять культивацию, придётся воспользоваться ресурсами клана. В моём нынешнем положении нет никакой возможности передвигаться по полным опасностей горам — даже обычный дикий кабан может лишить меня жизни. Если же я достигну ранга гу-мастера третьего ранга, у меня появятся базовые способности к самозащите, и тогда я смогу путешествовать по миру, переправляясь через горы и реки.
|
||
|
||
С высоты закалённого пятисотлетним опытом демонического владыки эта гора Цинмао была слишком мала, а деревня Гуюэ походила скорее на клетку. Но хотя клетка лишает свободы, крепкие стены узилища часто означают и определённую безопасность.
|
||
|
||
— Пока что придётся поразмять кулаки в этой клетке. Как только достигну третьего ранга гу-мастера — покину это глухое захолустье. К счастью, завтра уже открытие апертуры, и вскоре после этого я смогу официально начать путь гу-мастера.
|
||
|
||
При мысли об открытии апертуры в душе Фан Юаня всплыли давно погребённые воспоминания.
|
||
|
||
— Способности, значит... — глядя в окно, он невольно холодно усмехнулся трижды.
|
||
|
||
В этот миг дверь тихонько отворилась, и вошёл юноша.
|
||
|
||
— Брат, почему ты стоишь у окна под дождём?
|
||
|
||
Юноша был худощав, чуть ниже Фан Юаня, лицом очень похож на него. Фан Юань обернулся, взглянул на вошедшего, и по его лицу пробежала тень сложных чувств.
|
||
|
||
— Это ты, мой брат-близнец, — слегка приподняв бровь, он вернул лицу привычную холодность.
|
||
|
||
Фан Чжэн опустил голову, глядя на носки своих туфель, — это был его извечный жест.
|
||
|
||
— Увидел, что у брата не закрыто окно, и хотел тихонько войти и прикрыть. Завтра ведь открытие апертуры, а брат так поздно не ложится... дядя с тётей, если узнают, наверное, будут волноваться.
|
||
|
||
Холодность Фан Юаня его не удивляла: с самого детства старший брат был таким. Иногда он думал: может, гении и должны быть столь непохожи на обычных людей? Хотя лицом он был очень похож на брата, сам он был обыкновенным, как муравей. Из одного чрева родились — почему же небеса так несправедливы? Старшего брата одарили талантом, подобным алмазу, а его оставили простым, как булыжник. Каждый вокруг, упоминая его, говорил: «Это младший брат Фан Юаня». Дядя с тётей то и дело наставляли: «Учись у своего старшего брата». Даже когда он порой гляделся в зеркало, собственное лицо вызывало в нём омерзение! Эти мысли копились годами, день за днём оседая в глубине души, давили на сердце, словно тяжёлый камень. За эти годы Фан Чжэн всё ниже опускал голову и становился всё молчаливее.
|
||
|
||
«Волнуются...» — при мысли о дяде и тёте Фан Юань беззвучно хмыкнул про себя. Он отлично помнил: родители его нынешнего тела погибли оба во время одного семейного задания, и в три года он вместе с младшим братом остался сиротой. Дядя с тётей, прикрываясь опекунством, бесстыдно присвоили наследство родителей и скупо, жестоко обращались с ними обоими. Будучи пришельцем в этом мире, он изначально планировал затаиться и не высовываться, но жизненные тяготы вынудили Фан Юаня показать свой необычный «талант». Так называемая гениальность на деле была лишь рассудительностью зрелой души да несколькими строками бессмертных стихов эпох Тан и Сун, что передавались из уст в уста на Земле. Даже такая малая проба сил была воспринята как небесное дарование и привлекла широкое внимание. Под внешним давлением маленькому Фан Юаню не осталось ничего иного, кроме как принять холодную маску, чтобы защитить себя и снизить риск разоблачения. Со временем холодность стала его привычным выражением.
|
||
|
||
Так дядя с тётей больше не могли притеснять его и брата: чем старше он становился, тем более многообещающим выглядело его будущее, и обращение с ними улучшалось. Но это была не любовь, а инвестиция. Смешно, что младший брат так и не разглядел правды: он был не только одурачен дядей и тётей, но и затаил обиду на самого Фан Юаня. С виду он сейчас послушный и тихий, однако Фан Юань помнил: после того как у брата обнаружили способности класса А и семья взялась за его усиленное взращивание, скрытая зависть и ненависть вырвались наружу — он не раз задевал, придирался и притеснял своего родного старшего брата.
|
||
|
||
Что же касается способностей самого Фан Юаня...
|
||
|
||
Хе-хе, лучшая из них была лишь класса В.
|
||
|
||
Судьба любит шутить: одна утроба, близнецы — старший брат с талантом лишь класса В в одиночку носил славу гения десять с лишним лет; младший же, ничем не примечательный, на деле обладал способностями класса А. Результат открытия апертуры ошеломил всех сородичей и полностью перевернул жизнь братьев. Младший вознёсся, словно спящий дракон взмыл в небеса; старший рухнул, словно птенец феникса упал на землю. А затем — бесчисленные придирки младшего брата, холодные взоры дяди с тётей, презрение клана.
