{"arm": "C", "uid": "34749d6ccc", "base": "F3", "content": "Погибнуть, но не раскаяться в том, что остался демоном\n\n— Фан Юань, покорно отдай Весенне-осеннюю цикаду, и я подарю тебе быструю смерть!\n\n— Фан Юань, старый демон, не надейся сопротивляться! Сегодня все великие школы праведного пути объединились, чтобы растоптать твоё демоническое логово. Здесь давно расставлены сети, и на этот раз ты непременно лишишься головы!\n\n— Фан Юань, ты проклятый демон! Ради того, чтобы усовершенствовать Весенне-осеннюю цикаду, ты убил тысячи жизней. Ты совершил чудовищные преступления, непростительные, неописуемые!\n\n— Демон! Триста лет назад ты надругался надо мной, отнял мою невинность, вырезал всю мою семью, истребил весь мой род. С того самого мгновения я жаждала съесть твою плоть и выпить твою кровь! Сегодня я заставлю тебя страдать хуже смерти!!\n\n...\n\nФан Юань — в изодранном зелёном балахоне, с растрёпанными волосами, весь в крови — огляделся по сторонам.\n\nГорный ветер развевал окровавленный балахон, который хлопал, словно боевое знамя.\n\nАлая кровь хлестала из сотен ран на теле. Простояв лишь мгновение, под ногами Фан Юаня уже натекла большая лужа крови.\n\nВраги окружили со всех сторон — пути к спасению давно не осталось.\n\nВсё предрешено — сегодня смерть неизбежна.\n\nФан Юань прекрасно осознавал своё положение, однако даже перед лицом гибели он оставался невозмутим и спокоен.\n\nВзгляд его был глубоким, как дно древнего колодца, — как всегда, бездонным.\n\nОкружавшие его герои праведного пути — кто почтенные главы школ, кто прославленные на все четыре стороны юные таланты. Они плотно обступали Фан Юаня: одни ревели, другие усмехались, третьи щурились, сверкая настороженными взглядами, четвёртые, зажимая раны, со страхом взирали на него.\n\nОни не нападали — все опасались отчаянного последнего броска Фан Юаня.\n\nТак они напряжённо противостояли шесть часов. Солнце клонилось к западу, лучи заката подожгли вечерние облака у гор, и те воспылали ярким огнём.\n\nНеподвижный, как изваяние, Фан Юань медленно развернулся.\n\nТолпа героев тут же заволновалась, и все разом отступили на шаг.\n\nСерый камень под ногами Фан Юаня давно пропитался кровью и стал тёмно-красным. Лицо, побледневшее от большой потери крови, озарённое закатным сиянием, внезапно обрело странное очарование.\n\nГлядя на зелёные горы в лучах заката, Фан Юань тихо усмехнулся: «Зелёные горы в лучах заката, осенняя луна и весенний ветер. Воистину: волосы черны на заре, а к вечеру — белы, как снег; правда и ложь, успех и поражение — в одно мгновение обращаются в пустоту».\n\nПроизнося эти слова, он вдруг увидел перед глазами прошлую жизнь на Земле.\n\nОн был молодым учёным из Китая на Земле, по воле случая перенёсся в этот мир. Скитался и блуждал триста лет, блистал и буйствовал в мире более двухсот лет — пятьсот с лишним лет промелькнули как одно мгновение.\n\nМногие воспоминания, погребённые глубоко в сердце, ожили в это мгновение, ярко и отчётливо пронеслись перед глазами.\n\n«В конце концов я потерпел неудачу», — вздохнул Фан Юань, испытывая некоторое волнение, но без тени сожаления.\n\nОн давно предвидел такой исход. Когда делал выбор, уже был готов к этому.\n\nТак называемый демонический путь — это стремление не к добродетели, а к убийствам и грабежам. Отвергнутый небом и землёй, став врагом всему миру — и всё равно идти напролом, следуя своим страстям.\n\n«Если только что усовершенствованная Весенне-осенняя цикада сработает, в следующей жизни я всё равно стану демоном!» С этой мыслью Фан Юань невольно громко расхохотался.\n\n— Старый демон, чему ты смеёшься?\n\n— Берегитесь! Демон загнан в угол, он собирается рвануть в последнюю атаку!\n\n— Быстро отдавай Весенне-осеннюю цикаду!!\n\nГерои надвигались на него, и в этот самый миг — бум! — Фан Юань яростно взорвал себя.\n\n...\n\nВесенний дождь моросил, бесшумно увлажняя гору Цинмао.\n\nНочь уже была глубока, лёгкий прохладный ветерок развеивал мелкую изморось.\n\nНо на горе Цинмао не было темно — от середины склона до подножия мерцало множество мягких огоньков, словно гору опоясывал сияющий световой пояс.\n\nЭтот свет исходил от многочисленных свайных домов на высоких столбах. Их не назвать было бы огнями тысяч домов, но всё же насчитывалось несколько тысяч.\n\nЭто и было поселение Гуюэшаньчжай, раскинувшееся на горе Цинмао, — оно добавляло обширной безмолвной горной гряде густой отпечаток человеческой жизни.\n\nВ самом центре поселения Гуюэшаньчжай возвышалось величественное и роскошное строение. В этот момент там проводилась торжественная церемония жертвоприношения, поэтому оно было залито ярким, ослепительным светом.\n\n— Да защитят нас предки! Молю, чтобы на этой церемонии открытия духовных аорт появилось как можно больше одарённых юношей и девушек, чтобы влить в наш клан новую кровь и надежду! — Глава клана Гуюэ, мужчина средних лет с лёгкой сединой на висках, облачённый в скромное белое церемониальное одеяние, стоял на коленях на желтовато-коричневом полу, держа спину прямой, сложив ладони вместе и плотно закрыв глаза, искренне возносил молитву.\n\nОн обращался к высокому чёрному алтарю, который имел три яруса, где стояли таблички с именами предков. По обе стороны от табличек были расставлены бронзовые курильницы, из которых вился ароматный дымок.\n\nЗа ним, так же стоя на коленях, находилось более десятка человек. Они были облачены в просторные белые одеяния, и все являлись старейшинами клана и распорядителями, державшими в руках различные сферы власти.\n\nПомолившись, глава клана Гуюэ первым склонился, обеими ладонями плотно прижавшись к полу, и совершил земной поклон. Лоб стукнулся о коричневый пол, издав лёгкий глухой звук.\n\nСтарейшины за его спиной с торжественным выражением лиц молча последовали его примеру.\n\nНа мгновение в родовом храме раздались лишь лёгкие стуки лбов о дощатый пол.\n\nЦеремония завершилась, люди медленно поднялись с пола и молча вышли из торжественного храма.\n\nВ коридоре старейшины облегчённо выдохнули, атмосфера заметно разрядилась.\n\nПостепенно начались разговоры."}