|
||
|
||
Ненависть? В прошлой жизни Фан Юань ненавидел: ненавидел свою нехватку способностей, ненавидел безжалостность семьи, ненавидел несправедливость судьбы. Но теперь, с высоты пятисот лет прожитой жизни, он пересматривал этот путь — и в сердце не было ни волн, ни капли ненависти.
|
||
|
||
О чём злобиться? Поставь он себя на их место — и он прекрасно понимал и младшего брата, и дядю с тётей, и тех праведных врагов, что пятьсот лет спустя брали его в кольцо. Сильный пожирает слабого, выживает приспособленный — такова суть этого мира. К тому же у каждого свои устремления, все бьются за ту единственную нить небесного шанса — что же непонятного в том, что люди давят и убивают друг друга? Пятьсот лет опыта давно открыли ему всё это, и в сердце остался лишь Великий Путь Бессмертия. Если кто-то встанет на его пути к этой цели — неважно кто, — то закон будет прост: либо ты, либо я. Слишком велика его жажда; ступив на эту дорогу, он был обречён на то, что весь мир станет врагом, он обречён на одиночество, обречён на бесчисленные кровавые испытания. Таково прозрение, выкованное пятьюстами годами жизни.
|
||
|
||
«Месть не входит в мои намерения, и на пути зла нет места компромиссу». С этой мыслью Фан Юань невольно усмехнулся. Он обернулся к младшему брату, мельком взглянул на него и произнёс:
|
||
|
||
— Ступай.
|
||
|
||
Фан Чжэн невольно вздрогнул: взгляд брата показался ему острым, как ледяной клинок, — казалось, он пронзил самую глубину его души. Под этим взглядом он почувствовал себя нагим в снежной пустыне, без малейшей тени тайны.
|
||
|
||
— Тогда до завтра, брат, — не смея больше вымолвить ни слова, Фан Чжэн медленно прикрыл дверь и с робким бормотанием удалился.
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.001615) in=1497 (cached=0) out=5021+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.000752) in=1258 (cached=0) out=2058+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call ok $0.013094 (cum $0.013094) in=6421 (cached=6400) out=3803+0 att=2 42223ms finish=stop
|
||
|
||
=== CHAPTER 3 CHUNK 0 — ok ===
|
||
— Тук-тук-тук, тук-тук-тук.
|
||
|
||
Ночной сторож размеренно выстукивал ритм деревянной колотушкой. Звук проник в свайный дом на высоких опорах. Фан Юань открыл пересохшие веки и подумал про себя: «Пятая стража».
|
||
|
||
Вчера он долго лежал, обдумывая планы, которых набралась целая куча, и по всему выходило, что поспал он чуть больше двух часов. Тело ещё не начало культивацию, сил было мало, усталость и сонливость по-прежнему наваливались на душу и тело. Но более пятисот лет жизни давно выковали в Фан Юане стальную волю — эта лёгкая тяга ко сну была сущей ерундой. Не медля ни мгновения, он откинул тонкое шёлковое одеяло и быстро встал.
|
||
|
||
Распахнул окно — весенний дождь уже кончился. В лицо сразу пахнуло свежей сыростью, смешанной с запахами земли, деревьев и полевых цветов. Фан Юань почувствовал, как прояснилась голова, а сонная одурь рассеялась без следа.
|
||
|
||
Солнце ещё не взошло. Небо было глубоким синим, на границе тьмы и света. Взгляд скользил по свайным домам на высоких опорах, построенным из зелёного бамбука и дерева; в окружении горных хребтов они казались тихими, тёмно-зелёными. Свайный дом на высоких опорах — не меньше двух этажей, это отличительная черта жилья горных жителей. Из-за неровной каменистой земли первый этаж представлял собой массивные сваи, а второй — уже собственно человеческое жильё. Фан Юань и его младший брат Фан Чжэн жили на втором этаже.
|
||
|
||
— Молодой господин Фан Юань, вы проснулись. Я сейчас поднимусь и помогу вам умыться, — донёсся снизу девичий голос.
|
||
|
||
Фан Юань опустил взгляд и увидел свою личную служанку Шэнь Цуй. Внешность у неё была лишь средняя, но одета она была хорошо: зелёная кофта с длинными рукавами и штаны, на ногах — вышитые туфельки, а в чёрных волосах — шпилька с жемчужиной. От всего её облика веяло юной жизнерадостностью.
|
||
|
||
Она радостно взглянула на Фан Юаня, подхватила таз с водой и быстро, топая, поднялась наверх. Вода была тёплой, в самый раз для умывания. Для полоскания рта — ивовый прутик, обмакнутый в снежную соль, чтобы чистить зубы и отбеливать их. Шэнь Цуй нежно прислуживала, улыбаясь, с весенним томлением во взгляде. Потом принялась одевать Фан Юаня, застёгивать пуговицы, и в процессе то и дело тёрлась пышной грудью о его руку или спину.
|
||
|
||
Фан Юань хранил бесстрастное лицо, в душе — полное спокойствие. Эта служанка была не только глазами и ушами дяди с тётей, но и тщеславной, с холодным нравом. В прошлой жизни он дал себя одурачить и даже успел полюбить эту девушку, но после церемонии открытия апертуры его положение резко упало, она тут же переменилась и не раз смотрела на него с презрением.
|
||
|
||
Когда пришёл Фан Чжэн, он как раз застал миг, как Шэнь Цуй разглаживает складки на груди Фан Юаня. В его глазах промелькнула зависть и ревность. Сколько лет он жил вместе с братом, тот всегда заботился о нём; у Фан Чжэна тоже был слуга, но не такая юная служанка, как Шэнь Цуй, а тучная старая нянька. «Если бы когда-нибудь и мной Шэнь Цуй прислуживала так же… каково бы это было?» — думал Фан Чжэн, и в мыслях этих он колебался, не решаясь додумать. Тётя и дядя благоволили к Фан Юаню — это было известно во всей усадьбе. Изначально у Фан Чжэна вообще не было слуг, это Фан Юань сам попросил, чтобы и брату выделили прислугу. Хотя разница в статусе хозяина и слуги была очевидна, Фан Чжэн в обычные дни не осмеливался задирать нос перед Шэнь Цуй. Всё потому, что её мать, матушка Шэнь, была приближённой тёти, управляющей всей усадьбой, пользовалась большим доверием и обладала немалой властью.
|
||
|
||
— Ладно, не надо больше прибираться, — Фан Юань с пренебрежением отстранил мягкую руку Шэнь Цуй. Одежда уже была расправлена, она больше соблазняла.
|
||
|
||
Для неё он был человеком с блестящим будущим, с огромной вероятностью таланта класса А. Если бы она стала наложницей Фан Юаня, то из рабыни превратилась бы в госпожу, одним махом взлетев наверх. В прошлой жизни Фан Юань дал себя ослепить и даже полюбил эту служанку, но после перерождения он видел всё как на ладони, а сердце его было холоднее инея.
|
||
|
||
— Ступай, — Фан Юань даже не взглянул на Шэнь Цуй, оправляя манжеты.
|
||
|
||
Шэнь Цуй слегка надула губы: ей показалось странным и обидным, что господин сегодня так бесчувственен. Она хотела было сказать что-то капризное, но её останавливала какая-то смутная аура Фан Юаня, от которой она робела. Несколько раз открывала рот, но в конце концов сказала: «Слушаюсь», — и послушно удалилась.
|
||
|
||
— Ты готов? — Фан Юань посмотрел на Фан Чжэна.
|
||
|
||
Младший брат стоял как вкопанный в дверях, опустив голову и глядя себе на носки. Он тихо хмыкнул в ответ: на самом деле он проснулся ещё в четвёртую стражу, не мог уснуть от волнения, заранее приготовился и встал потихоньку; под глазами у него залегли тёмные круги.
|
||
|
||
Фан Юань кивнул. О том, что творилось в душе брата в прошлой жизни, он не знал, но в этой — как не понять? Однако прояснять это сейчас не имело смысла, и он просто бросил:
|
||
|
||
— Тогда пошли.
|
||
|
||
Братья вышли из жилища. По дороге им то и дело встречались сверстники, которые шли по двое-трое — очевидно, с той же целью.
|
||
|
||
— Глядите, это братья Фан, — донеслись до ушей осторожные перешёптывания.
|
||
|
||
— Впереди идёт тот самый Фан Юань, который сочинял стихи, — подчеркнул кто-то.
|
||
|
||
— А, так это он. Выражение лица бесстрастное, на других — ноль внимания. И правда такой же крутой, как о нём говорят, — произнёс кто-то с кислой ноткой, смесью зависти и восхищения.
|
||
|
||
— Хм! Если бы ты мог быть таким, как он, ты бы тоже был крутым! — ответил кто-то с холодком, и в голосе слышалось недовольство.
|
||
|
||
Фан Чжэн слушал бесстрастно, он уже привык к таким пересудам. Опустив голову, он молча шёл за братом. На горизонте уже загорался утренний свет, тень Фан Юаня падала на его лицо. Солнце постепенно поднималось, но Фан Чжэну вдруг показалось, что он идёт прямо во тьму. Эта тьма исходила от его старшего брата. Быть может, за всю свою жизнь он так и не сможет вырваться из огромной тени, которую отбрасывал на него брат. Он чувствовал нарастающее давление в груди, даже дыхание перехватывало — это проклятое ощущение заставляло вспомнить слово «удушье».
|
||
|
||
— Хм, такие пересуды — поистине, выдающееся дерево в лесу первым встречает ветер, — слушая шёпот вокруг, Фан Юань холодно усмехнулся в душе. Неудивительно, что после того, как у него обнаружили талант класса В, он оказался окружён врагами и долгое время терпел придирки, пренебрежение и холодный приём. Он также отчётливо слышал всё более тяжёлое дыхание младшего брата Фан Чжэня за спиной. То, чего он не замечал в прошлой жизни, в этой он видел с предельной ясностью — всё это была острая проницательность, принесённая пятьюстами годами жизненного опыта.
|
||
|
||
Он вдруг подумал о дяде и тёте — они действительно умелы. Ему приставили Шэнь Цуй для личного надзора, а младшему брату — старую няню. На самом деле были и другие различия в бытовых мелочах. Всё это делалось намеренно, чтобы разжечь в младшем брате чувство несправедливости и посеять рознь между ними. Люди страшатся не скудости, а неравенства. В прошлой жизни у самого было мало опыта, а брат был слишком глуп и наивен, так что дяде с тётей удалось их рассорить. С момента перерождения, когда вот-вот должна была состояться церемония открытия апертуры, ситуация казалась безнадёжно запутанной, но с мастерством и мудростью Фан Юаня, демонического гиганта, её можно было изменить. Этого брата можно было полностью подчинить и взять под контроль, Шэнь Цуй, простая девчонка, тем более могла быть взята в гарем. Что касается дяди с тётей, главы клана и старейшин — имелось по меньшей мере несколько сотен способов приструнить их.
|
||
|
||
«Но я не хочу так поступать…» — Фан Юань с лёгким вздохом подумал в душе.
|
||
|
||
Пусть даже родной брат — и что с того? Родственных чувств нет, он просто чужой. Отказаться — так отказаться. Пусть даже Шэнь Цуй как угодно красива — и что с того? Без любви и верности она лишь тело. В гарем? Она недостойна. Пусть даже дядя с тётей, глава клана, старейшины — что с того? Все они лишь прохожие в жизни. Зачем прилагать столько усилий, тратить энергию, чтобы приструнить этих случайных встречных? Хе-хе. Если они не мешают мне на моём пути, пусть играют сами с собой в свои яйца — я даже не сочту нужным наступить на них.
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.000950) in=1531 (cached=0) out=2626+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.000766) in=837 (cached=0) out=2318+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call ok $0.006189 (cum $0.006189) in=5662 (cached=0) out=4283+0 att=1 43351ms finish=stop
|
||
|
||
=== CHAPTER 4 CHUNK 0 — flagged(sanitizer_stripped) ===
|
||
[FLAG sanitizer_stripped — leak cleaned, exported cleaned, verify] ↓
|
||
: Гуюэ Фан Юань
|
||
|
||
Взошло утреннее солнце, и заиграли алые облака. Горный туман стоял негустой, и лучи, подобные острым мечам, легко пронзали его. Сотня с лишним пятнадцатилетних юношей и девушек собрались перед Залом главы клана, что стоял в самом центре деревни: пять этажей, загнутые вверх карнизы, строгая охрана. Перед залом простиралась площадь, а внутри покоились поминальные таблички предков рода Гуюэ. Здесь жил и работал каждый глава клана; на время важных церемоний или внезапных происшествий сюда созывали старейшин на совет — это был центр власти всей деревни.
|
||
|
||
— Отлично, все пришли вовремя. Сегодня — Церемония открытия апертуры, важнейший поворот в вашей жизни. Не буду тратить время на пустые речи. Следуйте за мной, — объявил старейшина школы, убелённый сединами, но бодрый и энергичный; он повёл юношей в Зал главы клана.
|
||
|
||
Однако они не стали подниматься наверх, а через вход на первом этаже спустились вниз. По вырубленным каменным ступеням вошли в подземный грот — и один за другим разразились возгласами восхищения. Грот был великолепен: сталактиты излучали семицветное сияние — красное, оранжевое, жёлтое, зелёное, голубое, синее, фиолетовое, — и этот свет, переливаясь на лицах юношей, играл радужными переливами.
|
||
|
||
Фан Юань, затерянный в толпе, молча наблюдал за происходящим и размышлял про себя: «Несколько сотен лет назад клан Гуюэ переселился из Центральных земель в Южные земли и обосновался у горы Цинмао именно потому, что здесь, в подземном гроте, открылся духовный источник. Этот источник даёт огромное количество первобытных камней — можно сказать, он и есть основа деревни Гуюэ».
|
||
|
||
Пройдя несколько сотен шагов, они погрузились в темноту, и вдали послышался шум воды. Повернув за угол, все увидели подземную реку шириной более трёх чжанов. Разноцветное свечение сталактитов здесь уже полностью исчезло, зато в темноте вода реки излучала слабое голубоватое сияние, словно Млечный Путь в ночном небе. Поток тёк из тёмных глубин грота кристально чистым — так что можно было разглядеть плавающих рыб, водоросли и песок с камнями на дне.
|
||
|
||
На противоположном берегу раскинулось море цветов. Это были лунные орхидеи, заботливо выращенные кланом Гуюэ: лепестки, похожие на полумесяцы, нежного голубовато-розового цвета, стебли, напоминающие нефрит, и сердцевины, сияющие мягким светом, словно преломлённые жемчужные блики. В темноте весь этот цветущий берег казался огромным голубовато-зелёным ковром, усыпанным бесчисленными жемчужинами.
|
||
|
||
«Лунная орхидея — корм для многих гу-червей. Это цветочное море можно считать крупнейшей культивационной базой клана», — хорошо знал Фан Юань.
|
||
|
||
— Как красиво.
|
||
— Правда, великолепно.
|
||
|
||
Юноши расширили кругозор: глаза их горели, они были одновременно и взволнованы, и напряжены.
|
||
|
||
— Ладно, сейчас я буду зачитывать имена. Тот, кого назовут, переходит реку на тот берег. Идите так далеко, как сможете; чем дальше, тем лучше. Всем понятно? — произнёс старейшина.
|
||
|
||
— Понятно, — дружно отозвались юноши. На самом деле ещё до прихода они слышали от родных и старших, что чем дальше пройдёшь, тем выше твой талант и тем больших успехов достигнешь в будущем.
|
||
|
||
— Гуюэ Чэньбо, — назвал старейшина первого по списку.
|
||
|
||
Река хоть и широкая, но неглубокая — доходила юношам лишь до колен. Чэньбо с серьёзным лицом ступил на цветущий берег и тотчас ощутил невидимое давление: словно перед ним выросла прозрачная стена, преграждающая путь. Когда он с трудом переставлял ноги, из цветов у его ступней вдруг поднялся рой светящихся искр, редких и белых. Сияние устремилось к Чэньбо и впиталось в его тело — юноша мгновенно почувствовал, что давление резко ослабло, а невидимая стена стала мягче. Стиснув зубы, он изо всех сил шагнул вперёд, с трудом протискиваясь, но через три шага давление вновь усилилось, затвердев прежней стеной, не пропускающей ни на вершок.
|
||
|
||
Увидев это, старейшина вздохнул, делая запись:
|
||
— Гуюэ Чэньбо, три шага, не обладает талантом гу-мастера. Следующий — Гуюэ Цзаосе.
|
||
|
||
Лицо Чэньбо мгновенно побелело. Сжав зубы, он перешёл реку обратно. Без таланта ему оставалось лишь жить смертным, занимая самое низкое положение в клане. Он пошатывался — удар был слишком силён, словно разом перечеркнул все жизненные надежды. Многие провожали его сочувственными взглядами, но ещё больше людей следили за вторым юношей, ступившим на тот берег. Увы, тот смог пройти лишь четыре шага — тоже без таланта.
|
||
|
||
Не все обладают талантом к культивации. Как правило, если из десяти человек пятеро способны культивировать — это уже хорошо. В клане Гуюэ соотношение выше: доходит до шести. Причина в том, что предок Гуюэ, он же первый глава клана, был прославленной легендарной силой: из-за культивации в его крови скрывались гены, несущие мощь. Члены клана Гуюэ унаследовали его кровь, и потому их таланты в целом выше. Однако два подряд случая отсутствия таланта заставили других старейшин, следивших за церемонией из тени, помрачнеть лицами. Даже глава клана Гуюэ, многоопытный и выдержанный, слегка нахмурился.
|
||
|
||
Тут старейшина школы выкрикнул третье имя:
|
||
— Гуюэ Мобэй.
|
||
|
||
— Я! — со сдержанной силой отозвался юноша с лошадиным лицом и в холщовой одежде, выходя из толпы. Он был высок ростом, гораздо крепче сверстников, и весь его облик дышал отчаянной дерзостью.
|
||
|
||
В два-три шага пересёк реку и ступил на тот берег. Десять шагов, двадцать, тридцать — слабые сияния одно за другим впитывались в него. Он дошёл до тридцати шести шагов и наконец остановился, не в силах ступить дальше.
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.001048) in=1582 (cached=256) out=3077+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call flagged (sanitizer_stripped) $0.004133 (cum $0.004133) in=4281 (cached=0) out=2610+0 att=1 29208ms finish=stop
|
||
|
||
=== CHAPTER 4 CHUNK 1 — ok ===
|
||
Юноши на том берегу застыли в немом изумлении, а старейшина из Академии радостно вскричал:
|
||
|
||
— Отлично! Гуюэ Мобэй, класс Б! Подойди, дай-ка взглянуть на твоё море истинной ци.
|
||
|
||
Гуюэ Мобэй вернулся к старейшине, тот протянул руку и опустил ладонь на плечо юноши, а затем прикрыл глаза и сосредоточился. Обследовав его, он убрал руку, удовлетворённо кивнул и сделал запись: «Гуюэ Мобэй, море истинной ци заполнено на шестьдесят шесть процентов — заслуживает усиленного воспитания».
|
||
|
||
Класс квалификации делился на четыре категории: А, Б, В и Г. Юношу класса Г за три года обучения можно было возвести в гу-мастера первого ранга — такие становились опорой клана. Обладатель класса В через два года в большинстве случаев становился гу-мастером второго ранга и превращался в костяк клана. Класс Б следовало уже растить как будущего старейшину: за шесть-семь лет такой юноша достигал третьего ранга. Ну а класс А — само появление такого таланта считалось для клана удачей, его надлежало тщательно опекать и щедро снабжать ресурсами; за десять лет он мог стать гу-мастером четвёртого ранга и получить право бороться за пост главы клана.
|
||
|
||
Иными словами, когда Гуюэ Мобэй повзрослеет, ему прямая дорога в старейшины рода Гуюэ. Неудивительно, что старейшина из Академии просиял от радости, а все прочие старейшины, тайком наблюдавшие за церемонией, дружно выдохнули и тут же один за другим обратили завистливые взоры на одного из них. У этого старейшины тоже было лошадиное лицо — то был Гуюэ Мочэнь, родной дед Гуюэ Мобэя. На его лице уже играла улыбка, и он с вызовом глянул на давнего соперника:
|
||
|
||
— Ну что? Мой внук не подкачал, а, Гуюэ Чилянь?
|
||
|
||
Старейшина Гуюэ Чилянь, обладатель шевелюры огненно-рыжих волос, лишь холодно хмыкнул; отвечать он не стал, и лицо его потемнело от досады.
|
||
|
||
За полчаса через цветочное море успела пройти половина юношей. Обнаружилось немало классов В и Г, хотя чуть ли не половина испытуемых вовсе не имели квалификации.
|
||
|
||
— Увы, кровь всё жиже, — глубоко вздохнул глава клана, — а за эти годы у нас так и не появилось сколько-нибудь заметных мастеров четвёртого ранга, чтобы укрепить родовую линию. Четвёртый глава рода, наш единственный мастер пятого ранга, в итоге погиб вместе с Монахом Цветочного Вина и не оставил кровного наследника. Новые поколения рода Гуюэ становятся всё слабее...
|
||
|
||
В этот миг старейшина из Академии выкрикнул:
|
||
|
||
— Гуюэ Чичэн!
|
||
|
||
Услышав это имя, старейшины разом переглянулись и перевели взгляды на Гуюэ Чиляня — это был его внук.
|
||
|
||
Гуюэ Чичэн, низкорослый, с рябым лицом и взмокший от пота, сжимал кулаки и выглядел до крайности напряжённым. Ступив на противоположный берег, он зашагал вперёд, и светящиеся точки одна за другой влетали в его тело. Прошёл ровно тридцать шесть шагов и остановился.
|
||
|
||
— Ещё один класса Б! — вновь закричал старейшина из Академии. Юноши заволновались, и на Гуюэ Чичэня со всех сторон посыпались завистливые взгляды.
|
||
|
||
— Ха-ха-ха! Тридцать шесть шагов, тридцать шесть шагов! — завопил Гуюэ Чилянь и с победоносным видом уставился на Гуюэ Мочэня. Теперь уже лицо Гуюэ Мочэня сделалось железно-серым.
|
||
|
||
— Гуюэ Чичэн, значит... — в толпе Фан Юань задумчиво потёр подбородок.
|
||
|
||
Он помнил, что в прошлой жизни Гуюэ Чичэн за мошенничество на церемонии открытия апертур подвергся от клана суровому наказанию, потому что на деле его квалификация была всего лишь класса В — дед, Гуюэ Чилянь, подделал её до класса Б. Вообще-то у самого Фан Юаня в голове имелись десятки способов смошенничать, иные — куда совершеннее того, что применил Чичэн, и, выдай он класс Б или даже А, клан бы наверняка принялся его усиленно пестовать. Но, во-первых, с момента перерождения прошло слишком мало времени, и в нынешнем положении подготовить средства для подлога было трудно. А во-вторых, даже удайся подлог, в будущем скорость культивации скрыть невозможно, и правда всё равно выплыла бы наружу. Но Гуюэ Чичэн — другое дело: его дед, Гуюэ Чилянь, один из двух самых влиятельных старейшин клана, мог всё прикрыть. Гуюэ Чилянь всегда враждовал с Гуюэ Мочэнем, и эти двое старейшин представляли две крупнейшие фракции в клане. Чтобы прижать противника, ему требовался внук с выдающейся квалификацией. Только благодаря его заступничеству Гуюэ Чичэн до поры умудрялся скрывать правду, и, насколько помнилось Фан Юаню, не случись того самого происшествия, всё так и не раскрылось бы.
|
||
|
||
В глазах Фан Юаня блеснул умный огонёк: он прикидывал, как использовать этот момент, чтобы извлечь наибольшую выгоду. Разоблачить на месте? Клан, конечно, выдаст скромную награду, но наживёшь врага в лице могущественного Гуюэ Чиляня — решительно недопустимо. Шантажировать и что-то вымогать в ближайшее время тоже нельзя: сил слишком мало, только навлечёшь на себя беду. Пока он раздумывал, старейшина из Академии вдруг назвал его имя:
|
||
|
||
— Гуюэ Фан Юань!
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.001683) in=1503 (cached=256) out=5384+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call ok $0.003718 (cum $0.003718) in=3878 (cached=896) out=2779+0 att=1 36668ms finish=stop
|
||
|
||
=== CHAPTER 5 CHUNK 0 — flagged(sanitizer_stripped) ===
|
||
[FLAG sanitizer_stripped — leak cleaned, exported cleaned, verify] ↓
|
||
Глава пятая: три гу Жэнь Цзу, надежда открывает апертуру
|
||
|
||
В одно мгновение вокруг стихло, и бесчисленные взгляды скрестились на нём.
|
||
|
||
— Действительно становится всё интереснее, — усмехнулся про себя Фан Юань, под пристальными взорами переходя реку вброд и ступая на противоположный берег.
|
||
|
||
Тотчас он ощутил давление, исходившее от духовного источника в глубине цветочного поля. Источник рождал первозданную ци, и её чрезмерная густота и изобилие порождали это давление. Однако вскоре из цветов у ног Фан Юаня взметнулись светящиеся точки; мерцая, они окутали всё его тело и наконец все до одной устремились внутрь.
|
||
|
||
— Вот и гу Надежды, — пробормотал про себя Фан Юань. Ответственный за испытание ничего не объяснял, но сам он прекрасно знал: каждая светящаяся точка и есть гу, и имя ей — Надежда.
|
||
|
||
Об этом повествует древнейшее предание. Говорят, когда мир только образовался, он был диким, повсюду бродили звери, и тогда появился первый человек по имени Жэнь Цзу. Он пил кровь и ел сырое мясо, живя в великой нужде. Особенно же досаждала ему одна стая зверей по имени Беды, которым очень нравился запах Жэнь Цзу и которые жаждали сожрать его. У Жэнь Цзу не было ни твёрдого, как скала, тела, ни острых клыков и когтей — как же ему тягаться со зверями, зовущимися Бедами? Источники его пищи были крайне ненадёжны, дни напролёт он прятался, пребывая на дне природной пищевой цепи и едва не расставаясь с жизнью.
|
||
|
||
В это время к нему по своей воле явились три гу и сказали: «Если будешь питать нас своей жизнью, мы поможем тебе пережить трудные времена».
|
||
|
||
Жэнь Цзу оказался в безвыходном положении, и ему пришлось согласиться. Сперва он отдал свою юность самой большой из трёх гу, и та гу даровала ему силу. Опираясь на силу, Жэнь Цзу начал лять свою жизнь: у него появился постоянный источник пищи и способность защитить себя. Он стал воинственным и жестоким в бою, одолел множество Бед, но вскоре хлебнул горя и в конце концов осознал: сила не всемогуща, ей тоже нужны отдых и восстановление, её нельзя растрачивать попусту. Да и против целой стаи Бед его собственной силы было чересчур мало.
|
||
|
||
Тяжело пережив эту боль, Жэнь Цзу решил пожертвовать самой цветущей своей порой — зрелостью — самой прекрасной из трёх гу. Так вторая гу даровала ему мудрость. С мудростью Жэнь Цзу научился размышлять и взвешивать свои поступки, начал накапливать опыт и обнаружил, что во многих случаях мудрость оказывается действеннее силы. Опираясь и на мудрость, и на силу, он одно время достигал успеха там, где прежде терпел неудачу, убил ещё больше Бед, пожирал их мясо и пил их кровь, упорно продолжая жить.
|
||
|
||
Но счастье длилось недолго. Жэнь Цзу старел, ибо юность и зрелость он принёс в дар гу Силы и гу Мудрости. А когда человек стареет, мышцы дряхлеют, а рассудок теряет былую быстроту.
|
||
|
||
— Человек, что ты ещё способен дать нам? У тебя больше не осталось ничего, чем ты мог бы нас питать, — обнаружив это, гу Силы и гу Мудрости безжалостно покинули его.
|
||
|
||
Утратив силу и мудрость и замеченный Бедами, Жэнь Цзу попал в окружение стаи. Он был стар, ноги отказывались бежать, зубы повыпадали, и он не мог прожевать даже дикие плоды и травы. Он бессильно рухнул на землю: вокруг, куда ни глянь, теснились Беды, и сердце его захлестнуло отчаяние.
|
||
|
||
В этот миг третья гу сказала ему: «Человек, напитай меня, и я сумею вывести тебя из беды».
|
||
|
||
Жэнь Цзу ответил сквозь слёзы: «Гу, что ещё у меня осталось? Взгляни: гу Силы и гу Мудрости бросили меня, и у меня есть лишь старость. В сравнении с юностью и зрелостью она, конечно, ничего не стоит, но, если я отдам тебе и её, моя жизнь прервётся тотчас же. Пусть сейчас меня окружили Беды, они убьют меня не сразу. Я хочу прожить ещё хотя бы миг, хотя бы секунду, так что уходи: я уже ничем не могу напитать тебя».
|
||
|
||
Гу же ответила: «Из трёх гу моё требование самое малое. Человек, тебе довольно отдать мне своё сердце».
|
||
|
||
— Тогда я отдам тебе сердце, — сказал Жэнь Цзу. — Но скажи, гу, что ты способна дать мне? В этом безвыходном положении даже возвращение гу Силы и гу Мудрости уже ничего не изменило бы.
|
||
|
||
В сравнении с гу Силы тело этой гу было самым хилым — всего лишь крохотная светящаяся точка; в сравнении с гу Мудрости — самой тусклой, излучавшей лишь слабое белое сияние без всякой пышности и блеска. Но когда человек отдал этой гу своё сердце, она внезапно воссияла беспредельным светом, и в этом свете Беды в ужасе закричали: «Это гу Надежды! Отступаем! Мы, Беды, больше всего на свете боимся надежды!»
|
||
|
||
Стая Бед в панике рассеялась. Жэнь Цзу остолбенел и в тот самый миг постиг истину: столкнувшись с бедой, отдай сердце надежде.
|
||
|
||
Между тем гу Надежды, слившись в световой поток, уже проникли в тело Фан Юаня. Под наружным давлением они быстро устремились к его животу и на три цуня ниже пупка сами собой собрались в сгусток. Фан Юань сразу почувствовал, что давление немного ослабло. Он двинулся дальше, и с каждым шагом новые гу Надежды вылетали из цветочного поля, вливались в его тело и присоединялись к световому сгустку, который становился всё крупнее и ярче.
|
||
|
||
Однако ответственный на другом берегу нахмурился.
|
||
|
||
— Что-то маловато этих гу Надежды, — проговорил он.
|
||
|
||
Многие старейшины, тайно следившие за Фан Юанем, при виде такой картины невольно помрачнели. Глава клана тоже нахмурился — это было совсем не похоже на проявление таланта класса А!
|
||
|
||
Фан Юань, превозмогая давление, шёл вперёд. «Меньше десяти шагов — отсутствие предрасположенности к культивации. От десяти до двадцати — способности класса Г. От двадцати до тридцати — класса В. От тридцати до сорока — класса Б. От сорока до пятидесяти — класса А. Пока я сделал двадцать три шага… Двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть… двадцать семь», — безмолвно считал он. Дойдя до двадцать седьмого шага, он словно услышал грохот: световой сгусток в животе между двумя почками, достигнув предела, внезапно взорвался.
|
||
|
||
Взрыв этот произошёл лишь внутри тела Фан Юаня, и никто со стороны не мог его заметить. Только сам он в одно мгновение ощутил потрясающую, непостижимую тайну. Тотчас волоски по всему телу встали дыбом, поры сомкнулись, а дух напрягся, точно резко натянутая тетива. Затем разум внезапно опустел, тело обмякло, будто он провалился в облака, — сердечная струна ослабла, волоски пригладились, и все поры раскрылись. В один миг всё тело покрылось лёгкой испариной.
|
||
|
||
Если описывать этот процесс словами, он кажется долгим, но на деле был стремителен: нахлынул быстро и столь же внезапно отступил. Фан Юань потерял ясность мысли лишь на секунду и тотчас пришёл в себя. Тайком сосредоточившись и заглянув внутрь, он обнаружил, что в животе, ниже пупка, прямо между двумя почками, из ниоткуда возникла апертура.
|
||
|
||
Открытие апертуры свершилось!
|
||
|
||
Вот она — надежда на бессмертие!
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.001845) in=1498 (cached=256) out=5966+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
draft deepseek-v4-flash resume ok $0.000000 (cum $0.000569) in=705 (cached=256) out=1805+0 att=1 0ms finish=stop
|
||
edit deepseek-v4-pro call flagged (sanitizer_stripped) $0.004591 (cum $0.004591) in=4898 (cached=896) out=3272+0 att=1 39985ms finish=stop
|
||
|
||
TOTAL (this run): $0.040555 — chunks 7, flags 3
|
||
Book ledger: committed=$0.128068 reserved=$0.000000
|
||
tmctl: completed with 3/7 chunk(s) flagged for review
|
||
=== DEEPSEEK-PRO ARM END 2026-07-23T19:58:39Z EXIT=2 ===
|